Красота для Бога и человека
Самый долгий долгострой
— У Смольного собора особая история, — говорит настоятель, благочинный храмов при вузах протоиерей Петр Мухин. — Своим основанием и строительством он обязан двум женам-мироносицам, великим императрицам. Елизавета Петровна заложила Смольный собор. В течение 15 лет он был построен — и более 60 лет стоял закрытым. Супруга Павла I, вдовствующая императрица Мария Феодоровна, мать императоров Александра I и Николая I, стала устроительницей Смольного собора. Он был задуман именно для духовного просвещения молодежи, студенчества Санкт-Петербурга. Императрица Мария Феодоровна была инициатором и основателем более 30 учебных заведений по всей Российской империи. Она не только создала образовательные программы, но и подготовила специалистов и руководство для духовного просвещения и образования студенчества. О том, что именно она учредила Смольный собор как храм учебных заведений Российской империи, свидетельствует памятная доска в восточной части собора, внутри алтаря, на горнем месте.
От закладки до освящения собора прошло 87 лет — за это время были построены Никольский, Казанский, Исаакиевский (всего-то за сорок лет) соборы, перестроена Лавра… Интересно, что цифра 87 появляется в истории собора не один раз.
— От его освящения до закрытия также прошло ровно 87 лет, — продолжает отец Петр. — В 1922 году Смольный собор был закрыт, имущество разграблено и, к большому сожалению, бесследно исчезло. Остался только запрестольный образ, написанный Венециановым на холсте, «Предстательство Божией Матери за воспитанниц Смольного института». Он хранится в Русском музее. И это единственная историческая вещь, которая точно происходит из собора. И первое после закрытия собора богослужение было совершено в нем приснопамятным митрополитом Владимиром тоже ровно через 87 лет. Это было на праздник Благовещения в 2010 году.
Но даже в советские годы кресты со Смольного собора не были сняты, хотя с других храмов их снимали повсеместно.
— Все кресты сохранились, кроме одного, который упал в 2001 году, если не ошибаюсь, и был заменен, — говорит ближайший помощник отца Петра диакон Роман Катаев. — А остальные — подлинные, они до наших дней простояли.
В жизни отца Романа Смольный собор возник в самые первые дни, когда он приехал в Петербург из Уфы поступать в духовную семинарию.
— Приехав сюда в середине августа, я изучал город. Во время одной из первых прогулок увидел Смольный собор. Я подошел и подергал дверь, и только тогда заметил вывеску, что это концертный зал. Поскольку дело было днем, он был закрыт, нельзя было войти. Я был удивлен: внешне это был храм, ничто не говорило о том, что внутри храма нет. И так получилось, что в концертный зал я никогда не ходил. Не то чтобы из принципа — началась учеба в семинарии, мало было времени. 24 мая 2009 года, в день святых равноапостольных Кирилла и Мефодия, студентам предложили поехать на первую службу в Смольный собор. Это был молебен, который совершил тогдашний ректор владыка Амвросий (ныне митрополит Тверской и Кашинский. — Прим. ред.). Некоторые из моих сокурсников там были, но я по каким-то причинам поехать не смог. Символично, что именно владыка Амвросий совершал Литургию в 2016 году, когда собор передавали Церкви. Попал я сюда первый раз, когда уже закончил обучение в магистратуре Духовной академии и искал приход, где мог бы служить. Спрашивал знакомых, друзей. Один и пригласил прийти в Смольный собор. Службы были регулярными, но концертный зал тоже имел свой режим: в 11 часов начиналась его работа, и время для богослужения было с 7 до 11 утра. Я приехал рано утром, вошел сюда впервые и удивился, увидев, что на входе — стойка администратора, а дальше — занавес, который полностью закрывал всю внутренность собора для входящих. То есть кто не купил билетик, тот не может посмотреть на собор. Нужно было зайти за эти шторы, и тогда уже открывался вид концертного зала, который вполне профессионально использовал пространство собора. Были задрапированы все окна, не было естественного освещения. В центральном алтаре стояли временные перегородки, разделявшие пространство на клетушки, где сидели сотрудники.
Став алтарником, отец Роман практически сразу стал проводить экскурсии. В основном рассказывал о внешнем виде, архитектурном ансамбле, но и внутри собора, хотя интерьер большей частью был утрачен, можно было подметить много интересного: например, фрагмент росписи, который обнаружили реставраторы в 2000‑е годы.
Городские легенды
На вопрос, не пытались ли искать пропавшее убранство собора, диакон Роман Катаев отвечает так:
— Искали, и не только мы, но и наши предшественники, которые, собственно, управляли этим зданием, — музей «Исаакиевский собор». Но даже от огромного центрального иконостаса, почти 23 метра в высоту, не сохранилось ни одной щепочки. Боковые иконостасы были по 17 метров, и тоже не сохранилось ничего. Уникальным элементом интерьера Смольного собора была хрустальная балюстрада, которая преграждала путь в алтарь. Периодически ходят слухи, что где-то её обнаружили, поговаривали даже, что из неё в советское время изготовили стеклянные плитки для колонн на станции метро «Автово», но это не более чем городская легенда. Ходил также слух, что хрустальная балясина в особняке Половцова — часть балюстрады Смольного собора. Но специалисты музея «Исаакиевский собор» выяснили, что нет, хотя, возможно, и сделана по тем же лекалам.
Поиски активизировались, когда понадобились исторические материалы для реконструкции утраченного убранства. Отец Петр обращался и в Институт истории СПбГУ, и в различные музеи, архивы, чтобы они помогли найти хоть какую-то информацию об элементах интерьера Смольного собора.
— По этим документам у нас выстроилась хронология закрытия, — продолжает отец Роман. — Мы знаем точный день, 7 октября 1922 года, когда собор был опечатан по решению местной районной власти. Даже не городской, а именно районной — было такое учреждение «Церковный стол». В соборе всё осталось на своих местах, его было решено передать в музейное ведомство, но в результате им никто не занимался. На фотографиях 1920–1930 годов видно, что интерьеры собора находятся в состоянии стихийного уничтожения: валяется на полу церковная утварь, разбитые оконные рамы, иконы, книги. В начале 1970‑х в здании открылась экспозиция «Ленинград сегодня и завтра», тогда его чуть-чуть починили. Остов главного иконостаса простоял, видимо, до 1970‑х годов, потому что в архиве КГИОПа обнаружились акты, которые подтверждают, что его перед созданием выставки «Ленинград сегодня и завтра» демонтировали и передали по актам в Музей истории Ленинграда, то есть в Петропавловскую крепость. Обращались туда, даже просили архимандрита Александра (Федорова), настоятеля Петропавловского собора, поспособствовать, поискать. Но и оттуда пришел ответ, что ни иконостаса, ни даже актов этих сегодня нет.
К счастью, в соборе не случилось никаких варварских перепланировок, хотя был проект использовать здание в качестве планетария…
Сейчас у собора появилось пространство, называемое «подцерковьем», там располагается музейная экспозиция, проводятся различные просветительские мероприятия.
— То, что было заложено 277 лет назад, сегодня в первозданном виде открыто, — говорит отец Петр. — Это пространство обустроено для проведения различных мероприятий, но здесь сохранена история — в каждом кирпиче, во всем, к чему мы прикасаемся и что видим. Мы сохранили всё как было, ничего не переделывая.
Целый ансамбль
— Смольный собор — удивительное творение великого архитектора Бартоломео Растрелли, — продолжает отец Петр. — Тональность западной архитектуры была им переосмыслена, и мы не воспринимаем это здание как какой-то западный собор, а воспринимаем как православный храм.
Собор — центр архитектурного ансамбля, в который входило в том числе несколько храмов. Сейчас их здания занимают различные организации.
— Церковь святого Александра Невского, храм Смольного института благородных девиц, то есть юго-восточная башня, разделена на несколько этажей, — говорит отец Роман. — Здание принадлежит администрации Санкт-Петербурга, на верхнем этаже, насколько я знаю, находится библиотека, и там сохранился фрагмент настенной росписи. Еще одна церковь — с другой стороны, здание тоже разбито на этажи. В настоящее время эти храмы — в состоянии реставрации. Северо-восточная церковь была первым или одним из первых храмов Смольного монастыря, она была освящена при Екатерине Второй в честь её небесной покровительницы великомученицы Екатерины. Рядом с ней — северо-западная башня монастыря, там располагалась церковь праведных Захарии и Елисаветы, это тоже храм конца XVIII века, в его отделке успел принять участие сам Растрелли. Реставрация в этих церквях уже завершена, церковный интерьер не восстановлен, но отделка стен и само пространство восстановлены. Эти здания находятся в ведении СПбГУ.
— Весь ансамбль Смольного собора — уникальное культурное наследие, которое требует особого внимания и заботы, — говорит ректор СПбГУ Николай Кропачев. — Мы стремимся сохранить исторический облик помещений, одновременно адаптируя их к современным потребностям Университета.
Сами монастырские корпуса комплексную реставрацию еще не проходили, кроме помещений, которые относятся к администрации города.
— То, что большинство корпусов монастыря принадлежит Университету, — наверное, самый лучший вариант, — считает отец Роман. — В этом прослеживается некое преемство, потому что Смольный институт благородных девиц возник именно здесь. И хорошо, что сегодня там не какие-нибудь автомастерские или склады…
Маяк для юношества
— Собор является маяком духовного просвещения молодежи и студенчества Санкт-Петербурга, в нем собираются студенты, ректоры вузов, начальники военных училищ, — говорит отец Петр.
В течение года проходит больше ста мероприятий — и на площадках высших учебных заведений, и в самом соборе: студенческие форумы, лагерные смены, выставки. В день освобождения города от блокады студенты принимают участие в возложении цветов на Пискаревском кладбище, потом приходят в собор, где священники служат панихиду, а соборный колокол совершает 900 ударов в память о подвиге ленинградцев. Проходят просветительские программы, их разрабатывают сами студенты: уроки мужества, на которых выступают ветераны, викторины в формате «Что? Где? Когда?», круглые столы, форумы, посвященные великим святым — Александру Невскому, Иоанну Кронштадтскому. Проходят паломнические поездки, студенческие балы — Покровский и Бал Победы. Важно, подчеркивает отец Петр, что на этих мероприятиях молодые люди знакомятся, находят будущих спутников жизни, и это совпадает для них с открытием мира православия, постижением жизненных принципов, которые были им до того неизвестны.
— Заканчивая учебное заведение, бывшие студенты идут в мир, уже понимая, что такое православие, — говорит настоятель. — Они прежде все