Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?

Войти как пользователь
  Войти
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Национальный приход — это не по-православному

Вопрос национальной идентичности так или иначе встает перед каждым. Мы привыкли связывать себя с местом, где родились и живем, с культурой, в которой воспитаны. Такой вопрос стоит и перед каждым христианином, общиной и даже Церковью. Наиболее остро это ощущается за рубежом, вдали от Родины. Может ли Церковь быть национальной? Важен ли вопрос территории? Как сохранить свою идентичность и не закрыться от остального мира? Об этом мы поговорили со священником Александром Пискуновым, настоятелем прихода Новомучеников и исповедников Церкви Русской в г. Порту, Португалия (Испано-Португальская епархия РПЦ).
Журнал: № 10 (октябрь) 2020 Опубликовано: 31 октября 2020

Огромная география, разный менталитет

— Отец Александр, ваш приход назван в честь Новомучеников Церкви Русской. С чем связан такой выбор?

— Так решило учредительное собрание прихода, когда он только создавался. Выбор актуальный, потому что новомученики, как и наши прихожане, были представителями разных национальностей. Это нас объединяет. За рубежом давать «обобщающие» названия храмам — распространенная особенность. Получается, что на престольный праздник у всех прихожан — день небесного покровителя. Например, в Лиссабоне приход в честь Всех святых.

 

— Есть мнение, что русские приходы за границей существуют в большей степени для сохранения национальной идентичности. В Португалии так?

— Русских приходов нет, потому что русских здесь меньшинство. Большинство православных в Португалии — это люди из Украины и Молдавии. На севере больше украинцев, а на юге молдаван. Русских, белорусов, грузин — очень немного. Кроме того, это не по-православному — быть национальным приходом. Православие очень разнообразно. В этом его особенность, красота и достоинство.

Наш приход многонациональный. Прихожане — люди из разных стран, прежде всего из бывшего СССР (России, Украины, Белоруссии, Грузии, Молдавии), но не только. Есть и сербы, болгары, румыны, и местные жители — португальцы. Этим наш приход отличается от российских приходов. Огромная география, разные люди, менталитет. Я родом из Краснодара и считаю людей с Северного Кавказа земляками. Мы выросли в схожих условиях и похожи друг на друга.

Порту — студенческий город, и иногда к нам на службы приезжают православные студенты программы «Эразмус» из разных стран.

 

— Насколько отличается приходская жизнь в Португалии и в России?

— Отличие состоит в том, что приход у нас небольшой. Думаю, он похож на какой-нибудь сельский приход в России. На службу в воскресенье приходит человек 30–40. Здесь вообще люди редко ходят в храм. Есть те, кто считает себя практикующими православными христианами, но для них нормально прийти в храм раз в месяц. Это связано с тем, что люди живут далеко, 50 км от храма и дальше. Хотя, бывает, кто-то приезжает на каждую службу издалека.

Здесь отношения более простые, доверительные, нет особого пиетета, трепета перед священником. Это связано с малочисленностью прихода. Хотя в России маленькие приходы тоже есть. И они тоже будут отличаться от крупных городских приходов. Так что большой разницы между Россией и Португалией в этом смысле я не вижу.

У нас к приходу относятся как к своему дому, стараются его украшать, заботиться о хозяйственных нуждах. Мне здесь нравится. Здесь люди расслабленнее — за счет образа жизни местных жителей и страны в целом. Может быть, такая расслабленность — это не всегда хорошо. Но это защищает от стресса, от чрезмерного напряжения.

  


Молиться на одном языке

— На каком языке вы совершаете богослужение?

— Основной богослужебный язык церковнославянский. Здесь это, в отличие от России, больше преимущество, чем препятствие. В России не всем понятный богослужебный язык может мешать проникнуть в глубину текстов, а здесь это объединяющий язык для славян — русских, украинцев и белорусов. А также для сербов и болгар, современный язык которых нам непонятен. Еще и поляки к нам иногда приезжают. Церковнославянский язык для всех нас — возможность молиться на одном языке.

Евангелие и Апостол читаем и по-русски, и по-славянски. Апостол ещё читаем на украинском и португальском. Португальский используем на службе — некоторые молитвы, ектении. Тексты Священного Писания стараемся дублировать, потому что они являются сердцевиной богослужения. Английский язык тоже используем, обычно для тех, кто не говорит ни по-русски, ни по-португальски. Например, для людей из Румынии. Поскольку приход небольшой, сразу видно, что пришел кто-то новый. Можно познакомиться до службы и узнать, из какой страны человек приехал. И если выяснится, что для нас общий язык английский, то я стараюсь использовать его на службе, в частности для чтения Священного Писания.

 

— Когда вы приехали в 2012 году в Португалию, были ли сложности с языком? Вам помогали в первое время?

— Я приехал сначала один на месяц, потом приехала семья: жена и трое детей. Нам всё понравилось. Здесь уже была община, прихожане помогали с радостью. Португальский язык я начал учить сразу. Он не очень сложный и очень интересный.

 

— А дети легко вошли в эту новую среду? Подружились с кем-то?

— Были сложности, но в целом легко. Когда мы приехали, нашей старшей дочери было семь лет. Она как раз должна была идти в школу в России. И здесь, в Португалии, она пошла в первый класс. Нам очень повезло со школой, с первой учительницей. Дети адаптировались, нашли друзей. Много было подарков от Бога, встреч с хорошими людьми. Например, старостой прихода у нас много лет был профессор физики местного университета Юрий Генекович Погорелов. Он киевлянин, ученый-физик, очень интеллигентный, эрудированный и при этом душевный человек. Известный петербургский пианист Юрий Рейтман, который умер год назад, тоже был нашим прихожанином.


Мы не живем изолированно

— Общаетесь ли вы с другими православными приходами?

— Да, в нашей Испано-португальской епархии мы общаемся с другими приходами, служим вместе. Бывают совместные концерты духовной музыки, богословские конференции. Здесь много приходов и Константинопольского Патриархата, по национальному составу они в основном украинские, там служат на украинском языке. В США и Канаде существует автономная церковь, относящаяся к Константинопольскому Патриархату, но украинская по составу. Эта традиция возникла в связи с эмиграцией украинцев в Америку в начале XX века.

Понятно, что ситуация с дарованием автокефалии Украинской Церкви Константинопольским Патриархом сильно повлияла на отношения между Русской и Константинопольской Церквами. Если для российских приходов этот разрыв не такая насущная проблема, то у нас это переживается болезненно. Здесь, в Порту, два православных прихода: наш и константинопольский, где настоятель и большинство прихожан украинцы. Оба прихода появились примерно в одно время, в начале 2000-х, когда на заработки приехали эмигранты из Восточной Европы, большинство из Украины (в Португалии в то время шло массовое строительство). В народе наши приходы так и называют: «русская церковь» и «украинская церковь». До разрыва взаимодействие было дружеское — вместе служили, молились, несмотря на события в Крыму и Донбассе, которые охладили отношения между россиянами и украинцами. Мы старались сохранять церковные отношения. И сейчас стараемся сохранять личные отношения, хотя общие богослужения совершать не можем.

 

— Как складываются отношения с католиками и протестантами? Есть ли какая-то совместная деятельность?

— С католиками общаемся. Порту — город экуменический, город торговли. Здесь традиционно всегда было много иностранцев. Англичан прежде всего, которые занимались портвейном. Несколько столетий в этой католической стране существуют религиозные общины иностранцев. Кроме приходов Римско-Католической Церкви в Порту есть один англиканский приход, приходы Лузитанской церкви, методистские, Немецкая евангелическая церковь. Существует экуменическая комиссия, куда входят представители перечисленных церквей, а также представители наших православных приходов. Мы встречаемся все вместе, обсуждаем какие-то вопросы, иногда проводятся совместные конференции. Узнаём друг о друге.

 

— Ведется ли какая-то миссионерская деятельность в Португалии среди местных жителей?

— Мы не занимаемся такой миссией. Но когда к нам приходят люди, мы их не прогоняем. Главная миссия — моя, нашего прихода и православных в Португалии — должна быть направлена прежде всего на русскоязычную общину, на наших соотечественников, которые в большинстве своем, будучи крещеными, о Церкви имеют представление довольно расплывчатое. Это внутренняя миссия. Мы стараемся ею заниматься по мере возможности — через интернет-ресурсы, социальные сети, культурные мероприятия: концерты духовной музыки, детские праздники. Такая неагрессивная форма миссии.

 

— Можно ли назвать жизнь православных в Португалии обособленной? Проникает ли португальская культура в вашу общину? Участвуете ли вы в государственных мероприятиях, праздниках?

— Конечно, местная культура к нам проникает, мы не живем изолированно. В Порту широко празднуется День Иоанна Крестителя, 24 июня по новому стилю. У нас была традиция (еще до разрыва отношений с Константинополем) служить соборную Литургию в нашем храме с людьми из других проходов.

Также в Порту есть традиция рождественских колядок. В ней участвует молодежь разных христианских конфессий. Шествие идет по центру города, и все поют колядки. В основном это современные западные рождественские песни. Мы однажды участвовали в таком шествии и пели украинские колядки. Также наш хор участвует в фестивалях духовной музыки.

Светские праздники в большинстве своем революционные. Например, день португальской революции. Хотя наши прихожане и воспитанники приходского детского центра «Облака» регулярно принимают участие в различных местных культурных мероприятиях — День дружбы народов, праздник чая, Международный день поэзии, — выступая с песнями, танцами и поэтическими произведениями тех культур, из представителей которых состоит наша община.

Еще мы совершаем паломничества по Португалии и Испании к святыням неразделенной Церкви. Здесь, на севере, есть несколько святителей, которые служили еще до того, как Португалия появилась в V–VI веках. От них остались монастыри, мощи, храмы. Наша прихожанка иконописец Марина Шабага написала икону трех святителей португальской земли: Мартина Думийского, Фруктуоза Браккарского и Розенда. Они были епископами города Браги в разное время, но еще до разделения Церквей. Это то, что крепко связывает нас с местной культурой.

 

— В Порту начинается паломнический путь Эль Камино де Сантьяго, Путь святого Иакова. Вы ходили по нему? Как отражаются на приходской жизни такие масштабные события?

— Существует традиция православного паломничества в Сантьяго-де-Компостела, которое проходит разными путями. В прошлом году мы стартовали из Порту, вместе с игуменом Арсением Соколовым, который долгое время служил в Португалии, в Лиссабоне. Была группа около 10 человек. Опыт удивительный! Красивые места, интересное путешествие. Для прихожан это возможность побыть вместе в неформальной обстановке, пообщаться по дороге и лучше узнать друг друга.

В одной из паломнических поездок мы познакомились с японцами. Среди них была женщина лет пятидесяти, говорящая по-русски. Оказывается, она училась в Киевском институте культуры на улице Патриса Лумумбы. Японцы далеки от христианства. Но Путь святого Иакова в последние годы стал чрезвычайно популярен среди нехристиан — после выхода книги Пауло Коэльо «Дневник мага» и фильма «Путь». Многие люди приезжают сюда, чтобы приобщиться к удивительной атмосфере, которая за тысячу лет сформировалась на этом месте, полюбоваться галисийской природой, архитектурой. Не для всех это Путь к святому Иакову, но многих тянет сюда, на эту древнюю Дорогу.

В июле 2020 года ребята из нашего прихода участвовали в паломничестве к мощам апостола Иакова вместе с группой молодежи из Испании, которую возглавлял настоятель Мадридского прихода протоиерей Андрей Кордочкин.

  


Португальцы на редкость дружелюбны

— Как местные жители относятся к Православной Церкви? Мы знаем, что у вас есть молодежный клуб и детский центр. К вам приходят португальцы?

— У нас несколько прихожан португальцев, в основном это интеллектуальная молодежь, с высшим образованием, часто гуманитарным. Они узнают о православии через книги и интернет. Есть португальцы, которые интересуются православием, приходят на службы. К тому же мы, как и большинство православных в Южной Европе, служим в храме Римско-Католической Церкви. Это был домовый храм колледжа — закрытой школы для мальчиков. Школа просуществовала до 2012 года. И многие местные жители были прихожанами этого католического храма. К нам долгое время приходил дедушка 90 лет, который учился в этой школе.

 

— Есть ли планы построить свой храм?

— На данный момент нет. От добра добра не ищут. Нет острой необходимости в строительстве. Помещение, в котором мы совершаем богослужение, просторное, в хорошем состоянии. Мы благодарны Богу и местной епархии Римско-Католической Церкви за возможность молиться в нем. Затевать строительство храма сейчас сложно даже в России. Приход у нас небольшой, построить и содержать построенное здание нам не под силу.

 

Бывали ли случаи агрессивного отношения к православным?

— Я не слышал про такое. Вообще португальцы на редкость дружелюбны. В Португалии не было массовой иммиграции, как это было в начале XX века во Франции, Великобритании. Первые эмигранты здесь появились в 1970-е годы — выходцы из бывших португальских колоний в Африке, а значит португалоязычные, почти свои. А массовая эмиграция из Восточной Европы началась совсем недавно, в начале 2000-х годов. И, как рассказывают наши прихожане, их встречали очень по-доброму: приносили матрацы, одеяла, одежду, еду. Те, кто уезжает потом в более богатые страны, скучают по португальцам, по дружелюбной атмосфере.

  


Португалия — нравственная страна

— Какие качества отличают португальцев?

— Мне нравится в местных жителях честность, порядочность. Здесь принято платить за проезд в общественном транспорте, даже если никто не проверяет. Или ждешь на остановке автобус, люди подходят в разное время. И когда автобус приезжает, они садятся в той очередности, в которой пришли на остановку. Никто не пытается пролезть вперед.

Восхищает в португальцах отзывчивость, желание помочь ближнему не раздумывая, чувство общественной солидарности, уважение к родителям, к пожилым, любовь к детям, доброжелательность, отсутствие агрессии. Португальцы дружат семьями, у них очень развит культ семьи. Например, существует традиция среди наших прихожан, молодых португальцев, собираться в воскресенье с родителями и проводить с ними весь день, выходить на пляж, в кафе, рестораны всей семьей, с бабушками, дедушками, внуками. Мне кажется, это то, чему нужно учиться и что перенимать.

 

— В Европе существует проблема падения нравственности и негативного влияния современной культуры (уроки полового просвещения в школе, к примеру). Как вы оцениваете ситуацию в Португалии?

— Португалия — консервативная страна. Те явления, о которых вы говорите, больше касаются Северной Европы. До Португалии эта волна еще не докатилась. Недавно я узнал, что аборты здесь были разрешены всего лет десять назад. Аборты — это важный показатель уровня нравственности нации. Существует особая карта абортов, где страны обозначены разными цветами: от синего до тёмно-красного. Синий обозначает наименьшее количество абортов. Португалия на последнем месте в Европе. Чем восточнее, тем темнее и краснее.

Конечно, есть особенности, которые кажутся непривычными. Например, молодые люди начинают рано жить вместе, встречаться со школы. Здесь это общепринято. Родители относятся к этому довольно благосклонно.

 

Хотелось бы, чтобы приход был живой

— Расскажите про последний период. Как вы переживали ситуацию с коронавирусом? Каково было без богослужений?

— Богослужения с 31 мая официально возобновлены, но с условием соблюдения мер предосторожности. А началось всё в Португалии примерно с 17 марта. Было введено чрезвычайное положение, закрыты школы, храмы. Я думал, что мы две недели отсидимся, и всё. В нашем храме прекратились богослужения, их не было три недели. Начиная с Марииного стояния мы начали служить, с минимальным количеством прихожан, с хором. Одновременно я пытался общаться с прихожанами, завел блог на Youtube. Мы говорили о Священном Писании, об особенностях Великого поста. Пытались друг друга поддерживать через это общение. Я давно хотел что-то подобное организовать. И тут как раз возник повод, и появилось время для этого.

Мы создали группу в WhatsApp, чтобы вместе читать, обсуждать Священное Писание. Читали Псалтирь во время поста по нескольку псалмов в день. Наша приходская школа очень активно себя проявила (ею занимается моя супруга Мария). Сразу с начала карантина были ежедневные занятия в группе WhatsApp, очень активно занимались русским и английским языком. Взбодрились и дети, и родители.

 

— Какие задачи вы ставите перед собой как настоятель? Что бы хотелось изменить?

— Хотелось бы, чтобы приход был живой, чтобы люди больше интересовались Священным Писанием, богословием. Чтобы дети выросли верующими на этом приходе, чтобы была крепкая молодежная община. Мы стараемся в этом направлении работать. Но есть и объективные трудности. Не всегда то, о чем мечтаешь, получается. К таким вещам нужно относиться со смирением.

 

— Что самое сложное?

— Сложно людей собрать. Время от времени мы пытаемся в храме вести библейский, богословский кружок. С самого начала, еще до моего приезда такой кружок существовал. У нас долгое время была библейская группа в Skype, где мы читали Священное Писание. Прочитали по главе всю Библию, пытались обсуждать. Во время эпидемии мы предприняли еще одну попытку, и с мая проводим в zoom богословские занятия — изучаем Божественную литургию. Я бы не сказал, что эти занятия пользуются большой популярностью. Понятно, что есть особенности преподавателя, может быть, недостатки у лектора. Возможно, людям сложно разобраться с платформой.

 

— Что в приходской жизни в Порту вам особенно нравится? Что бы вы взяли с собой в Россию?

— Мне нравится, когда людям в храме удобно и комфортно. Нравится, когда проповедь произносится в микрофон. У нас в храме есть скамейки: храм не наш, и мы не имели права их убирать. Обычно люди стоят на службе, но тот, кто устал, может присесть. Скамейки оставляют расстояние между рядами, и поэтому мы не становимся очень близко друг к другу. Ещё мне нравится, когда люди сидят во время проповеди, объявлений. Нравится, когда после службы во время чаепития можно пообщаться с прихожанами, познакомиться с новыми людьми.

Беседовали Дарья Смирнова, Игорь Зайцев, Максим Тарасов, Мария Ищук, Сергей Шеин

Поделиться

Другие статьи из рубрики "ЛЮДИ В ЦЕРКВИ"