Спасительные встречи на Каменке
САМЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ ДЕНЬ
Встреча настоятеля храма протоиерея Евгения Шогенова с его первой общиной, в которой он был еще не настоятелем, а простым мирянином, произошла давно, в далеком детстве. Хоть мальчик рос в обычной советской семье, эта встреча не выбивалась из ряда предшествующих жизненных событий, наоборот, всё шло как будто закономерно. Евгений родился в Кабардино-Балкарии, а когда ему исполнилось два года, семья переехала в Ленинград — сначала жили на Васильевском острове, через пять лет переехали в Приморский район. Религиозного воспитания ребенок не получал. Но был во всем районе один-единственный храм — святого великомученика Димитрия Солунского в Коломягах. Туда и завело мальчишку любопытство.
— Я попал в место, которое сразу показалось мне очень родным, теплым, я сразу решил — ничего в жизни я не хочу так, как стать священнослужителем, — вспоминает отец Евгений. — Я начал ходить в церковь, потом стал выполнять при храме послушания.
Главной мечтой подростка стало поступление в семинарию. И до сих пор священник считает, что день, когда эта мечта сбылась, был самым ярким и счастливым днем в его жизни настолько сильными были эмоции, когда он увидел свое имя в списке зачисленных на обучение.
— В семинарском храме есть образ Божией Матери «Знамение», перед которым я всегда молился, — говорит настоятель. — Молитва моя была очень лаконичной: «Матерь Божья, благослови меня стать священником».
ДЕЛО ЗА СЛОВОМ
Незаменимый помощник настоятеля — Иван Васильев, он заведует всем приходским хозяйством. Его встреча с отцом Евгением случилась более 10 лет назад. Тогда приход только-только готовился к строительству небольшой церквушки иконы Божией Матери «Живоносный источник», а воздвигнутый ныне рядом с ней большой Крестовоздвиженский храм существовал лишь в планах. Настоятель искал себе помощников: территория была сильно замусорена (жители окрестных кварталов устроили здесь свалку), и требовались руки, чтобы разгрести эти завалы.
— Я родом из Западной Белоруссии, — рассказывает Иван Иванович. — У нас принято бережно относиться не только к своему дому, но и к природе, к городу, в котором ты живешь. Поэтому меня до сих пор удивляет наплевательское отношение некоторых людей к тому, что творится вокруг них. А тем более к тому, в каком состоянии находится храм и прилегающая территория. Храм — это дом Божий, и он должен содержаться в чистоте и порядке.
Слова с делом у Ивана Ивановича не расходятся, и он предложил настоятелю помощь. Подавая личный пример — взяв в руки лопату, грабли или другой инструмент и начав уборку, — он при любой возможности призывал и всех остальных поступать так же. Многие прихожане так и познакомились друг с другом — на уборке площадки у будущей церкви. А традиции благоговейного отношения к храму и его территории тут теперь соблюдаются неукоснительно.
— Перегорела вечером лампочка. Можно дождаться утра, чтобы заменить её. Но что, если Господь не соблаговолит мне проснуться утром, что, если он призовет меня к Себе раньше? Нет, не годится ждать утра, — уверен Иван Иванович. — Вечером, да даже ночью, выйди из дому и сделай так, чтобы к Литургии всё зависящее от тебя было сделано!
ЗНАМЕНСКАЯ ВСТРЕЧА
Первое время после рукоположения отец Евгений служил в храме святого великомученика Димитрия Солунского, затем — в Токсово в храме Архистратига Михаила, а потом — в Князь-Владимирском соборе на Петроградской стороне. По словам отца Евгения, в своем настоятельском служении он во многом ориентируется на традиции именно этого храма.
— Настоятель Князь-Владимирского собора протоиерей Владимир Сорокин нам говорил так: вы не думайте, что ваше служение ограничивается богослужебной чередой и требами. Священник — он и вне храма священник. Проповедуйте, идите в школы и больницы, подходите к священству добросовестно. Мне, например, доверили окормлять психоневрологический диспансер. Он территориально располагался на Петроградской стороне, но учредителем выступала администрация Приморского района. В этом диспансере мы открыли часовню, а потом подумали: в Приморском районе, там, где сейчас активно строятся новые дома, тоже нужен храм. Главврач ПНД Марина Романовская меня в этом поддержала.
Однако получить землю для строительства оказалось не так просто, поэтому вновь созданная община сначала арендовала участок и начала строить временный храм. То, что храм будет посвящен Божией Матери, отец Евгений знал с самого начала.
— Богородица помогала мне на всем жизненном пути. По молитвам перед Её иконой «Знамение» я удостоился стать священником. Богородица, верю, помогла мне и встретить супругу. Дело было так. Я учился на первом курсе, в епархиальном управлении как раз закончилось собрание, и тогдашний помощник инспектора Духовной семинарии протоиерей Борис Безменов попросил меня перетаскать стулья из епархиального управления в семинарию. Это послушание досталось мне по чистой случайности: мы с товарищами спешили на богослужение, я должен был петь в хоре. Но на ботинке развязался шнурок, и мне пришлось задержаться на лестнице, где меня и застал отец Борис. Я расстроился: петь на службе я очень любил. А тут — таскать стулья. Но именно за этим занятием я познакомился со своей будущей супругой, которая пришла помогать в церковной лавке своей старшей сестре. Это было 9 декабря, канун празднования иконы Божией Матери «Знамение».
Деревянный храм на Нижне-Каменской улице был посвящен Богоматери и освящен в честь иконы «Живоносный источник».
ВСТРЕЧА С ГАРМОНИЕЙ
Алексей Шамин с семьей время от времени посещал богослужения в разных храмах Петербурга — в том числе Серафима Саровского на Серафимовском кладбище, Димитрия Солунского в Коломягах, где впервые познакомился со священником Евгением Шогеновым. Но постоянного прихода у Шаминых не было, и они очень обрадовались, когда узнали, что скоро храм построят прямо рядом с их домом. Но радость была бы неполной, если бы не известие о том, что настоятелем будет уже знакомый им отец Евгений.
— Мы стали помогать настоятелю в работах по благоустройству, — вспоминает Алексей, — тут было свалено много мусора, а земля была непригодна для того, чтобы высадить деревья или разбить цветник — сплошная глина. Грунт грузовиками завозили.
Сейчас зима, и сложно представить себе, как выглядит приходской сад в теплое время года, но говорят, что начиная с конца апреля и заканчивая октябрем здесь постоянно цветут цветы.
— Озеленение территории вокруг храма — мое основное послушание, — рассказывает Алексей Шамин. — Вот здесь у нас посажены туи, здесь — альпийская горка. Сорта я действительно подбираю такие, чтобы цветение одних растений сменялось цветением других. Весной, летом и осенью у нас красиво. А еще собираемся сделать детскую площадку. Ведь если театр начинается с вешалки, то храм — с прилегающей территории. Человек, заходя к нам, должен встречаться с красотой, с гармонией.
САМОЕ ГЛАВНОЕ
— Когда мы построили храм в спальном районе, к нам пошли люди, проживающие неподалеку. Они пошли именно в наш храм, и воцерковились, стали православными именно у нас. Они не поехали на богослужения в другой храм где-нибудь в центре города, — говорит отец Евгений. — Но как настоятель я чувствую на себе ответственность за то, чтобы научить их православию в традиции наших старейших приходов, которые имеют преемство даже от дореволюционных времен. Научить не только прихожан, но и молодых, недавно рукоположенных священников. Я служил в храме Димитрия Солунского, в Князь-Владимирском соборе, и хотел бы, чтобы традиции этих храмов стали традициями нашего прихода.
О каких традициях речь? Во-первых, как разъясняет отец Евгений, это благоговейное отношение к престолу и службе, к алтарю.
— Священник всегда должен оставаться священником. Он должен всем своим внешним обликом соответствовать священническому достоинству — быть опрятным, аккуратным, служить красиво и не торопясь. Куда торопиться? Закончил ты службу, а дальше — суета, «дела», кто-то, может, на футбол спешит. Зачем? Миряне смотрят на нас, они воспринимают наше отношение к храму, к богослужению. Если для священника главное — Литургия, она становится главной и для его семьи, для его жены и детей, а дальше и для всех прихожан. Все начинают жить Литургией.
Настоятель особо отмечает, что центром приходской жизни должна быть именно Литургия. В ней принимает участие вся община. И взрослые, и дети. Поэтому занятия в воскресной школе проходят на этом приходе уже после Литургии.
— Знаю, что во многих храмах наоборот. Пока родители молятся, дети занимаются в воскресной школе. Но я такую практику не очень одобряю. А когда дети на службу начнут ходить? Никогда. Они привыкнут, что Литургия не для них. По моему убеждению, главная задача воскресной школы — это воцерковление детей. А если они не присутствуют на Литургии, то как можно приучить их к храму? Никак.
Занятия в воскресной школе ведут сам отец Евгений и его супруга Александра.
