Храм иконы Божией Матери «Утоли моя печали» при клинике душевных и нервных болезней ВМА

Протоиерей Георгий Иоффе, настоятель, глава Миссионерского отдела Санкт-Петербургской епархии

Меня назначили сюда после того, как в 2006 году начальник Военно-медицинской академии Борис Всеволодович Гайдар написал письмо митрополиту Владимиру с просьбой возобновить в клинике психиатрии храм, закрытый в 1922 году. Инициатива принадлежала начальнику кафедры психиатрии Владиславу Казимировичу Шамрею. В 2012 году исполнилось 120 лет со дня освящения исторического храма в клинике душевных и нервных болезней и пять лет со времени возобновления богослужений в новом. Могила последнего настоятеля находится на Смоленском кладбище, недалеко от часовни Ксении Блаженной. О духовенстве, служившем здесь, известно не очень много, но есть у нас свой небесный покровитель из новомучеников — настоятельствовавший в одном из академических храмов священномученик протоиерей Алексий Ставровский (см. «ВЖ» № 10, 2013).

В помещении, где теперь храм, раньше была учебная аудитория. На старом месте восстановить его было нельзя: там сейчас другая клиника — военно-полевой терапии, помещение используется как конференц-зал. Но, начиная все с нуля, мы были отчасти рады: можно было создавать интерьер, не оглядываясь на казенные каноны синодальных домовых храмов… Один недостаток — потолки у нас низкие.

Первое время мы могли лишь изредка, по большим праздникам, служить молебны. С декабря 2007 года, то есть через 85 лет после закрытия, начали здесь служить Литургию. В прошлом году храм был освящен иерейским чином. Приход у нас не очень большой, но дружный.

Существенная часть нашей работы — окормление пациентов. Нетяжелые больные приходят сами. Часто бывает, что пациенты у нас исповедуются и причащаются первый раз в жизни, и некоторые из них после выписки продолжают к нам ходить. А к тяжелым больным ходим мы, причем к пациентам не только нашей, но и других клиник.

В академии существует движение за возрождение святынь, которые здесь были раньше. Помимо нашего храма в академии до 1922 года функционировали еще шесть, было несколько часовен и крестилен: в тогдашнем руководстве академии прекрасно понимали, Кто у нас главный Врач. Так вот, есть замысел построить на территории ВМА отдельно стоящий храм, где бы находились иконы тех святых, которым были посвящены прежние академические храмы, и в память всех почивших военных врачей. Мы молимся, чтобы это решение было принято, и тогда будем писать прошение митрополиту Владимиру…

Александр Мозговой, сотрудник Миссионерского отдела, инженер кафедры ботаники СПбГУ

При нашем храме я провожу библейские занятия. Они бывают на разные темы: Священное Писание, богослужение, история Церкви. Иногда я сам выбираю темы, иногда отец Георгий, а бывает, и прихожане предлагают. Например, захотели люди этой осенью рассмотреть полно и подробно мессианские пророчества — мы этим и занялись, затянулось месяца на три: казалось бы, тексты известные, но по ходу изучения обнаруживалось много нового. Сейчас мы занимаемся историей создания церковнославянского и Синодального переводов Библии, знакомимся с канвой событий и с литературой, которая всё это описывает.

Пришел я сюда вместе с отцом Георгием. Закончил Богословско-педагогические курсы, Миссионерские курсы, но заметил, что если не заниматься самообразованием, никакие курсы не дают желаемого результата. Поэтому все время читаю.

Мое основное хобби — библейская ботаника, поскольку я по профессии ботаник. Собираю сведения о растениях, которые упоминаются в Библии: полные списки, анализ, толкования.

Еще ведем с отцом Георгием на Радио «Мария» цикл передач «Миссионерский час», есть у меня и собственная радиопередача «Растения в Библии», каждый второй четверг месяца. Было уже семьдесят передач. Поначалу я планировал, что их будет около десяти, но оказалось, что одна тема «цепляет» другую — только «Песнь Песней» содержит практически четверть «запасов» всех растений Библии. Многие термины рассказывают о времени написания тех или иных текстов. Например, в Книге Исход упомянут «чистый ливан», иначе — аравийский ладан. Соответствующий древнееврейский термин вошел в оборот гораздо позже эпохи Исхода, что служит одним из доказательств позднего редактирования Пятикнижия, близкого ко времени персидского владычества. Такие вроде бы мелочи приятно оживляют наши библейские беседы. Свою задачу я вижу не в том, чтобы что-то «преподать» как абсолютную истину, нет. Важнее всего заинтересовать людей самостоятельной работой с Библией и историей ее автора — Церкви.

Юлия Домашенко, певчая, помощник регента

Я на приходе поч­­ти шесть лет, пришла из другого храма: здесь пели несколько моих знакомых, они меня «переманили». Музыкального образования у меня нет, но есть большой опыт церковного пения. Считаю, что для пения в церковном хоре профессиональное образование желательно, но не обязательно — не менее важны молитва и надежда на помощь Божию. А самое главное — опыт: знаю многих непрофессиональных певчих, которые поют по 10–15 лет и ни в чем не уступают профессионалам.

В церковном хоре очень важен выбор репертуара. Регенту нужно подобрать такие мелодии, при которых был бы хорошо слышен текст, ведь люди приходят не просто слушать, а молиться, думать о спасении души. И хорошо, когда выбранные распевы всем певчим нравятся и всем «по голосу». Мы в хоре очень любим русских композиторов: Архангельского, Львова, поем и сербско-византийские песнопения.

Мы и в храме часто помогаем, когда попросят что-нибудь сделать: подмести, прибраться, подсвечники почистить. Но основное, конечно, пение — если регент приходит и говорит: «Девочки, пойдемте заниматься», мы всё бросаем и идем. У нас в хоре дисциплина, регента слушаемся беспрекословно, особенно во время службы. 

Подготовила Татьяна Кириллина