Духовный ковчег. Зоопарк «Элафион»

«Как олени спешат на источники вод…»

Отец Серафим после семинарии пришел служить в храме и начал помогать в зооуголке, созданном в первую очередь для прихожан — внешних посетителей было мало.

Зооуголок стал зоопарком, когда «доброжелатели» написали заявление в прокуратуру, что это, мол, незаконно. Тогда было решено юридически отделиться от прихода и сменить статус. Идея, собственно, витала в воздухе — даже во времена, когда зооуголок назывался зооуголком, люди часто спрашивали: «Это зоопарк?»


Для зоопарка отец Серафим выбрал красивое и символичное название «Элафион», что в переводе с греческого значит «олень».

— Оленей в зоопарке нет, почему же решили так назвать?

— Мне хотелось, чтобы в названии было животное, которое упоминается в Библии, — объясняет отец Серафим. — Царь Давид сравнивал себя с оленем (Пс. 41, 2). В анонимном литературном памятнике «Александрийский Физиолог» упоминается олень, который питается ядовитыми змеями, аспидами. Чтобы выжить после такого «обеда», он должен был найти живую воду, и тогда мог прожить еще 50 лет. Если провести параллель с нашей историей, «аспиды» хотели погубить зооуголок, но он переродился в зоопарк «Элафион». И я надеюсь лет пятьдесят здесь провести, потому что ощущаю зоопарк своим детищем.

Подпитка веры

— Отец Олег, как пришла мысль устроить зооуголок при храме?

— Начну издалека: я в детстве любил биологию, особенно энтомологию — науку о насекомых, — рассказывает настоятель. — Прочитал все книги про них в школьной библиотеке. Если бы тогда были условия, держал бы дома богомолов. Когда у меня начали подрастать свои дети, они стали зависать в компьютерах, и я решил их «переключить» на животных. Покупал именно экзотических — крокодилов, хамелеонов, даже тараканы одно время жили. Появлялись всё новые и новые, и я понял, что пора переносить уголок из квартиры в храм.


— Как отнеслись прихожане к такому соседству?

— Я наблюдал их реакцию, и меня умиляло поведение взрослых, родителей. Когда дети визжат от радости и удовольствия, это естественно, но когда взрослые забывают, что они взрослые, и начинают реагировать так же, как дети, — значит, дело хорошее.

— Помогают ли животные духовному воспитанию прихожан?

— Мы все прошли через детство, через школу. Понятно, что ребенку тяжело вставать рано утром, особенно в единственный выходной. Но если при храме есть зоопарк, прихожане могут сказать своим чадам: «Мы сейчас пойдем в зоопарк, а тут рядом храм, можно зайти свечку поставить». Я тогда придумал ещё одну практику — купил живого осла, чтобы приучать маленьких детей к исповеди. Обычно в церковной практике исповедуют с семи лет, но я считаю, что можно начинать и раньше. Детей, которые исповедовались перед причастием, я угощал леденцом, привезенным с острова Корфу, и говорил: «Ты его не ешь сразу. Сначала причастись, а потом покажешь этот леденец как входной билет для катания на осле, и тебя бесплатно покатают вокруг храма». Другие дети могли покататься за пожертвование — всё же расходы на содержание осла нужно было покрывать.


— Что для вас значит общение с животными?

— Животное — это подпитка моей веры. Когда я наблюдаю за ними, я восхищаюсь ими как творениями Божиими, меня поражает их мудрость. Вот пример: много лет назад у меня жили американские рыжие тараканы, самые быстрые в мире, у них скорость — метр в секунду. Очень они уважали картофельные очистки. Готовит матушка ужин — все очистки им. Один раз мы купили картошку, почистили и дали тараканам, как обычно. Саму картошку, естественно, съели. Но наутро увидели, что очистки нетронуты! Вывод какой? Что не очень-то съедобной была эта картошка. Мы не знаем, что в ней, а тараканы знают, хоть химию и не учили.

Со святостью рядом

— К экзотическим животным у многих отношение неоднозначное. Бывало ли, что прихожане негативно реагировали? Как поступали в таких случаях?

— Любое животное — творение Божие, это тоже проповедь о Боге. К кошечкам-собачкам мы уже привыкли и часто смотрим на них, скажем так, без высоких мыслей. Здесь же можно увидеть крокодила — он уникален, самобытен, ему уже не требуется дальнейшая эволюция, он самодостаточен. И вроде монстр такой, но люди стоят и любуются. Когда меня спрашивают, можно ли его погладить, шучу: «Один раз можно». Некоторые, конечно, высказывают недовольство, что вот тут и церковь, и зоопарк — для них это несовместимые вещи. Но в качестве аргумента «в защиту животных» мы всегда можем обратиться к библейским сюжетам, житиям святых. У меня появилась идея написать серию икон святых, которые контактировали с диким животным. Мы много таких примеров знаем: преподобная Мария Египетская и лев, который выкопал ей могилу, к преподобным Сергию Радонежскому и Серафиму Саровскому приходили медведи, равноапостольный Герман Аляскинский подкармливал медведя рыбой, а преподобный Еллий Египетский на крокодиле переплыл Нил. Чтобы вместить все будущие иконы, я решил выделить помещение бывшего спортзала под храм святого Иоанна Предтечи. Люди посмотрят наш зоопарк, а потом я и говорю: «А сейчас мы пойдем смотреть львов и медведей!» (улыбается).


По коридору из нынешнего «Элафиона» можно попасть в небольшую мастерскую, где трудится иконописец в компании… искусственного интеллекта! Последний под руководством отца Олега отрисовывает животных и предлагает общую композицию, а иконописец после этого работает над образами святых.

— Вот Ирина Македонская, её перед смертью бросили в ров со змеями, но они к ней не притронулись! Вот святая Фекла со львицей, святая Татиана… А там святой Еллий на крокодиле, — продолжает экскурсию отец Олег. — Представьте, что между вами и львом нет сетки. Хочешь не хочешь, всё равно будешь трепетать: один удар лапой — и тебя нет в живых. Такая сила веры была у людей, что дикие животные — хищники, убийцы — преклонялись перед ними и не трогали их. Хотя многих христиан хищники разрывали, и те принимали мученическую кончину. Но кого-то Господь сохранял.

«Вторая жизнь»

А в «Элафионе» животных — Божии творения — сохраняют люди. 90% питомцев зоопарка — «отказники»: люди сначала берут их, а потом держать дома не хотят или не могут. Красноухих черепах покупают маленькими, потом они вырастают до огромных «тарелок», и люди просто не знают, что с ними делать в небольших квартирах. Отдают в зоопарк.

— Это бич такой у нас в России, черепаховый, — невесело шутит отец Серафим. — В зоопарке пятьдесят черепах, больше пока взять не можем. У некоторых повреждены панцири из-за неправильного ухода, освещения.


— Есть ли какие-нибудь необычные истории спасения?

— Видите — ящерица, синеязыкий сцинк, у него горбик и нет фаланг на пальцах. Что с ним случилось — неизвестно, но вот уже больше десяти лет у нас. В соседнем террариуме жил варан маленький. Бывший хозяин выпустил его погулять по квартире, он забился под батарею и получил ожоги. Его принесли нам. Мы выходили, кормили его с пинцета. Ещё полтора года у нас прожил.

«Элафион» стал настоящим приютом для экзотических животных. Люди регулярно предлагают взять их бесплатно — главное, чтобы они жили в достойных условиях.


— Как получается обеспечивать кормом такое количество животных? У вас даже скот домашний живет!

— Спонсоров у нас нет, поэтому я придумал кормление за пожертвования, это наш основной источник дохода, — объясняет отец Серафим. — Есть рекомендованная сумма, но мы не контролируем, сколько человек положил, всё на доверии. Пятнадцать видов животных посетители могут покормить самостоятельно, даже крокодилов!


— А за руку не схватят?

— Я старался сделать так, чтобы можно было не контролировать процесс, чтобы было максимально безопасно для человека и животного. К крокодилам, например, мясо выезжает на специальном приспособлении, взятом от «умных штор».

Хорошее отношение к…

Немало людей считают, что содержать животных в зоопарках «бесчеловечно», потому что им там плохо. Но устроители зоопарка «Элафион» уверены, что с их питомцами всё в порядке.

— Бывает, спрашивают: «Вы уверены, что им хорошо, не тесно?», — делится отец Серафим. — Животное может сказать, хорошо ему или плохо, своим поведением, здоровьем. Наши питомцы два раза в год сдают анализы, если что-то не так, приглашаем ветеринара. Ну и, опять же, размножаться они не будут, если им плохо.

Кроме того, здесь есть правило: ухаживать за животными должны профессионалы.

— Я не беру волонтеров, это себе дороже, — объясняет отец Серафим. — Приходят люди, предлагают помощь, но ты не знаешь, чего от них ожидать, умеют они обращаться с животными или нет. Было такое, что морскую свинку уронили, и она получила травму. У меня есть штат сотрудников, это знающие люди, профессионалы, я им доверяю. Когда нет посетителей, сотрудники достают животных, общаются с ними, гладят. Естественно, любовь взаимна — животные чувствуют отношение к себе.


Одна из сотрудниц зоопарка, Наталья, говорит: «Становишься добрее, когда с животными общаешься, они же чистые».

— Как вы понимаете миссию «Элафиона»?

— К нам приходят школьники, детсадовцы, из центров реабилитации приезжают автобусами. Мы пропагандируем в первую очередь доброе отношение к животным. Раньше через зооуголок привлекали в храм, сейчас мы как зоопарк открыты для всех, неважно, какой человек веры, какие у него финансовые возможности. Важно, чтобы приходили дети и взрослые, проводили здесь время совместно. «Элафион» — место радости общения с Божиими творениями. Хотелось бы, чтобы радости было больше, зоопарк расширялся, обзаводился новыми питомцами, люди бы приходили и восхищались.