Духовная сцена в ожидании зрителя

Что такое православный театр: «воцерковленный» Станиславский, альтернатива светскому театру или просто лекарство от разобщенности внутри прихода?

Недолгий счет

— А много ли вы православных театров в Петербурге насчитали кроме нашего и «Странника»? — поинтересовался руководитель Православного театра народной драмы Андрей Грунтовский в ответ на мою просьбу рассказать о таких коллективах в нашем городе.

Пришлось согласиться: интернет-поисковик по первому запросу выдает информацию только о двух только что прозвучавших названиях.

— В Москве или за рубежом театральное христианское искусство поддерживается больше: и финансово, и информационно, — пояснил Андрей Вадимович. — В Москве, например, несколько коллективов получили финансирование из Министерства культуры, имеют свои здания. А мы (и не только мы) даже рекламу в городе сделать не можем. Ведь не будешь же просить священников, чтобы после проповеди говорили пастве: «А теперь предлагаем сходить в театр!» Театральная богема тоже обходит нас стороной, для них «православный» как «примитивный» звучит.

Для культурной столицы такое признание удивительно. Тем более что Санкт-Петербург сегодня претендует на звание центра православного театрального движения. Уже много лет в нашем городе проводится ежегодный Пасхальный театральный фестиваль, на него приезжают театры со всех уголков России и ближнего зарубежья. Еще один, детский, фестиваль «Ангельские лики» организует Александро-Невская лавра и ее воскресная школа. Тем не менее, в городе всего два профессиональных драматических православных театра. Они имеют своего зрителя, но полные залы не собирают. Первая причина, как уже упомянуто, — отсутствие широкой рекламы. Вторая в том, что многие до сих пор неясно представляют себе, что сегодня скрывается за словосочетанием «православный театр».

 

Как театр назовете?

Даже само сочетание слов «православный» и «театр» до сих пор вызывает споры.

— Я считаю, лучше не употреблять название «православный театр», — говорит театральный педагог-режиссер, руководитель епархиальной театрально-педагогической школы Любовь Серебрякова. — Православие — это образ жизни режиссера, актера. Но один Господь знает, насколько мы воцерковлены. Уместнее говорить «театр, основанный на христианских ценностях».

— Театр на Руси родился под именем «духовный театр», — высказывает другую точку зрения художественный руководитель православного театра «Странник» Владимир Уваров. — Собственно, неприятие такого словосочетания — «православный театр» или «духовный театр» — происходит от недостаточного знания отечественной истории. Ведь не с потолка же мы взяли такое название, нас благословили так назваться.

Владимир Уваров, художественный руководитель православного театра «Странник» 

Тем не менее, сущность явления практически всеми, кто по благословлению занимается театральным творчеством в церковной среде, воспринимается одинаково: православный театр — это место, где происходящее на сцене трактуется исходя из христианских ценностей. Но благая цель может достигаться разными методами. Именно из-за методов некоторые недоверчиво смотрят в сторону театральных подмостков.

Верить или не верить Станиславскому?

Главный аргумент противников театрального искусства в церковной среде сегодня такой: в основе театра лежит лицедейство, которое Богом не благословляется. Чаще всего в связи с этим упоминается знаменитая система Станиславского, по сей день (хоть и не единственная) используемая многими режиссерами. Система состоит из действенных, выработанных основателем МХТ на основе собственного многолетнего актерского и режиссерского опыта, принципов, помогающих актеру войти в роль. Одним из них является творческое перевоплощение.

Самая влиятельная книга в истории западного театра

«РАБОТА АКТЕРА НАД СОБОЙ» КОНСТАНТИНА СТАНИСЛАВСКОГО переполнена прямыми и косвенными аллюзиями на реалии православного богослужения и аскетики. Например, название ключевого для актера состояния «я есмь», «при котором артист чувствует, что он подлинно существует на сцене, что он имеет право, основание там быть и действовать», заимствовано из славянского перевода Священного Писания. 

— Как только люди, мало знакомые с опытом Станиславского, наталкиваются на этот принцип, они для себя сразу отметают всю систему, — делится своими наблюдениями Любовь Серебрякова. — Но Станиславский всю жизнь работал над своими постулатами и предупреждал, что они несовершенны. Если положить систему на православное мировоззрение, то есть не играть другого человека, а проживать свое отношение к тем событиям, в которых действует герой, то именно этот принцип позволяет актеру не терять свое лицо и душу и открывает театру дверь в православный мир.

Похожих взглядов придерживается Владимир Уваров: «В сердцевине системы Станиславского лежит: „я — в предлагаемых обстоятельствах“. Я, а не кто-то другой, понимаете? Я, со своей психофизикой, со своей душой, но попавший вот в такие жизненные обстоятельства, которые предлагаются мне, актеру, автором пьесы. И ни в кого мне не надо перевоплощаться, мне надо прожить отрезок своей жизни в тех обстоятельствах, которых у меня никогда не было и никогда не будет. Но это я живу на сцене, а не кто-то другой. А иначе будет кривляние, не будет жизни».

Разговор о вечном

Владимир Уваров, придя в Церковь, сначала тоже посчитал, что вера и его профессия несовместимы. Ушел из театра, работал в лавре, одно время трудился разнорабочим. Потом стал заниматься радиопостановками на «Православном радио Санкт-Петербурга». Из них-то — посоветовал настоятель храма во имя иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» при заводе АТИ протоиерей Иоанн Миронов (который стал духовником театрального коллектива) — в 2007 году «вырос» православный драматический театр «Странник».

— Мы создавали «Странник», чтобы прийти к тому театру, который зародился в церковной ограде, — рассказывает Владимир Николаевич. — Чтобы говорить со зрителем о вечных и нетленных истинах, а не переносить на сцену коммунальные перебранки.

Репертуар «Странника» сопоставим с репертуаром любого драматического театра: это и «вечно живая» классика, и постановки по произведениям современных авторов. Здесь стремятся избегать слащавости и морализаторства, засилья правильных слов и религиозной атрибутики — присутствие которых легко заподозрить в православном театре. Зрители отмечают высокий уровень игры актеров. Все они — профессионалы и глубоко верующие люди. Словом, сегодня «Странник» смело можно назвать альтернативой светскому театру, хотя сам Уваров против такого жесткого противопоставления. Он считает, что и в светском театре наметился интерес к нравственности, поэтому лучше находить хорошее в работе друг друга и взаимообогащаться. «Странник» ездит с постановками на некоторые светские театральные фестивали и принимает отдельные коллективы на своей сцене.

Репетиция театра "Странник"

К слову, новая сцена «Странника» к гостеприимству располагает. С самого основания театр ютился на чердаке храма  иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» на заводе АТИ. Но несколько лет назад здесь же выстроили отдельное здание с залом на двести с лишним мест, с удобными мягкими креслами.

Своим путем

Параллельным путем развивается Православный театр народной драмы под руководством писателя, поэта, сценариста, режиссера, актера Андрея Грунтовского. В 1980-х он играл у Льва Шварца, поступал в Театральный на режиссуру. Однако, начав воцерковляться, он тоже забросил и учебу, и игру. Рассказывает, что закулисная жизнь театра оказалась несовместима с верой. Однако уже в середине 1990-х взялся за создание своего театра:

— Я понял: нельзя мириться с тем, что происходит во многих светских театрах, — рассказывает режиссер. — Попытка любой ценой наполнить зрительный зал и сделать деньги приводит к тому, что перед зрителем на сцене предстают все грехи.

В основу своего театра Андрей Грунтовский положил, казалось бы, весьма разнородные традиции: литургическую и фольклорную.

— Сама литургика построена на фундаменте античного театра, — объясняет Андрей Вадимович. — Святые отцы отобрали из него то, что годится для Литургии. Антифонное пение, чтец, возгласы — всё то, что мы видим в храме, — это тоже театральные приемы. С другой стороны, мы опираемся на фольклорную традицию. Не всё в фольклоре было неприемлемо. В Средние века к православным русским монастырям были приписаны скоморохи. Они играли «Пещное действо», которое ставилось после рождественской службы прямо в церкви.

Андрей Грунтовский, руководитель Православного театра народной драмы

Театр Грунтовского пропагандирует возрождение народной культуры. Репертуар состоит из классики: Пушкин, Есенин, Абрамов, Шукшин, Шергин, Рубцов, и пьес самого Грунтовского. При этом на всех уровнях, от сценария и постановки до работы с актером, Андрей Вадимович использует собственную методику. Актеров часто тоже «выращивает» сам, не требуя профильного диплома. «Народный театр — не значит любительский», - считает Грунтовский. Коллектив часто приглашают со спектаклями по всей России.

— При этом театр не имеет своего помещения, — делится Андрей Грунтовский. — Дважды в месяц мы даем постановки на базе Духовно-просветительского центра «Святодуховский» в Александро-Невской лавре, репетируем то здесь же, то в небольшой комнате в приходе храма иконы «Неопалимая Купина». Если бы у нас была своя сцена, мы бы выстроили репертуарный театр, который играл бы постоянно, мог бы содержать профессиональный состав актеров. А нам никто не платит, все вынуждены еще где-то работать. Словом, трудно, но работаем.

Невысокое искусство?

Православный театр может не только стремиться к решению новых художественных задач, все время поднимая свою планку, но также быть инструментом, связующим общину, вести просветительскую работу на приходе. Одна из таких те