Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?

Войти как пользователь
  Войти
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

О любви и вовремя выключенном радаре

Протоиерей Александр Дягилев, председатель комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Санкт-Петербургской епархии, рассуждает о христианском понимании телесного измерения брака.
Грехопадение Адама и Евы. Иллюстрация к «Космографии» Козмы Индикоплова. XV век
Журнал: № 10 (октябрь) 2018Страницы: 20-25 Автор: Тимур Щукин Опубликовано: 22 октября 2018

ДВЕ КРАЙНОСТИ И АПОСТОЛ ПАВЕЛ

Отец Александр, какое место занимают телесные отношения мужа и жены в «онтологии» брака?

— Конечно, они играют важнейшую роль. Как председатель епархиальной комиссии по вопросам семьи могу засвидетельствовать, что проблемы в сфере интимных отношений в семье часто приводят сначала к проблемам в личных отношениях, а потом — вообще к их краху и разводу. С другой стороны, у физически здоровых людей качество и регулярность интимных отношений являются лакмусовой бумажкой того, что происходит в семье в сфере душевных и духовных отношений. При налаживании этих сфер часто естественной реакцией людей является именно стремление кинуться друг другу в объятья. Человек состоит из духа, души и тела. В православной среде часто считается, что дух — нечто важное, а душа и тело — это то, на что можно спокойно «забивать». В действительности же человек сотворен Богом как единое целое: дух зиждется в душе, а душа пребывает в теле, высшее и низшее в человеке взаимозависимы.

— Эту проблему ведь подметил еще апостол Павел?

— Да, дело в том, что у древних греков были различные философские школы, и при всей разнице этих школ — стоиков, киников, эпикурейцев — во всех бытовало убеждение, что тело — это зло или, по крайней мере, нечто низменное, а вот душа — нечто возвышенное. И даже когда благодаря проповеди того же апостола Павла греки начали обращаться в христианство, убеждения, в которых они выросли, оставались и во многом диктовали им жизнь. Христианство они восприняли как некую надстройку над уже имеющимся философским фундаментом. И стойкое убеждение, что тело — зло, они взяли с собой. Это приводило их к двум крайностям.

— Каким же?

— Первая заключалась в том, что христиане позволяли себе ходить в публичные дома, иметь внебрачные сексуальные связи, при этом рассуждали о «свободе во Христе» и говорили, что это тело грешит, блудит, объедается, упивается, а душа Господа любит. Именно им, чрезмерно отделявшим душу от тела, сказано: «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!» (1 Кор. 6, 15). Вторая крайность, свойственная, например, стоикам, заставляла утверждать, что любые приятные телесные ощущения — зло, и поэтому греховны даже интимные отношения в законном браке: в идеале христиане должны жить как брат и сестра. Против первой крайности написаны пятая и шестая главы Первого послания к Коринфянам, а против второй — седьмая глава. Проблема в том, что в Синодальном переводе есть одно маленькое, но существенное отличие от греческого оригинала. Вот что у нас по-русски: «А о чем вы писали ко мне, то хорошо человеку не касаться женщины» (1 Кор. 7, 1). Но в греческом тексте нет ничего, что можно было бы перевести как частицу «то», и это очень хорошо видно по славянскому тексту: «А о нихже писасте ми, добро человеку жене не прикасатися». То есть «хорошо человеку не касаться женщины» — это не слова апостола Павла, это слова коринфян, которые ему писали. Выходит, что переводчики нашей синодальной Библии в XIX веке допускали ту же ошибку мышления, что и христиане, к которым эта глава Послания обращена. И далее идет ответ апостола Павла: «Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа. Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу. Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (1 Кор. 7, 2–5). То есть апостол выдвигает целых три условия для уклонения и особо предупреждает о том, что сатана может искушать, обвинять вас в том, что вы иногда не воздерживаетесь. Апостол говорит: нет, не верьте сатане, в таком невоздержании нет ничего плохого.

— То есть для апостола Павла душа и тело — одно целое?

— Да, и в шестой главе он говорит: «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? Ибо вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших и в душах ваших, которые суть Божии» (1 Кор. 6, 19–20). То есть когда мы грешим телом, то грешим и душой, а когда прославляем Господа в теле, то прославляем Его и душой. Об этом также в III веке хорошо сказал мученик Крискент Мирликийский: «Невозможно, чтобы тело делало не то, что мыслит душа, так как душа управляет и движет телом».

Создание Адама и Евы и искушение их сатаной. Деталь пелены «Святая Троица с бытием». 1593 год
Создание Адама и Евы и искушение их сатаной. Деталь пелены «Святая Троица с бытием». 1593 год


СВЯТЫЕ ОТЦЫ — МОНАХИ. НЕ СТОИТ ОБ ЭТОМ ЗАБЫВАТЬ

Но этот тезис апостола не был в полной мере усвоен.

— Конечно, ведь эта стоическая греческая традиция сильно влияла на жизнь христиан первых веков, а впоследствии стала восприниматься как часть христианского Предания. Понимаете, для иудеев девственность и безбрачие не являются добродетелями. Конечно, девственность нужно хранить до брака, а дальше — любой нормальный человек должен рожать детей. Это отражено в Предании Церкви относительно праздника Благовещения Пресвятой Богородицы. Там сказано, что когда Дева Мария сообщила о том, что дала Богу обет сохранить девственность, то «архиереи удивились новости сего обета, ибо не было еще на земле ни одной девицы, обещавшей Богу навсегда сохранить свое девство, и Она явилась в мире первою в сем отношении». Только позднему христианскому автору могла прийти в голову идея написать в житии апостола Андрея Первозванного: «Еще в юности Андрей решил посвятить себя служению Богу. Поэтому, сохраняя целомудрие, он отказался вступить в брак». Именно в христианстве появляется представление о девственности как о добродетели, как о высшем идеале. Но вместе с этим идеалом возникает и его противоположность — убеждение в том, что интимные отношения — скверна. Это убеждение отразилось во многих текстах, даже в канонических правилах. Например: «Вступившие же в брак сами себе должны быти довлеющими судиями. Ибо они слышали Павла пишущего, что подобает воздерживаться друг от друга, по согласию, до времени, дабы упражняться в молитве, и потом снова быть вместе». Это из канонического послания Дионисия Александрийского к епископу Василиду. Апостол Павел говорит: «Не уклоняйтесь…», а здесь сказано: «подобает воздерживаться…». Акценты существенно смещены.

— Но ведь достаточно распространена у отцов была теория о том, что необходимость в интимных отношениях — это следствие грехопадения?

— Заповедь «плодитесь и размножайтесь» дана до грехопадения, не так ли? Но даже если, как многие отцы говорили, до грехопадения Богом был задуман какой-то иной способ увеличения человечества, из этого утверждения не следует, что сами отношения являются грехом, ведь они не являются нарушением какой-либо заповеди Божией. Да, мы можем говорить, что весь мир лежит во грехе, что грех пронизывает всю человеческую природу. Но именно всю природу, а не только её телесный состав.

Мы приходим к тому, что поздняя святоотеческая традиция, по крайней мере, на уровне акцентов, входит в противоречие со Священным Писанием. С чем это связано?

— Вероятно, с тем (самое простое объяснение), что святые отцы — это все-таки монахи. Вероятно, для монаха немыслимо, просто невозможно спокойно рассуждать о телесных отношениях, поскольку он от них отказался. Такой отказ — огромный подвиг, но он накладывает сильный отпечаток на образ мыслей и речь. Мы знаем о двух базовых инстинктах, которые Бог заложил в каждое живое существо — инстинкт самосохранения и инстинкт размножения. Отказаться от них — это пойти против своей природы. Потребность в интимных отношениях — одна из важнейших потребностей души и тела. Может быть, не самая ключевая, и отказ от нее благодаря сублимации может открыть возможности в другихсферах жизни. Но дается это нелегко, и для того чтобы исполнить данный Богу обет, чтобы избежать искушений, монаху приходится прикладывать немало усилий, в том числе на уровне саморефлексии и проговаривания. Он хранит зрение, не наблюдает за лицами противоположного пола и тем более старается ограничить свое общение с ними. И для того, чтобы это было легче, может происходить некая демонизация: в мужских монас­тырях — женщин, в женских монастырях — мужчин.

 То есть это аскетическое упражнение, в чем-то полезное для самих монахов?

— Да, например, в «Лествице», монашеском практическом руководстве, содержится суждение о том, что монах, павший с женой, лишается всех добродетелей, которые он приобрел до того. Всё что угодно — только не это! Возможно, и некоторые грехи, свойственные любому закрытому мужскому коллективу и, увы, монашескому тоже, как раз и связаны с демонизацией женщины: если связи с ней следует избегать любой ценой, то лучше уж вот так…

— По этой причине мирянам к монашеским руководствам следует относиться критично?

— Конечно, ведь они как раз настаивают на максимальном воздержании и чуть ли не на необходимости каяться за каждые интимные отношения, если они не закончились беременностью. Хотя это прямо противоречит словам апостола Павла, что интимная близость нужна «во избежание блуда». Комментируя это место из Послания к Коринфянам, Иоанн Златоуст обращает внимание на то, что если начался пост и жена на основании этого отказывает мужу, а муж, не выдержав, впадает в грех блуда, то этот грех падает на жену. С моей же точки зрения, воздерживаться во время поста необходимо, поскольку пост — это время, когда мы в принципе воздерживаемся от всяких удовольствий, но иметь интимные отношения в этот период — не больший грех, чем съесть шоколадку.


В ЖИТИЯХ ОБ ЭТОМ НЕ ПИШУТ

Сошествие во ад. Фрагмент облачения митрополита Казанского и Свияжского Лаврентия. 1660-е годы

— Бытует мнение, что интимная близость плоха тем, что во время нее человек пребывает словно в опьянении, а потому не может полноценно молиться и вообще думать о Боге.

— Странная логика… По-моему, пока человек в сознании, он способен молиться и помнить о Нем. Наоборот, Господь благословляет интимные отношения, Ему нравится, когда один человек доставляет радость другому. Он создал людей не для страдания. Так или иначе, это акт любви. Господу было угодно, чтобы благодаря любви появлялись новые люди. И святитель Иоанн Златоуст пишет: «Если бы совокупляющимся Бог запрещал молиться, то откуда бы взялось время для непрестанной молитвы? Следовательно, можно и с женой совокупляться и молиться; но при воздержании молитва бывает совершеннее… Брачное дело только отвлекает от этого, а не производит осквернения».

— И все же, чем обычному человеку, мирянину, подкреплять этот тезис? Ведь ни в житиях, ни в святоотеческих текстах ничего или почти ничего об этом не говорится. В итоге мирянин постоянно находится в состояниипсихологической раздвоенности: с одной стороны, реальный опыт, с другой — церковная традиция, которая об этом опыте молчит.

— Думаю, полезно читать Новый Завет, в котором нет прямых указаний на то, что полное отсутствие интимных отношений — это морально более высокий и тем более единственный путь для христианина. Да, есть слова апостола Павла о «скорби по плоти», на которую обрекают себя те, кто женится и выходит замуж. Но под этой скорбью имеется в виду внешнее давление, прессинг, грядущие гонения. Именно такое значение имеет греческое слово θλῖψις — «притеснения, угнетения, мучения». При этом подчеркивается, что «время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие» (1 Кор. 7, 29). Кроме того, «если и женишься, не согрешишь» (1 Кор. 7, 28) — это тоже слова апостола. Да, еще ссылаются на слова Иисуса Христа о скопцах ради Царства Небесного (Мф. 19, 12).

— И на то, что Сам Господь не был женат.

— Да. Но, во-первых, у Господа не было цели жениться, Он пришел на землю с другой миссией, а во-­вторых, задумайтесь, христианство появилось в мире, населенном язычниками, в котором процветали всевозможные извращения, гдев порядке вещей (по крайней мере, среди аристократии) были оргии и тому подобное. С другой стороны, существовала иудейская традиция, где, как я уже сказал, девственность добродетелью не считалась (за исключением некоторых сект, из которых мы хорошо знаем только кумранитов). Христианство вынуждено было противопоставлять себя и иудеям, из среды которых вышло, и язычникам, в среду которых пришло. Таким образом, интимная сфера стала одним из ключевых элементов самоидентификации, тем, по чему христиане отличали себя и от иудеев, и от язычников. Проблема в том, что вместе с оргиями и многоженством часто боролись и с законным супружеством (это отражено даже в канонах Православной Церкви, осуждающих «бракоборческие» ереси, например евстафиан. — Прим. ред.). Так что раздвоенность современного христианина заложена в самой истории христианства.


ЧЕТЫРЕ ПРОТИВ ОДНОГО

— Мне кажется, одна из причин разводов — изначальное непонимание того, что у мужчин и женщин разные потребности в интимной сфере.

— Я бы сказал, что потребности одинаковые, но выражаются они по-разному. Дело в том, что мужская сексуальность задается одним гормоном — тестостероном, который в 13–14 лет резко попадает в организм, и это приводит к серьезным изменениям. В этом возрасте юношам бывает свойственна определенная гиперсексуальность, но потом они привыкают, тестостерон достигает определенного стабильного уровня и затем медленно, плавно, десятилетиями опускается. У женщины ситуация совсем иная. На протяжении месяца у нее сменяется четыре доминирующих гормона: эстроген, фолликулостимулирующий гормон, лютеинизирующий гормон и прогестерон. Каждый из них по-своему влияет на женскую психику. У женщины может быть как пониженное, так и повышенное желание близости. На стадии эстрогеновой у нее улучшается качество волос, ногтей, глаза горят, хочется накраситься, красиво одеться. Именно в этот момент ей свойственно определенное возбуждение, желание интимных отношений. Организм хочет материнства, он делает всё, чтобы забеременеть. Меняется и поведение, естественно. Куча историй, когда женщина увидела мужчину, у нее закружилась голова, а наутро: «Что же я вчера натворила?» Скорее всего, мужчина «попался» ей на определенной фазе женского цикла. На этой же стадии женщине свойственно настроение «сходи туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что». В этот момент, к слову, очень опасно ходить в магазин.

— А на прогестероновой стадии что происходит?

— Всё наоборот. Женщины уходят в тень, становятся тише, спокойнее, чаще всего ярко выраженного стремления к интимным отношениям уже нет. Они экономичны, образно выражаясь, во всех смыслах, в том числе и семейно-финансовом. «У нас каждая копейка на счету. Зачем ты это купил?» — такое часто можно услышать. Почему так происходит? Потому что на прогес­тероновой стадии цикла женщина как бы немножко беременна. Если беременность наступила, то уровень прогестерона потом будет расти еще больше. Но даже если зачатия в этом месяце не произошло, организм женщины на какое-то время сохраняет идеальную среду для вынашивания ребенка. Женщина инстинктивно готовится к девяти месяцам беременности и экономит ресурсы. Эта стадия цикла длится две недели, и потом — всё по новой. Получается, что есть как минимум две большие фазы, когда поведение женщины очень сильно разнится. И мужчины, увы, этого очень часто не учитывают.


ИЗ-ЗА СЕКСА РЕДКО РАЗВОДЯТСЯ

— Но вернемся к разводам. Отказ женщины в интимной близости — это распространенная причина?

— Хотя принято считать, что отказывает обычно жена, очень часто бывает и наоборот. И я бы не сказал, что причина разводов — в этом. Скорее это одна из стадий кризиса, который приводит к разводу. Дело в том, что для мужчины интимные отношения более физиологичны. К тому же у них есть представление, что мужчина, как пионер, должен быть всегда готов. Даже если у меня болит голова, жене надо — я должен дать ей всё, что она хочет. Поэтому мужчина чаще наступает себе на горло в тех ситуациях, когда ему самому не хочется — устал, заболел, замотался, перенервничал. При этом у него скорее всего всё равно получится. У женщин интимные отношения куда в большей степени затрагивают эмоциональную сферу. Если у нее нет соответствую­щего настроения, ближе к разводу — если нет доверия к мужчине, то она не может расслабиться и механического возбуждения окажется недостаточно, удовольствия она не получит. И, как сами женщины говорят, для них интимные отношения вечером начинаются с утра: как муж разбудил, о чем утром с ней говорил, звонил ли в течение дня, ругались или нет — из всего этого складывается вечернее настроение. Впрочем, если ребенок заболел или начальник накричал, то даже при том, что муж вел себя образцово, женщине всё равно тяжело расслабиться.

— Возможен ли счастливый брак вообще без интимных отношений?

— Если у двух людей есть некое монашеское, аскетическое настроение, что-то заставило их стать мужем и женой, но по обоюдному согласию они приняли решение друг от друга воздерживаться, то это возможно. Но именно как подвиг, а подвиг — это всегда исключение. Я уже говорил, что отказ от интимных отношений — это поход против собственного естества. Можно ли быть счастливым, имея рядом постоянный источник искушения и испытывая в связи с этим постоянные страдания? Я допускаю, что это возможно. Но только если я способен сексуальную энергию сублимировать, претворять в творческую активность. Главный ресурс, который высвобождается у одинокого (в любом смысле) человека — это время. Если высвободившееся время и силы я трачу на ту или иную форму служения — молитвенное, миссионерское, социальное, — то мой отказ от интимной близости оправдан. Про это и сказано: «Говорю это для вашей же пользы, не с тем, чтобы наложить на вас узы, но чтобы вы благочинно и непрестанно служили Господу без развлечения» (1 Кор. 7, 35). Целый день мы заняты проповедью, катехизацией на приходе, уходом за стариками, а к вечеру приходим никакие — тут уж не до близости. Если же мой образ жизни почти не отличается от образа жизни обычных людей — сижу за компьютером, хожу мало, физически работаю мало, то сексуальная энергия найдет себе выход — это почти неизбежно — в каких-нибудь ненормальных формах. И давайте будем честными, современный горожанин не очень перенапрягается: мы мало ходим, много ездим на транспорте, не колем дрова, не носим воду. Мы больше трудимся головой и меньше телом. А чем меньше тело трудится, двигается, получает физическую нагрузку, тем больше оно нуждается в сексуальном удовлетворении. Поэтому горожанину хранить полное воздержание гораздо сложнее.


СКРОМНАЯ СВАДЬБА? НИЧЕГО ХОРОШЕГО

— При этом христианин всё равно, ничуть не меньше, чем монах, должен хранить целомудрие, которое выражается в верности своей супруге. Но современная реальность просто-таки атакует сексуальными образами, городской пейзаж просто состоит из искушений. Как жить?

— Когда у человека начинается стадия сексуального созревания, где-то в глубине души включается «радар». В метро, на улице, в институте, на работе — везде человек ищет, «не она ли», «не он ли», чуть ли не каждую встречную (или встречного) сканируя. А потом он находит, но с окончательным выбором тянет: «Вроде нравится, а может быть, есть и получше. Мне же с ней (с ним) всю жизнь жить, страшно». Именно это заставляет современную молодежь жить в так называемых гражданских браках. Даже дети могут рождаться, но человек долго оказывается неспособен сказать окончательное «да». Это признак инфантилизма, невзрослости. Но если же выбор сделан и человек взял на себя ответственность, то с психологической точки зрения очень важно хорошо, качественно сыграть свадьбу. Многие современные люди говорят: «Мы как-нибудь скромненько распишемся, тихонько обвенчаемся, с двумя-тремя друзьями в кафе посидим». И такая скромность считается чуть ли не добродетелью. На самом деле, пышно сыг­ранная свадьба позволяет психологически пережить момент перехода — «я вчера был одним, а сегодня я совсем другой». Человек был свободным, стал женатым. Глубокое переживание помогает вовремя выключить внутренний радар, понять, что у меня есть жена, муж, а всё, что вокруг ходит, — «искушения», что это просто люди: деловые партнеры, пациенты, коллеги.

Поделиться

Другие статьи из рубрики "СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ"