Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?

Войти как пользователь
  Войти
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Дети, девушки и кошка. Приют для молодых мам в Новодевичьем монастыре

Здесь не только дают крышу над головой, но и помогают устроиться в жизни, встать на ноги. Десять лет назад Воскресенский Новодевичий монастырь на Московском проспекте создал приют для сирот, который со временем превратился в Центр помощи молодым мамам с детьми, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.
Дети, живущие в «Благодати», редко отсиживаются в своих комнатах, им милее совместные игры
Журнал: № 2 (февраль) 2017Страницы: 36-39 Автор: Марина ЛанскаяФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 28 февраля 2017

КОГДА ПРИЮТ КАК ОТЧИЙ ДОМ

— Анжела, поставь чайку, к нам журналисты пришли.

— Сейчас сделаю. А мне через час на беседу с батюшкой по поводу Крещения. Кто с Мишей посидит?

— Светлана Николаевна может. Посидите?

— С удовольствием, — отвечает Светлана Николаевна.

Семейные разговоры, простые хлопоты, беззаботные дети, играющие тут и там, вальяжно развалившаяся в проходе кошка. Трудно поверить, что мы не в гостях у большой семьи, а в приюте. Впрочем, кто сказал, что они не семья?

Вот, к примеру, Настя. Она здесь не по нужде, а по желанию. Приехала на выходные навестить подруг, сынишке Захару — раздолье. У него здесь друзей не занимать, даже «невеста» есть, Яночка. Сейчас у Насти всё хорошо. Муж, двое сыновей, «второй приболел и остался дома с папой», квартира в Кингисеппе, «ключи сам мэр вручал», кот, кошка, хомяки. В общем, дом — полная чаша. А еще не так давно не было ничего, кроме младенца на руках и полной растерянности в душе. В «Благодати» приняли, поддержали, помогли пережить трудный период. На то, чтобы встать на ноги, Насте потребовался год жизни в приюте. Зато теперь есть куда приезжать по выходным. Конечно, у девушки уже своя полноценная семья, но приют стал чем-то вроде отчего дома, где ты не гость, а родной человек, опекаемый любящими людьми даже тогда, когда в опеке не нуждаешься.

Зато в опеке нуждаются другие постояльцы. Их здесь восемь. Это молодые женщины с маленькими детьми и будущие мамы. У каждой за плечами своя история. И счастливыми эти истории не назовешь. Хотя сделать их таковыми возможно. Только нужно потрудиться.


НЕ ТРУД, А ПРИВИЛЕГИЯ

— Говорят, спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Но это неправда. Справляться с трудностями без поддержки близких очень сложно. А если еще и вся предыдущая жизнь была полна лишений, тягот, предательств, легко отчаяться. Ведь наши девочки почти все из детских домов. К кому им идти, когда ни семьи, ни дома? — считает Наталья Кириллова, директор приюта «Благодать» и по совместительству глава благотворительного фонда «Помощь детям».

Как и все сотрудники «Благодати», Наталья — прихожанка Новодевичьего монастыря. А еще она приемная мама. Одного ребенка уже вырастила, теперь собирается взять на попечение следующего. Помогать другим — её главная профессия, не та, которой в университете учили (по специальности Наталья переводчица).

Директор приюта Наталья Кириллова (в центре) отвечает за спонсорскую помощь и подбор волонтеров
Директор приюта Наталья Кириллова (в центре) отвечает за спонсорскую помощь и подбор волонтеров

— Помогать не тяжело, это не труд, а привилегия. Мы всегда получаем больше, чем даем, — рассуждает Наталья.

Сотрудников в приюте немного. Всего трое. Еще есть волонтеры. И, конечно, спонсоры. Про них будет отдельный разговор.


ОТДАТЬ НЕЛЬЗЯ ОСТАВИТЬ

Сотрудником приюта, как и членом Церкви, Наталья стала благодаря своей школьной подруге Лене. Елена Павлова — заместитель директора приюта «Благодать». Живое лицо, белые кудри, легкая походка, задорная речь. Елена не из идейных. В благотворительность пришла не для свершения великих дел. Просто так получилось:

— Это было еще в 1990-х годах. Я училась, причем, не удивляйтесь, в библейской школе при протестантской церкви. Нужно было найти работу с удобным графиком. Такая работа нашлась в детдоме № 41. Он находился тут неподалеку, на Измайловском проспекте. Я устроилась воспитателем. Моими подопечными были в основном мальчишки-хулиганы. Им по 16–17 лет, а мне 19. Признаюсь, пришлось нелегко, но интересно. Оказалось, что с ними можно дружить, и у меня это в какой-то мере получилось. Директором детдома была Валентина Павлова — замечательный человек, сыгравший в моей жизни значительную роль.

Позже Валентина Александровна, чей сын работал в том же детском доме психологом, стала свекровью Елены.

— Эта работа всё изменила в моей жизни. Я вышла замуж, получила второе образование — логопедическое. И, главное, воцерковилась. Завязала с протестантизмом: в нем больше не находила ответов на волнующие меня вопросы, и стала прихожанкой Новодевичьего монастыря.

Можно сказать, что негласно 41-й детдом являлся православным. Воспитатели крестили детей, сами становясь их крестными. Вместе ходили на воскресные богослужения, отмечали церковные праздники и даже официально получили название «Благодать», в котором светские власти не углядели ничего религиозного. Ведь это слово понятно и близко каждому.

Но в 2006 году маленький детдом решили расформировать. Некоторые дети выпустились, достигнув совершеннолетия, остальных отправили в другие сиротские учреждения. Скупая констатация факта, скрывающая большие трагедии маленьких людей: новая утрата, очередной удар для детей, уже однажды лишившихся родного дома. Как вспоминает Елена: «Рыдали все».

Сотрудники переставшего существовать детдома просто физически не смогли расстаться с некоторыми детьми. Восемь подопечных остались со своими воспитателями: те поспешили открыть для них приют с уже привычным названием «Благодать».

Заместитель директора приюта «Благодать» Елена Павлова большинство своих подопечных знает с детства.
Заместитель директора приюта «Благодать» Елена Павлова большинство своих подопечных знает с детства.
 

Воцерковленные ребятишки, всей душой привязавшиеся к службам в Новодевичьем, к своим воспитателям, в гостях у которых они привыкли проводить выходные и праздники, получили возможность остаться со своими близкими.

— Помещение нам предложила матушка София (настоятельница Воскресенского Новодевичьего монастыря игумения София (Силина). — Прим. ред.). Она всегда к нам благосклонно относилась. Её же заботами у нас появилось всё нужное для приюта — мебель, бытовая техника, предметы первой необходимости, — рассказала Елена.

— Когда мы приняли решение приютить ребят, я озадачилась вопросом, где взять средства для обустройства их быта, — поделилась матушка София. — Поехала в Москву и обратилась к добрым христианам за помощью. Список нужных вещей был большой, он включал и качественную мебель, и холодильники, и плиту, и детские коляски. Я надеялась, что хотя бы с отдельными пунктами помогут, но отозвались многие… И вот уже заказаны и мебель, и плиты, и всё что нужно. На обратной дороге в поезде я решила купить для малышей в приют подарочки — маленькие игрушечные «Сапсанчики». Но едва попыталась их оплатить, как ехавший в одном вагоне со мной раб Божий Виктор все расходы взял на себя. Так милость Божия содействует каждому малому делу, предпринимаемому обителью. Если б не надежда на милость Божию, мы бы, рассчитывая только на скромные монастырские средства, не рискнули бы на подобные начинания.

Приютские дети подрастали, заканчивали учебу в школах и училищах, устраивались на работу, получали от государства жилье, положенное сиротам. И если бы всё шло гладко, быть может, на этом приют и прекратил бы свое существование.Но жизнь внесла свои коррективы.


ТЫ НЕ ОДНА

— У одной из наших выпускниц случилось серьезное психическое расстройство, — вспоминает Елена. — Девушку отправили в больницу, откуда выписать могли только с условием, что её встретят и будут опекать. А встретить, кроме нас,было некому. Не бросать же. Конечно, мы забрали её в приют. Это был человек с другой планеты, которого всему пришлось обучать заново. Но через год она смогла начать жить самостоятельно.

Еще одна выпускница приюта родила малыша. Сотрудники приехали встречать её из роддома, а молодая мама вышла им навстречу одна — без ребенка. Сказала, что ребенка не отдают, потому что у нее ничего нет для новорожденного.

— В итоге восемь месяцев малыш провел в доме малютки, а мы за это время помогли его маме обустроить быт. Ребенка она забрала и даже воссоединилась с его отцом. Вскоре мы пришли её проведать и обнаружили, что ребенок не кормлен, не поен, дом запущен, муж игроман, а сама наша выпускница пребывает в состоянии глубокой апатии.

Казалось, что путь один — идти в опеку и забирать малыша. Но ведь это не выход! Приют решил помочь.

— Прежде всего мы взяли на себя бытовые проблемы: обеспечили ребенка питанием, одеждой, памперсами, — продолжает Елена. — Его мама сразу приободрилась. Ей стало не так страшно. Она почувствовала, что не одна. Именно тогда нас и посетила идея запустить проект помощи матерям, который мы так и назвали «Ты не одна».

Сейчас у той мамы уже трое детей. Она написала письмо президенту и получила государственную субсидию на расширение жилплощади. Купила машину. В общем, начала действовать. И даже сама стала волонтером «Благодати».

Конечно, отнюдь не все истории выпускниц приюта имеют счастливый конец. Одной маме приют помогал с ребенком, но та отдала его в детский дом. Потом родила еще девятерых — и от всех отказалась.

— Обидно, конечно, — говорит Елена. — Но мы за двадцать лет работы с людьми научились смотреть на жизнь реалистично. Теперь четко знаем, что если Бог даст, всё получится. «Бог пошлет» — эти слова мы повторяем постоянно. Но обязательно добавляем: «Если надо». Мы усвоили, что если что-то нам не дается, значит не надо, не время. Вообще говоря, в нашем деле, чтобы не выгореть, нужно четко осознавать, что мы не несем ответственности за судьбы наших подопечных. Помогаем, чем можем, делаем то, что в наших силах, но не отвечаем за их выбор. И еще вот что важно: жизненные падения и взлеты непредсказуемы, судьбы не предрешены, всё может измениться и зачастую меняется!


НЕ ПИТЬ, НЕ КУРИТЬ, ЧУЖИХ НЕ ВОДИТЬ

Настя, в ожидании третьего малыша, осталась по вине аферистов без крыши над головой. Сейчас она живет в приюте со своими сыновьями — Тимой и Пашей
Настя, в ожидании третьего малыша, осталась по вине аферистов без крыши над головой. Сейчас она живет в приюте со своими сыновьями — Тимой и Пашей

Все десять лет существования приюта «Благодать» матушка София продолжает ему покровительствовать. И сотрудники, и подопечные окормляются здесь же, в Новодевичьем монастыре. В ушедшем 2016 году настоятельница предложила мамам с детьми переехать в новое, просторное, только что отремонтированное помещение при обители. Всего в приюте 4 комнаты. Каждая рассчитана на одну семью: маму и ребенка или двух-трех детей. Светлые, чистые, уютные, они не похожи на казенные. Большая прихожая, оборудованная всем необходимым кухня, во дворе детская площадка, неподалеку детский сад. Здесь есть всё для комфортной жизни. Но прежде всего — атмосфера. Никаких графиков дежурств или расписаний. Правила проживания просты: не пить, не курить, чужих не водить, своих не обижать. Быт ничем не регламентируется. Всё для того, чтобы девушки самоорганизовывались, ведь главная задача — научить их самих справляться с трудностями. Это несложно при условии, что тебя принимают, поддерживают и обеспечивают необходимым. То есть дают то, что должна давать семья.

Трудно представить, что было бы с живущими здесь молодыми женщинами, не имей они такой поддержки. Например, Анжела с шестимесячным Мишей, которого вот-вот должны крестить, в одночасье осталась без крыши над головой. Квартира у нее есть. Она получила её как выпускница детдома, всё того же, 41-го. Однажды Анжела кипятила для ребенка масло, неожиданно подвесной потолок вспыхнул, пламя моментально распространилось. Девушка вынесла из квартирыребенка и бросилась тушить пожар. Всё окончилось хорошо. Сейчас квартира ремонтируется. Анжелу с малышом приютили в «Благодати», с ремонтом тоже помогают.

У Насти двое малышей, третий на подходе. Она девушка энергичная. Работает воспитателем в детском саду. На работу ездит на другой конец города. В тот же детский сад отвозит свою малышню. В приюте оказалась по вине мошенницы. Настя пыталась обменять квартиру, в которой пышным цветом росла неистребимая плесень, на другое жилье. Агент деньги за услуги взяла, квартиру Настину продала и… пропала. Пока ведется судебное разбирательство, где-то нужно жить,что-то нужно есть. Своей семьи у Насти нет. Были приемные родители, но когда девочка достигла подросткового возраста, её вернули в детдом. Как говорят сотрудники приюта, вот уж кто-кто, а Настя умеет справляться с трудностями. Таким помогать одно удовольствие. Даже попав сюда, она сразу принялась за генеральную уборку и успешно довела её до конца.

Лена с двумя сынишками, Денисом и Максимом, живет в приюте уже два года. Здесь вообще нет строгих рамок, определяющих срок пребывания. Кто-то быстро возвращается к самостоятельной жизни, другим требуется срок значительно бóльший.

Обязанности сотрудников приюта, как и быт подопечных, тоже не имеют четкой регламентации. Когда за дело отвечают только три человека, им приходится делать сразу всё. Как говорят они сами, «мы просто решаем житейские проблемы. При этом уже не чувствуем разницу, где заканчивается наша жизнь и начинается чужая».

Самыми глобальными кажутся задачи директора Елены Павловой, которая всё координирует и, конечно, многое делает сама. А самыми определенными выглядят функции Светланы Николаевны Лапшиной. В приюте на ней лежат хозяйственные заботы: закупить продукты, помочь девушкам приготовить еду, посидеть с детьми, когда мамам надо отлучиться, и даже подремонтировать, что нужно. Со стороны, кажется, что это тот человек, который и создает уют. Что-то вроде общей для всех бабушки.

Третий сотрудник приюта — Наталья Кириллова. Кроме тех же разнообразных обязанностей, когда надо и привезти что-то, и закупить, и помочь с юридическими документами, и оказать психологическую поддержку, она отвечает еще и за спонсорскую помощь.


БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ НЕ ДЛЯ СЕЛЕБРИТИ

— Как и всё в нашем деле, финансовая помощь тоже приходит всегда неожиданно, мы считаем, что свыше, — говорит Наталья Кириллова. — Есть благотворители, которые даже не приезжали к нам ни разу, но исправно каждый год перечисляют деньги. Конечно, мы стараемся изыскивать средства: ищем спонсоров, получаем государственные гранты, а иногда благодетели находят нас сами.

И только что сказанные слова вдруг воплощаются в жизнь.

В момент нашей беседы в приют приходит Катя Рудова, молоденькая студентка Санкт-Петербургского государственного университета. В приют её направил папа, московский бизнесмен Сергей Рудов, директор Фонда святителя Василия Великого.

— Для отца социальное служение — это не дань моде, не отмашка, это смысл его жизни, его кислород, — говорит Екатерина. — Так он воспитывал и нас (в семье Рудовых четверо детей. — Прим. ред.). С семи лет каждое воскресенье после Литургии мы ездили в детские дома, приюты или собирали бездомных по улицам, кормили их, отвозили в места, где они могли помыться, переодеться. Конечно, в нашей школе при МГИМО мы с братьями оставались белыми воронами. Временами было сложно принять тот факт, что мне не покупают дорогие туфли, потому что, по мнению отца, разумней потратить деньги на благотворительность. Все наши одноклассники жили совсем иначе. И взгляды на жизнь у них были противоположными. Иногда мы отдалялись от родителей и сходились с друзьями, потом, наоборот, отдалялись от друзей и сближались с родными. Сейчас эти метания позади. Наконец знакомые тоже стали интересоваться, как помочь другим. А мы для себя четко выбрали путь: следовать за отцом. Мне и среди однокурсников хочется развеять миф, что благотворительность — удел селебрити. Помогать может каждый: кто-то деньгами, кто-то руками, а кто-то молитвой.

После разговора Катя отправилась знакомиться с подопечными приюта, узнавать их нужды. Мы с фотографом допили чай и засобирались по домам, а на мое место тотчас по-хозяйски устроилась кошка, всем своим видом заявляя: «Я дома. Среди своих».

Поделиться

Другие статьи из рубрики "ЛЮДИ В ЦЕРКВИ"