Путь церковного фотографа. Интервью c Марией Федоровой

Хочу жить, но не знаю как

— Мария, когда вы в первый раз взяли в руки фотоаппарат? Откуда у вас любовь к фотографии?

— Фотоаппарат мне подарили родители, когда я училась в школе. Я любила писать тексты и собиралась поступать на факультет журналистики в Санкт-Петербургский государственный институт кино и телевидения. Но родители считали профессию журналиста несерьезной и предложили поступить на сестринское дело. Уважая их мнение, я согласилась и пошла учиться на медицинскую сестру. Здесь и пригодился фотоаппарат: я активно участвовала в студенческой жизни, снимала мероприятия. Мне нравилось фиксировать и сохранять момент.

— Получается, вы журналистом все-таки стали, только фотожурналистом. А как вы пришли к церковному служению?

— В сестринском деле я выбрала профиль гемодиализа. Профиль сложный, практически предрак. Случилось так, что у меня пациент умер на аппарате. Последнее дыхание было на моих руках… То есть ты молодой амбициозный специалист, и вдруг понимаешь, что мы человека не спасли. Это такая травма! Кризисный момент и в жизни, и в профессии. Нас учили, что состояться как личность нужно через образование, карьеру. Учебу я закончила с отличием, в профессии состоялась, но ни красный диплом, ни хороший доход не приносили мне радости. Я чувствовала, что не хватает чего-то главного, но не знала чего. Я сильно нервничала и худела буквально на глазах. Однажды, увидев себя в зеркале, испугалась. Возникла одна-единственная мысль: «Господи, я хочу жить». Только не знаю, как жить, разуверившись во всем. Такая пустота внутри.

В нужное время с Божией помощью

— Что было дальше?

— Рядом с моим домом Александро-Невская лавра, где хранится афонская икона «Скоропослушница». Переступив порог храма с ощущением полной безысходности, я упала на колени и заплакала перед Богородицей: «Господи, дай отправную точку. Как мне действовать? Я не знаю ничего». Спустя два-три дня после той искренней молитвы я случайно познакомилась с директором добровольческой службы при отделе по делам молодежи Санкт-Петербургской епархии. Ему требовались волонтеры для сопровождения гостей на предстоящей конференции. Согласилась сразу.

В день конференции я, юная и робкая девочка-одуванчик в белом платочке, оказываюсь в окружении множества священников и работников епархии. Помню, один батюшка подошел ко мне и спросил: «Чудо, ты откуда? Кто ты?» Столько любви было в его голосе, и во мне в этот момент всё перевернулось. Я почувствовала, что мой труд нужен, я нужна.

Потом было много мероприятий, где я помогала добровольцем. И как-то мне протоиерей Константин Головатский говорит: «Маш, некому службу снять. У тебя вроде фотоаппарат был». Так я вышла снимать свою первую службу в Казанском соборе. Снимать там тяжело. Темно. И камера тогда у меня была старенькая. Я до дрожи в коленках боялась. Но четко помню то чувство соединения труда с благодатью, которую Господь при этом дает…

Так и ведет меня Господь по пути церковной фотографии. Конечно же, есть запланированные съемки, но иногда мне просто везет оказаться в нужное время в нужном месте с камерой в руках.

Практика, практика… и доверие

— Наверняка церковная съемка сильно отличается от светской. В чем её особенности?

— Да, мало владеть профессиональными навыками, нужно обладать деликатностью, тонким восприятием, умением чувствовать момент. Церковный фотограф должен быть невидимым, его не должно быть слышно, он не должен мешать молитве. Для этого важно знать каноны, литургику, уставные моменты. Звук затвора в полной тишине может нарушить молитвенное состояние, помешать служителям и молящимся. Когда знаешь ход богослужения, можешь подстроиться, понимаешь, в какой момент вступит хор или прозвучит возглас священника. И есть моменты, которые не нужно снимать, — Евхаристический канон, исповедь. Существуют вещи, сокрытые Богом, их невозможно показать, какими бы ни были твои амбиции и желание. Перед съемкой обязательно беру благословение и благодарна, что мне доверяют.

Для меня церковная фотография — это служение. Я снимаю, чтобы проповедовать о Боге через фото. Каждый раз прошу Господа направить меня, указать нужные моменты. Искренне молюсь, чтобы Господь позволил мне послужить своим трудом. И верю, что Он невидимо предстоит, а я следую тому, что Он дает. Для меня это не просто фотография, это живой диалог с Богом. Церковная фотография — это путь с двух сторон: духовной и человеческой. Богом дается талант, а ты сам должен усердно трудиться, развивая этот талант. Ты постоянно учишься, не стоишь на месте. И, конечно же, практика, практика, практика. И доверие Богу.

Нужно чувствовать людей

— А пригодилось ли вам медицинское образование?

— Однозначно да. Мало уметь снимать, нужно чувствовать людей, уметь находить подход, с пониманием, уважением и сопереживанием относиться к каждому. Этому научил меня опыт работы медицинской сестрой.

Расскажу на примере. Выходишь на съемку в новый храм. Тебя представили как фотографа, но приход чужой, людей много, ты никого не знаешь. Перед тобой женщина с ребенком, ты на них наводишь объектив — и вдруг понимаешь, что сейчас она тебя прибьет чем-нибудь. Никому не нравится, когда его снимают без предупреждения.

И как работать? В первую очередь помогает молитва: «Господи, направь. Я не могу сама, без Тебя». И дальше уже включается понимание человеческой психики, умение подстраиваться. В начале службы люди ещё зажаты, нужно, чтобы они вошли в молитвенное состояние, тогда исчезает напряжение. И потом, когда общаешься с приходом, становишься частью этой семьи. Уже знаешь, кто не сильно любит фотографироваться, а кто с радостью улыбнется. Я уважаю мнение каждого, не потревожу, если некомфортно. И постепенно становится проще поймать живые кадры и искренние эмоции.

— Каким было самое запоминающееся событие или место, которое попало в ваш объектив?

— Съемка Святейшего. Важный момент в моей жизни. Когда снимаешь молитву с ним, понимаешь, что это памятное событие. Съемка Патриарха стала для меня экзаменом. Служба проходила в Троицком соборе Александро-Невской лавры. Это уже не просто церковная фотография, но и документальная. Я фиксирую историю! Не передать, насколько волнительно и прекрасно это было.

— Что самое трудное в работе церковного фоторепортера?

— Наверное, как у всех, бывает много искушений. Это могут быть сомнения в себе, в правильности того, что и как ты делаешь. Или разочарование в ком-то, что порождает внутренний конфликт, обиду, мешает переступить порог храма. Или гордость, когда чувствуешь, что начинаешь возноситься. Но каждый раз Господь тихонько через людей напоминает: «Маша, не ищи славы земной, ищи славы небесной».

Расскажу об одном испытании. 9 июля, Тихвин, празднование Тихвинской иконы Божией Матери. Коридор добровольцев выстроился в ожидании встречи митрополита Варсонофия. Пять минут до начала, всё стихло, вот-вот зазвонят колокола. Я с фотоаппаратом наготове. Рядом стоит пожилая женщина в золотистом платочке. И вдруг обращается ко мне: «Знаете, Мария, вы сильно лицемерите. Как давно вы занимаетесь фотографией?» Я мгновенно пала духом, захотелось убрать камеру в рюкзак и уехать. Спасла исповедь у владыки. Иду к нему и думаю: «Неужели это правда? Господи, прости меня». Владыка выслушал и сказал: «Маша, это искушение через человека».

Иногда Господь посылает помощь и поддержку, а иногда разочарование и искушение, чтобы закалить характер и укрепить в духе. Главное понимать, что Он не даст того, с чем ты не смог бы справиться. А преодоление испытаний приносит новую радость и глубину и в жизни, и в фотографии.

Соль для информационного пространства

— Поделитесь историей из практики, которую вспоминаете с улыбкой?

— Таких накопилось много, вот, например, одна. Я участвовала в фотоконкурсе, организованном Иоанновским монастырем. Отсылаю работы и забываю, занимаюсь своими делами. Через месяц приходит оповещение, что я победила в двух номинациях. На вручении я присутствовать не смогла, награду забирала позже. И вот приезжаю. Место красивое, напротив самого монастыря. Звоню в дверь. Открывает седовласый батюшка с длинной белой бородой, тогда я его не знала. Это был приснопамятный протоиерей Николай Беляев, тогда старший священник Иоанновского монастыря. Когда батюшка узнал, что я работаю медсестрой, сказал: «Медицину не бросай. Она будет тебе помогать». И оказался прав, потому что медицина до сих пор меня кормит.

Медицина — моя работа, а фотография — мое служение. В тот день отец Николай благословил меня иконой праведного Иоанна Кронштадтского. Это было первое такое благословение от Бога через священника. Как будто Господь дал мне понять, что я на верном пути.

— Каким вы видите свой дальнейший путь? Есть место или событие, о котором мечтаете снять фоторепортаж?

— Очень бы хотелось снять рукоположение тех коллег, с которыми мы давно вместе работали. Ещё мечтаю соединить фотографию с текстом. В свое время я закончила епархиальные курсы, а теперь готовлюсь к поступлению в Минскую духовную семинарию на богословско-педагогическую специализацию. Хочется передавать полученные знания, и я верю, что фотография в комбинации с текстом может стать проповедью для молодежи. Цепляющий кадр и слова из Священного Писания с кратким толкованием и живой речью автора — это та соль, которой мне хотелось бы засолить информационное пространство. 

Интервью подготовлено в рамках курса «Азбука приходского медиа»