Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?

Войти как пользователь
  Войти
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Рожать никогда не поздно

Марта родила первенца, когда ей было 42 года. У Людмилы уже был ребенок, но в 44 она снова родила, двойняшек. У Светланы к 30 было двое детей, но она, как сама говорит, не почувствовала материнства, поэтому снова родила в 36, потом в 38, 40 и, наконец, в 44. Что объединяет этих женщин? Сомнительный медицинский термин «старородящая», который, к счастью, стараются уже не использовать? Бесстрашие? Или безответственность? Ведь считается, что рожать после сорока — риск и для жизни матери, и для здоровья малыша. Считается  —  кем? Врачами, подругами, рекомендациями ВОЗ, общепринятыми нормами? А если спросить самих мам, что они об этом думают?
Раздел: ПОДРОБНО
Рожать никогда не поздно
Журнал: № 9 (сентябрь) 2020Автор: Татьяна Цветкова Опубликовано: 28 сентября 2020

Бог сделает всё, когда ты будешь готов

В 42 года Марта родила первенца

Она не помнит, чтобы кто-то назвал её за всё это время старородящей. А её муж Валерий говорит, что только и делали, что так называли. Наверное, она просто вытеснила это из памяти. Ну и правильно сделала.

«Я не ожидала, что у меня появятся дети, — признается Марта. — Когда познакомилась с Валерой, будущим мужем, мне было ­39 лет. К этому моменту я уже поставила крест на своей личной жизни». Когда подруга Марты попросила её погулять с Валерием, потому что он недавно приехал в город и никого не знает, она позвала его на кукольный спектакль и евангельскую группу. Не самый популярный вариант для того, чтобы заинтересовать парня перспективой романтических отношений. Но он все-таки заинтересовался.

На кукольный спектакль Марта позвала, потому что сама актриса, причем довольно известная в своем городе. Несмотря на это, после замужества Марта сменила фамилию. Что очень удивило коллег по театральному цеху, как и всё остальное, что с ней произошло. Они ведь не видели тех изменений, которые происходили с Мартой в течение последних лет.

«В 35 лет я пришла в храм, — рассказывает счастливая мама. — Раньше я активно старалась устроить свою личную жизнь. Но со временем благодаря Церкви поняла, что от меня не так много зависит. Это грубое желание стать так называемым полноценным человеком, „нормальной женщиной“ уступило место принятию того, что если Бог усматривает по-другому, надо принять и не рыпаться. Бог и так вытащил меня из огромной ямы. Именно благодаря тому, что были ситуации, в которых Бог мне явно помог, я поняла, что и в этом вопросе могу Ему доверять. Все эти убеж­дения сложились во мне как раз ко времени знакомства с Валерой».

Ни мама Марты, ни друзья не думали о том, что она хочет построить семью. Только друг Марты, тоже актер, который привел её в храм, время от времени говорил ей, что они с женой молятся об устройстве её семейной жизни. «Поэтому ты давай приоденься и причешись», — советовал он. Но и он не догадывался, насколько сильно сама Марта мечтала о том, чтобы у нее была семья, дети.

Когда Марта и Валерий поженились, они оба были так рады, что «пристроились», как выразилась молодая жена, что не думали, что еще что-то может случиться. Поэтому когда Марта узнала, что беременна, она сильно удивилась. И уже даже после того, как сходила к врачу, говорила подругам: «Может, они ошиблись». Потом удивление и радость сменились переживаниями. «Я — человек не первой свежести, а мне дали такой шанс, — делится Марта. — Я не могу разбрасываться таким подарком». В театре сразу сказала, что больше не работает. Мало того, она решила, что все три года просидит в декрете. Никто такого не ожидал: всю жизнь она была трудоголиком. Но когда вышла замуж, решила, что семья — это главное. У нее появился новый смысл жизни. 

С одной стороны, Марте уже не надо было строить карьеру, а с другой, она была незаменимым артистом. Некоторые спектакли играла без дубля, то есть если не будет её, не будет спектакля, ну или кому-то нужно с начала осваи­вать всю роль.

В течение первого месяца беременности Марта не стала срывать уже запланированные гастроли. Только через рамку в аэропорту не проходила, тихонько говорила охранникам, что в положении, и те пропускали без проблем.
И всё, больше никаких спектак­лей. Неудивительно, потому что в театре кукол нужно поднимать руки, а это не показано беременным женщинам. «Берегла себя как зеницу ока. Ходила, смотрела на все красивое», — шутит актриса.

Когда Марте сказали, что на первом триместре надо обязательно делать скрининг, который показывает аномалии, она отказалась. «Я подумала, что я в любом случае не буду делать аборт, поэтому зачем мне знать эти аномалии», — объясняет она. Врач поохала, но что она еще могла сделать. Рожать Марта пошла в хорошее место — центр семейных родов: «Я очень дорожила своим состоянием и решила подстраховаться. Мне было важно знать, что там меня никто не будет обижать, что всё будет предсказуемо, что никто не увезет меня неизвестно куда на „скорой“». Марта думает, что в обыкновенном роддоме ей, скорее всего, сделали бы кесарево: она рожала, когда ей было 42 года, к тому же не сразу случилось раскрытие матки. А здесь всё прошло отлично, единственное, что обычно рожают с акушеркой, а на родах Марты присутствовал еще и врач. И был, конечно, муж. «Если бы его не было, я бы сошла с ума, — признается Марта. — И акушерку я знала заранее, ходила вместе с ней на курсы. Раз мне Бог доверил такое дело, не хотела подкачать».

«Возраст мало что говорит о человеке, хотя когда мы с кем-то общаемся, нам важно знать, сколько ему лет, — рассуждает Марта. — Можно в 27 лет быть более зрелым и сформированным как личность, чем в 40. Но мне не было бы легче рожать в 22 года, чем в 42, когда это случилось. Я очень долго была ребенком, не понимала ничего. Только когда пришла в Церковь, начала осознавать, что такое жизнь, зачем она нужна и кто я такая. До этого я была наполнена книжками, мнениями, представлениями, желаниями, фильмами. Тем, что с моей личной жизнью никак не было связано. Словно я себя не осознавала. При этом играла и преподавала в театре, что-то собой представляла. Долго у меня не было ощущения, что я живу свою жизнь. С приходом в Церковь начала обретать почву под ногами. Конечно, есть биологические часы. Но Бог сделает всё, когда ты будешь готов».


Мы должны давать жизни ход

В 45 лет Людмила родила двойню

Она говорит, что после двойняшек одного ребенка она даже не заметит в комнате. Сейчас Мире и Яре по году. Они ползают, переворачиваются, всё время требуют внимания. За ними нужен глаз да глаз.

«Мне было 44 года, когда я забеременела, — рассказывает Людмила. — Это мои третий и четвертый ребенок. Первый сынок родился, когда мне было 20 лет. Это было в другой стране. Он пожил месяц и умер. Он был недоношенный, мы лежали в больнице, к нам в палату положили мамочку, которую не проверили, а у нее оказался сальмонеллез. Она заразила половину детей отделения, мой мальчик не выдержал и умер. Старшую дочь я родила в 22 года, ей сейчас 23. Она закончила Всероссийский государственный университет юстиции, работает».

Одиннадцать лет назад Людмила во второй раз вышла замуж. От первого брака у мужа был мальчик, у нее, соответственно, дочь. Растили детей вместе, но очень хотели завести общих. Пробовали, ничего не получалось, хотя оба проверяли репродуктивную систему, совместимость. Через семь лет махнули рукой. «Решили, что небо не дает, — делится Людмила. — Нужно этих детей воспитывать, мальчик сложный был».

И вот спустя одиннадцать лет супруги однажды поняли, что Людмила беременна. Съездили на УЗИ, оказалось, что двойня. «Сказать, что были счастливы — ничего не сказать, — вспоминает она. — Плакали оба, и муж, и я. Конечно, решили оставить». Доносить удалось только до 29 недель. Родились две девочки, «улыбаки», как их нежно называет мама.

Людмила говорит, что осложнений не было, пока она не стала ходить в больницу. «Там сказали: „У вас плохой анализ, что-то не так“. И вот из-за страхов врачей у нас началась эпопея, — вспоминает она. — Назначали одно, другое. Легла на сохранение первый раз. Хотя всё было нормально — не было высокого сахара, печень в порядке. Ну ладно, легла. Поставили капельницы, уколы. Врач меня не смотрел, у них стандартно это идет. На четвертый день поставили внутривенно, у меня подскочило давление. Повысился сахар, стало прыгать давление, „пошла“ печень. Муж приехал, забрал меня из больницы, через месяц дома восстановилась».

В конце января, на сроке 22 недели, решили с мужем сходить провериться, но в платную клинику. Врач посмотрела, проверила анализы, сказала, что всё хорошо, стабилизировалось. Постоянно звонили из поликлиники, к которой была прикреплена Людмила, настаивали на том, чтобы она пришла, показалась. В феврале решили съездить.

Попали на прием к заведующей. «Она посмотрела, говорит: „Удивительно, Людочка, у вас всё замечательно, — рассказывает мама двойни. — Только шейка матки коротенькая, давайте мы пессарий поставим“. (Пессарий — устройство для поддержания внутренних органов малого таза. Применяется в акушерстве в том числе при укорочении шейки матки у беременных. — Прим. ред.). „Ну давайте“, — согласилась я». Правда, Людмила не ожидала, что снова придется ложиться в больницу. Заранее сдала анализы. Но в больнице сказали, что со своими не принимают. Пришлось пролежать пять дней, прежде чем провели необходимую процедуру. Несмотря на то, что анализы были хорошими, все-таки прокололи папаверин. На следующий день после того, как установили пессарий, открылась матка и стали подтекать воды. «Я позвонила супругу, плакала, он приехал, мы написали расписки и поехали домой, — рассказывает Людмила. — В машине положили подушки, он тихонечко вез. У меня был срок 22 недели. Дома в строжайшем постельном режиме я до 29 недель долежала. Даже в туалет не вставала, лежала в памперсе. А 23 марта проснулась в 5:30, потому что отошли воды. И мы поехали рожать наших прекрасных девочек».

На момент рождения двойняшек Людмиле было 45 лет. И куча хронических болезней, накопленных за годы тяжелого трудового стажа. «Дело в том, что я с детства мечтала быть штукатуром-маляром, — поясняет она. — Мама нервничала, а старший брат её успокаивал: не переживай, она еще ребенок, переболеет, переиграет. В детстве я вечно разводила грязь — кашу-малашу, — мазала стены дома, заборы. Я не переболела. Выросла, отучилась и 18 лет отработала штукатуром-маляром. Мне очень нравилась моя профессия, она до сих пор мне нравится. Но здоровье свое я „ушатала“. Зная это, врачи перестраховывались».

Но чем более сложен случай, тем более тонко нужно подходить к нему. Невозможно слишком сильно забрать вправо или влево, нужно следовать по тому, возможно единственному, пути, который приведет к благополучному исходу. А в медицине часто выходит наоборот: чем более сложный случай, тем более радикальные меры применяются.

«Я считаю, что надо слушать пациентов. Если я прихожу и говорю, со мной всё хорошо, это надо учитывать? Иногда казалось, что они боятся не за меня и не за моих детей. Заведующая мне всё повторяла: „Вы в таком возрасте, вы так поздно рожаете. Не дай Бог что случится, мы будем отвечать“. В результате с этими перестраховками они сделали только хуже», — объясняет Людмила. И говорит, что не держит зла, но рада, что всё позади.

Из медицины уже ушло понятие «старородящая женщина». Репродуктивным считается период до 46 лет. Но по-прежнему, как бы это ни называли, «возрастная» беременность, или «гериатрическая», как говорят в англоязычном мире (гериатрия — раздел геронтологии, занимающийся изучением, профилактикой и лечением болезней старческого возраста. — Прим. ред.), хочется, чтобы это звучало не как приговор, а как ободрение: в каком бы возрасте женщина ни решила рожать, медицина готова ей помочь.

«Удивительно, я родила, и все мои хронические болезни исчезли, — продолжает рассказ Людмила. — Мои дети сделали меня здоровой и красивой. А самое главное, счастливой. Материнство — то, ради чего мы приходим на эту планету. Мы должны давать жизни ход. Мы должны рожать деток и быть счастливыми».


Дети через каждые два года

Светлана как следует осмыслила материнство в 36 лет — а рожала до 44-х

Бытует мнение, что если вы хотите родить много детей, вам нужно начинать довольно рано… У Светланы — шестеро, хотя она никогда не мечтала быть многодетной мамой. Своего первого ребенка она родила в 20. Второго — в 27. И тогда считала, что больше не хочет детей. Оказалось, что к ним важно готовиться: и физически, и эмоционально, и духовно. К 36 годам Светлана почувствовала, что готова, и снова дала жизнь малышу, в 38 лет — другому, в 40 — еще одному, и в 44 у нее родился шестой. Всему свое время, которое женщине лучше всего подскажет… она сама.

 Когда у Светланы родилась Яна, первая дочь, ей только-только исполнилось 20. Ярче всего из этого периода запомнилось полное отсутствие сил — девочка в течение двух лет не спала как следует ни одной ночи, жуткий стресс от долгих и тяжелых родов, послеродовая депрессия и полное нежелание иметь детей.

«Мы с мужем были студентами, нам никто не помогал, материальное положение, понятно, было непростое, — делится она. — К тому же это был 1990 год, за молоком приходилось стоять очередь, одежду нельзя было купить». В итоге молодая семья не выдержала испытания всеми этими нагрузками и распалась.

«Второй муж — очень близок мне по духу, мы вместе работали, у нас общие интересы, — рассказывает Светлана. — Из Москвы мы по работе уехали на Украину. И после четырех лет брака поняли, что нам нужен ребенок». Светлана решила, что в этот раз они с супругом найдут лучшую клинику и лучшего врача. К тому моменту у них уже был собственный бизнес, в который супруги вкладывали много сил, но который и приносил неплохой доход. Казалось, что теперь, с деньгами, родить ребенка будет намного легче.

«Две недели меня продержали в больнице, — с грустной улыбкой вспоминает Светлана. — Неделю до родов кололи, выбрали дату родов, всё время продержали под капельницей. Видимо, врачи думают, раз уж она платит, нужно её „обслужить“ по полной. Сейчас я понимаю, что это было вообще не про материнство. То есть словно бы платишь деньги и покупаешь услугу „родите меня“».

У Светланы родился сын Илья. Ей было 27 лет. Но она поняла, что у нее уже второй ребенок — и опять не то. «А как это — то?» — задумалась она.

После родов Светлана сразу же вернулась к профессии. Работала по 12 часов. Естественно, она наняла няню. «В какой-то момент меня, наконец, осенило, — вспоминает она. — Я плачу няне, чтобы она шла гулять с моим ребенком, а сама иду впахивать. Минуточку, что-то здесь не так. То есть другой человек гуляет на солнышке с моим малышом, а я зарабатываю деньги, чтобы ей за это заплатить. А не дурочка ли я? Я тоже хочу проводить время на природе, хочу быть со своими детьми, хочу получать от этого удовольствие».

При этом Светлана очень любит свою профессию, она дизайнер одеж­ды, у нее свое небольшое производство и коллектив в подчинении. Она пришла к этому не сразу — получила образование химика-органика в Петербурге, будучи сама родом из Сибири. Потом выучилась еще и на финансиста, чтобы успешно вести бизнес. Но больше всего любит и считает своим призванием работать руками: придумывать дизайн одежды, делать конструкцию модели, самой шить. И ей это нравится, это её осознанный выбор.

Тем не менее к 34 годам ей стало ясно: она мать двоих детей, но матерью она себя не чувствует. «Эта мысль начала меня очень сильно угнетать, — признается Светлана. — Я не чувствовала себя счастливой, тем более не чувствовала себя счастливой женщиной. К третьему ребенку я поняла, что хочу прочувствовать материнство», — рассказывает Светлана. Она забеременела, когда ей исполнилось 36 лет.

Светлана решила рожать дома. Конечно, она готовилась. Муж согласился и даже был готов принимать роды. Тогда еще была жива мама Светланы. Она не сразу приняла позицию дочери, но в итоге решилась присутствовать при родах и помогать.

Младенец пошел ножками вперед, а при нормальном течении родов сначала выходит головка, затем всё остальное… Это было совершенно неожиданно. Вызывать врача было уже поздно. «И я поняла, что либо сейчас найду в себе силы и рожу, либо умру, — вспоминает Светлана. — Я тогда очень ясно ощутила страх смерти… Девочка у меня просто пулей вылетела».

В этот раз Светлана совершенно по-другому отнеслась к воспитанию, может быть, слишком жестко, признает она. «Я начала закаливать девочку, её зовут Ярослава, сама при этом, конечно, „моржевала“. В месяц она у меня уже окуналась в прорубь. Сейчас ей 13 лет, она абсолютно здорова».

Светлана говорит, что в 20 лет здоровье у нее самой было намного хуже, чем в 36. Да, в 20 ты еще молод, но беспрестанная учеба — закончила школу с медалью, хорошо училась в университете, — к тому же тяжелые первые роды и два года ухода за младенцем истощили. К третьим родам Светлана уже подошла подготовленной. За год до этого она себе сказала: если я собой не займусь, я не смогу родить нормально. Занялась бегом, ходила в баню, в том числе во время беременности…

«И после родов я не стала прекращать все эти занятия, — рассказывает она. — Я каждое утро вставала и шла на речку в любую погоду. Я продолжала свои пробежки, бегала с коляской. Это сейчас мы узнали, благодаря Европе, что так можно, а в 2006 году в Чернигове это было внове».

«А потом у меня дети пошли через каждые два года», — смеется Светлана. В 38 лет она родила Ростислава. В 40 — Василису. После этого Светлана подумала: 40 лет — уже возраст, больше рожать не буду. «Но это я так решила умом, — вспоминает она. — А у тела не спросила. Как я сейчас понимаю, ко мне стучался еще ребенок».
Историю зачатия этого малыша Светлана называет мистической. Она ехала в поезде в Москву, была одна в купе и вдруг почувствовала — или ей показалось, — что вот сейчас в ней происходит зачатие. Как известно, оно может произойти через несколько дней после соития с мужем. «С последними тремя детьми у меня всегда накануне зачатия было чувство, что они появятся. Если женщина прислушивается к себе, она знает, когда у нее начнутся месячные, когда происходит овуляция  и даже когда она забеременеет», — объясняет Светлана.

«Кто ты, кто ты ко мне пришел?» — спросила она тогда в поезде. И вдруг услышала, что где-то в соседнем купе в разговоре кто-то произнес: «Ангелина».

Светлана приехала в Москву к старшей дочери и, смеясь, рассказала всю эту историю, естественно, не особо веря в её реальность. Ей тогда было 44 года. Но оказалось, что она действительно забеременела. И самое интересное, когда пришло время рожать, она позвонила старшей дочери и сказала, что никак не может выбрать имя. «Мама, ты же мне еще девять месяцев назад сказала, что придет Ангелина. Вот она и пришла», — ответила ей дочь. «И она действительно как ангел, — делится мама шестерых, — она всех нас словно сдружила, умеет смягчить трудную ситуацию, знает, что сказать. Сейчас ей пять лет, и за всё это время у меня не было повода по-настоящему повысить на нее голос». 


Поделиться

Другие статьи из рубрики "ПОДРОБНО"