Читать кино вместе
В четверг и больше никогда?
Если кинотеатры дают возможность раствориться в темноте и киноленте, то киноклубы дискуссионного формата, напротив, помогают сначала выявить в себе, а потом и явить миру свое видение движущейся картины. Ни один киноклуб не похож на другой, даже если их ведет один и тот же человек. Лицо каждого нового «третьего места», где, согласно концепции Ольденбурга, можно встречаться и общаться на равных, чувствуя себя частью микросообщества, складывается из многих черт. Самые очевидные из них — ведущий, концепция, публика, место. Начнем с конца.
Место и время: РХГА имени Ф. М. Достоевского, минимум два четверга в месяц с сентября по июнь, вечер, актовый зал.
Публика: Приглашаются все желающие, основной костяк — преподаватели вуза, студенты, выпускники, культурологи, историки, философы, психологи, религиоведы и все, кто любит и ценит хорошее кино.
Концепция: цель просветительская, а потому выбор кинолент продиктован их вкладом в мировой кинематограф. Кроме шедевров «золотого фонда» киноискусства участники смотрят малоизвестные, но значимые для истории кино фильмы. Отдельный фокус — на отечественный кинематограф.
Ведущий: кандидат исторических наук, доцент Александр Синицын. И рождение, и стремительное развитие, и насыщенная жизнь киноклуба — его заслуга.
Александр Александрович преподает в РХГА античную историю и литературу. Десять лет назад вел у учащихся на кафедре культурологии, педагогики и искусства предмет «История кино». Этот период стал отправным для рождения киноклуба как моста, соединяющего поколения, разделенные непониманием из-за утраты единого языка. Этим языком, оказывается, может быть кино.
— Я часто на лекциях цитирую фильмы. Говорю что-нибудь общеизвестное, вроде «жить хорошо, а хорошо жить — ещё лучше» или «скрипач не нужен» и прочее, и вижу по лицам студентов, что им эта отсылка ни о чем не говорит. Один раз, второй, третий, это повторяется раз за разом. То есть они не знают фильмов, которые мое поколение узнает с одной фразы или даже одного слова. Мы живем в едином поле мифологии, ведь общая культура задает и определяет это поле, а молодежь уже в каком-то другом. Утрачивается преемственность, общность языка, культурного контекста. Это больше, чем просто незнание кино, — это разрыв, который преодолим, только если носители старой культуры передадут её код, — рассказывает Александр Александрович. — Поверьте мне, регулярно участники киноклуба говорят что-то вроде «это первый фильм не XXI века, который я посмотрел» или «никогда до этого не смотрел черно-белое кино». Представляете, да? У всех в руках телефон с интернетом, компьютер на парте, всё под рукой, бери и смотри. Почему же не смотрят? Ведь интерес у молодежи есть, это можно увидеть на каждом заседании киноклуба. Знаете, какой живой отклик нашел фильм 1937‑го года «Ленин в октябре» Михаила Ромма?! Но интерес не может появиться сам собой, всё идет из семьи. Если не была привита культура смотреть кино, то нет и навыка, нет понимания, что и где искать. Хочется в первую очередь устранить этот пробел. А ещё хочется просто поделиться тем, что мне интересно и близко. Поэтому выбираю только те фильмы, которые сам люблю. Хочется по-хорошему заразить любовью к кино. Перед лекцией я рассказываю о режиссере, о его творческом пути, о контексте, в котором создавался фильм. Но и в этот момент моя задача в первую очередь заинтересовать, аккуратно показать, на что обратить внимание, чтобы понять фильм, чтобы он не прошел мимо. Не всегда это получается, и тогда пытаюсь достучаться уже во время обсуждения после просмотра, нет, не навязать свое мнение, а подвести к каким-то пропущенным местам, не чтобы сместить угол зрения, а чтобы расширить его. Даже и после этого бывает, что мой любимый фильм зрители разносят в пух и прах. Конечно, трудно, будто ты даешь поиграть дорогую сердцу игрушку, а её ломают. Но цель дискуссии не в том, чтобы переубедить друг друга, а в том, чтобы научиться выражать свое мнение, грамотно аргументировать его, отстаивать, при этом слышать другого, с уважением и пониманием. Наши обсуждения проходят за чаем и иногда становятся прямо горячими, и это хорошо, я только в крайнем случае говорю: «Всё, стоп!». Такое случается, но не часто. Я — за дискуссии, за позитивные и продуктивные споры.
Опыт чтения кинотекстов
В методологии истории искусств есть термин «образованный глаз». Его ввели Генрих Вёльфлин и Якоб Буркхардт. С помощью этого инструмента можно постигать произведения искусства, а приобретается он знаниями и овладением профессиональной оптикой. Часто обсуждения кино, где знания ведущего и участников разнятся не в пользу последних, становятся больше похожи на отыгрывание схемы «учитель — ученик», где учитель пытается вооружить учеников той самой оптикой. Александр Синицын на встречах киноклуба, как ведущий, наоборот, стремится к тому, что он называет «соборным постижением», а Жан-Франсуа Лиотар называл «высвобождением монстров смысла», когда целью является не оценка произведения искусства, а его открытие, в том числе переоткрытие и переприсваивание. При таком подходе устанавливается равенство участников, мнения которых равнозначны по ценности, даже если неравнозначны по весу и глубине.
— Многие фильмы я смотрю по 10, 20 и даже 100 раз. И каждый раз по-новому. Наше восприятие постоянно обновляется. А когда смотрю фильм, который знаю наизусть, вместе с другими людьми, наблюдаю за реакциями, переживаю с ними заново, потом мы делимся, обсуждаем, я чувствую, как рождается единение. Это соборность, понимаете? — делится Александр.
В киноклубе РХГА смотрят Феллини и Хуциева, Митту и Пазолини, Бунюэля и Бертолуччи, Трюффо и Годара, Брессона и Куросаву, Ромма, Тарковского, Губенко, Калика, Шепитько… Это не попытка перечислить всех или главных, а лишь желание показать уровень картин. Разные по жанру и стилистике, все они традиционно участниками киноклуба рассматриваются как кинотекст, который можно прочесть, а разночтения обсудить. Кино как текст — идея давно общепринятая. Не первым и не последним природу этого явления, например, исследовал Юрий Лотман.
— Вообще я за книги, за чтение. Книги создают мифологическое поле, в котором мы существуем, поэтому так важно прочесть, и при этом в свое время, «Три мушкетера», «Тома Сойера» и «Карлсона», Гайдара и Крапивина, Жюля Верна и Льва Кассиля. Это важно, чтобы говорить на одном языке и понимать друг друга. Понятно, что я перечислил и книги зарубежных писателей, но это неважно, они давно стали частью нашей культуры. Книга — важнее, и её история древнее. Но все-таки мы живем в век кино, отрицать это невозможно. Кино влияет на формирование нашей мифологии не меньше, чем книги. Трудно говорить на одном языке с человеком, который не читал Достоевского, но также трудно и с тем, кто не смотрел Тарковского. Когда мы смотрим кино вместе, важно не только общее переживание, но и постижение, как я это называю, «опыт чтения кинотекста». Конечно, моя задача как ведущего — увести от высказывания только эмоций после просмотра и подвести к рассуждениям. Но если участник молчит, если ещё не продумал свой комментарий, то пусть выскажет хотя бы эмоцию. Иногда на наших обсуждениях присутствует 40 человек, а было и 80, но я люблю, когда нас не больше двадцати. Тогда каждого можно выслушать, каждому дать выразить себя. Такие камерные обсуждения — самые запоминающиеся. Иногда мы не расходимся несколько часов. Почему есть такая потребность? Думаю, никакое сетевое общение и просмотр кино дома не дает того, что на самом деле нужно каждому из нас. Что же нужно? Да всё просто: человеку нужен человек, помните, как говорит Снаут в «Солярисе» Тарковского.
От плюрализма к академизму
Киноклуб задумывался как образовательный проект для студентов, но почти сразу интерес к нему проявили преподаватели гуманитарных дисциплин, и не только из РХГА, но и из других вузов города — историки, религиоведы, философы, антропологи, представители творческой интеллигенции: художники, поэты, режиссеры. Стали чаще приглашать на заседания именитых гостей. Например, когда смотрели «Вертикаль», на показ пришел легендарный каскадер отечественного кино Юрий Вебер, готовивший Владимира Высоцкого к съемкам фильма. Соведущим показов фильмов по произведениям Ф. М. Достоевского не раз становился его праправнук Алексей Достоевский, друг нашей Академии. Одну из картин, показанных на заседании киноклуба, представил режиссер Сергей Карандашов, выпускник мастерской Алексея Германа-старшего.
За десять лет работы киноклуба было проведено четыре конференции: по итальянскому, французскому, японскому и восточному кино. Выходили и продолжают выходить научные статьи по киноведению, монографии и сборники. Правда, на этом поприще плюралистический принцип свободных обсуждений на заседаниях киноклуба уступает место научному подходу.
— В следующем году хотелось бы провести пятую конференцию, на этот раз по советскому кино. Изучая его, неизбежно задаешься вопросами: кто ты и где, что есть для тебя Родина, семья, «наше»? «Наше» можно понимать широко: всё, что культурно нами произведено и присвоено, и есть наше. Это не разъединяющее начало, наоборот, объединяющее. В конце концов, отечественное кино, как и культура в целом, развивается в рамках европейских традиций. Во взаимовлиянии. Мало того, думаю, мы и есть Европа и, через Византию, хранители подлинных европейских ценностей, христианских по сути.
