Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?

Войти как пользователь
  Войти
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Без любви служить Богу нельзя

Протоиерея Виктора Московского любили все. Даже люди, встретившиеся с ним мельком, ощущали особую благодать, исходящую от этого священника. По-прежнему тяжело представить, что отца Виктора нет с нами. Но память о нем жива, о чем свидетельствуют воспоминания людей, хорошо знавших его.
Журнал: № 01 (январь) 2021Автор: Татьяна Кириллина Опубликовано: 16 января 2021

Смоленская семья

Фотография из школьного выпускного альбома.1967 год
Фотография из школьного выпускного альбома.1967 год

Благочинный Василеостровского округа, настоятель храма Смоленской иконы Божией Матери протоиерей Виктор Московский отошел ко Господу 14 ноября на 72-м году жизни. Отец Виктор родился в 1949 году в Боровичах Новгородской области в семье рабочих. С детства родители привили сыну любовь к Богу, с семи лет он начал прислуживать в храме. Окончив школу, будущий священник поступил в Ленинградскую духовную семинарию и на IV курсе в 1970 году был хиротонисан во диакона.

— Потом меня призвали в армию, я отслужил. Хотели, очевидно, мое мировоззрение изменить, но не удалось. Кстати, относились ко мне в армии хорошо — и солдаты, и офицеры, — рассказывал отец Виктор.

После службы в армии он получил назначение в Николо-Богоявленский собор, продолжил обучение в Ленинградской духовной академии. В 1975-м был рукоположен в сан священника. Обе хиротонии совершил митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим, которого отец Виктор всю жизнь считал своим духовным наставником.

В сане пресвитера отец Виктор снова стал клириком Никольского собора и прослужил там шестнадцать лет. В 1987 году митрополит Алексий назначил его настоятелем в Смоленский храм. Отца Виктора новое назначение не обрадовало: в середине 1980-х храм Смоленской иконы Божией Матери был в запустении, в клире числилось всего двое священников. Часовня над могилой Ксении Петербургской в советское время служила складом садового оборудования, потом её формально передали епархии, но верующих туда не пускали. К 1000-летию Крещения Руси и канонизации небесной покровительницы Санкт-Петербурга усилиями отца Виктора храм и часовня на Смоленском кладбище были приведены в порядок. За тридцать три года, что протоиерей Виктор Московский был настоятелем, в храме сформировался и клир с особенным, теплым отношением священнослужителей друг к другу, и большая приходская община.

Часовня Ксении Блаженной — одно из известнейших мест в городе, даже не очень верующие люди приходят туда и обращаются с просьбами к святой. Многих святая Ксения привела к вере, в том числе и через знакомство с отцом Виктором. В числе прихожан Смоленского храма есть и чиновники, бизнесмены, с которыми поначалу настоятель знакомился по рабочим вопросам, и бывало, что в результате общения с ним люди приходили к вере, даже если изначально были атеистами, и потом с удивлением встречали друг друга в храме. Высокопоставленные люди — чиновники, предприниматели, которые помогают приходу, — объединены ныне в «Смоленскую семью». Среди прихожан есть и артисты, художники. «Мой муж и отец Виктор были большими друзьями, — говорит Зоя Александровна Хиль, вдова певца Эдуарда Хиля. — С ним общалась и я, и наш сын, и внук. Мой муж похоронен рядом с часовней Ксении Блаженной. Смерть отца Виктора была для нашей семьи большим ударом. Мы очень тоскуем по нему, очень горюем».

 

Молитесь, слушайте и пойте

— В нашем храме священники служат десятилетиями, — говорит протоиерей Андрей Алексеев. — Мы как-то привыкли к этому, считаем нормальным, но иногда вдруг осознаешь, что есть храмы, в которых текучка довольно большая. А то, что отсюда никто не уходит и даже не собирается, многое говорит о настоятеле.

— Отец Виктор был настоящим молитвенником, добрым пастырем и для священников, и для прихожан, — дополняет протоиерей Богдан Жук. — Часто говорил нам: «Поддерживайте, любите друг друга! Мы разные, но мы все служим Богу. Без любви служить Богу нельзя». Он был и очень хорошим настоятелем, и администратором. Ремонты часовни, храма, Воскресенского храма, приходских зданий проводились под его руководством. Ему нравилось, когда что-то восстанавливалось, он говорил: «Вот, теперь еще сто лет простоит!» Нас защищал всегда, ведь в храм разные люди приходят, бывают и не очень приятные ситуации. Если нужно было сделать какое-то наставление, он всегда делал его с любовью, чтобы никого не обидеть. Он служил Богу здесь, на земле, и, я уверен, продолжает служение в жизни вечной.

Отец Виктор пел вторым тенором в Хоре духовенства, созданном по благословению владыки Никодима, причем в двух составах: при владыке Никодиме и при митрополите Алексии (Ридигере), в 1988 году, когда хор на какое-то время возродился. В том же году он познакомился с будущим клириком Смоленского храма протоиереем Богданом Жуком, тогда семинаристом, которого тоже пригласили в хор.

— В 1991 году меня рукоположили в сан диакона и направили на практику в Смоленский храм, а потом назначили сюда же штатным диаконом, — продолжает отец Богдан. — Год я был диаконом, а в 1992-м меня рукоположили во пресвитера. Всё мое служение проходило под руководством отца Виктора. Он был человеком творческим, сам хорошо пел и старался, чтобы пение за богослужением тоже было на должном уровне. Очень радовался, когда в клире появлялись священники с хорошими голосами, всегда руководил пением в алтаре. И все священники у нас пели, даже те, у кого поначалу не очень получалось. Он говорил: «Молитесь, слушайте и пойте!»

— У меня слух не очень, бывало, в тон не попадал, а он меня поправлял, — подтверждает протоиерей Андрей Алексеев. — И спустя какое-то время я научился петь, отец Виктор даже хвалил иногда.

 

Чувствуем его молитву

— На службе отец Виктор всегда молился, никогда и ни на что не отвлекался — ни на какие посторонние слова, шорохи и шумы, — говорит диакон Сергий Мороко.

— Познакомились мы с отцом Виктором в 1988 году, это был год 1000-летия Крещения Руси, — делится воспоминаниями протоиерей Александр Лесюис. — Тогда же меня впервые ввели в алтарь. Отец Виктор заметил меня среди прихожан: в те годы редко можно было увидеть среди молящихся мужчину, да еще нестарого — мне было 42 года. Отец Виктор в то время тоже был довольно молодым человеком. Первое время я стоял в алтаре в углу, читал записочки. Часто вспоминаю слова митрополита Антония Сурожского, что человек становится верующим, когда видит отсвет света Христова в лице священника. Такой отсвет я увидел в лице отца Виктора. Я смотрел на него с благоговением, уважением. Тогда и началось мое настоящее воцерковление. Через три года я был рукоположен во диакона, еще через три — во пресвитера. Когда отец Виктор входил в алтарь, особое настроение пронизывало всю службу. Все наши мелкие неприятности, тревоги, заботы отступали — мы молились и радовались вместе с ним. Он был достаточно строгим пастырем, но наставления делал с любовью. Господь сподобил меня служить с ним последнюю Литургию, это для меня великая честь. Сейчас, когда его не стало, мы продолжаем чувствовать его молитву за нас.

А отец Богдан Жук вспоминает эпизод из жития святого Иоанна Кронштадтского: когда батюшку спросили, что самое важное для священника, тот сказал — молитва. И отец Виктор руководствовался в своей жизни этим принципом.

— С самого детства субботу и воскресенье я вместе с папой проводил в храме, всегда вместе с ним читал утренние и вечерние молитвы, — говорит сын отца Виктора иерей Иоанн Московский. — Я всегда брал с него пример, мне хотелось быть похожим на него, хотя паинькой я не был. В школе у меня было очень много друзей — в мое время уже никто не смотрел косо на сына священника, всё зависело от самого человека. Папу все уважали, любили, некоторые мои одноклассники хорошо знали его, я приглашал их домой. После школы сразу же поступил в семинарию, во время учебы был иподиаконом у митрополита Владимира и всегда очень радовался, когда доводилось служить в Смоленском храме или в Василеостровском благочинии. Когда стал диаконом, затем священником, величайшая честь для меня была служить с отцом. Когда в одну череду попадали, это была такая радость — словами не передать!


Престольный праздник Смоленской иконы Божией Матери. 10 августа 2020 года

Престольный праздник Смоленской иконы Божией Матери. 10 августа 2020 года 


Господь ему что-то открывал

— Мои родители, протоиерей Иоанн и Лариса, живут в Новгородской области, и отец Виктор как-то, приехав в родные края, познакомился с ними, — вспоминает диакон Сергий Мороко. — Я ровесник его сына Вани, учился тогда классе в девятом. Отец Виктор приглашал нас в Петербург, мы приезжали к Ксеньюшке, общались с ним, он напоминал мне моего дедушку — тот тоже был седой, с окладистой бородой... Отец Виктор для всех находил доброе слово, он был очень участливым. Тогда я его воспринимал просто как доброго человека. Как священника я его узнал, когда учился в СПбГУ, пришел к нему, и он взял меня певчим в хор. Пока я учился, пел в хоре и имел возможность наблюдать его на службах. К нему всегда можно было прийти по любому вопросу, он приглашал к себе в кабинет, ставил чайник, и беседа могла растянуться очень надолго. Отец Виктор умел слушать и часто подсказывал какое-то необычное решение. Иногда казалось, что он просто отвлекает тебя от грустных мыслей, разговор вроде был совсем на другие темы, но спустя короткое время в памяти всплывали какие-то его слова, и приходило понимание: «О, отец Виктор же подсказал решение проблемы!» Это был, я считаю, дар Духа Святого. Отец Виктор был молитвенником, и Господь что-то открывал ему. Он никогда не изображал какого-то недоступного, солидного человека, не любил никаких почестей.

Особую теплоту, душевность отца Виктора вспоминают и миряне, и священнослужители. Он был открыт для всех, к нему мог прийти совершенно незнакомый человек: любого приглашал к себе в кабинет на беседу. Многие писали ему письма, и он собственноручно отвечал, иногда вкладывая в письмо денежную купюру или иконку, то есть поддерживал людей в сложных обстоятельствах. Он никогда об этом не говорил, это было незаметное служение, но, конечно, клирики храма об этом знали, потому что люди рассказывали.

— Отец Виктор был прекрасным дедушкой, очень любил внуков, просто растворялся в них, — говорит отец Иоанн. — И они его очень любили. Мы часто гуляли вместе, выезжали на природу. У нас очень дружная семья. Когда папа отошел ко Господу, старшая внучка не могла поверить, она всё повторяла, что дедушка не умер, просто приборы неправильно показали...

 

Любовь его осталась

— Отца Виктора я впервые увидела не в храме, а в Доме кино, — вспоминает кинорежиссер Валентина Матвеева, прихожанка Смоленского храма. — В 1986 году я сняла фильм «Живите в доме и не рухнет дом» — о разрушенных, оскверненных, изуродованных по всей стране храмах. Два года оставалось до тысячелетия Крещения Руси, но уверенности в том, что эта дата будет торжественно отмечена, не было ни у кого. С большим трудом нам позволяли снимать храмы и всё, что было связано с религией.

Я осмелилась пригласить на просмотр протоиерея Владимира Сорокина, бывшего тогда настоятелем Никольского собора, а он пришел не один. Рядом с ним сидел совсем молодой священник — это был отец Виктор, тоже служивший тогда в Никольском соборе. Через год он стал настоятелем храма Смоленской иконы Божией Матери.

В 1992 году я снимала фильм «Храм на Смоленском кладбище», и уже тогда поближе познакомилась с отцом Виктором. Фильм был короткий, всего десять минут (снимался по заказу Госкино). С тех пор и поныне я прихожанка этого храма. Бог так устроил, что и духовника своего я нашла в этом храме ― протоиерея Игоря Есипова.

Много раз знакомые мне советовали найти храм поближе к моему дому, но я не могла. Мне казалось (наверное, я неправа), что нигде нет той любви, которую я испытывала, входя в храм. Она накрывала меня волной, становилось тепло: Бог здесь, Бог рядом. Отец Виктор был всегда полон любви к людям, передавал её каждому, кто подходил под благословение. Когда начиналось причастие, все устремлялись к отцу Виктору. Он произносил твое имя и всего несколько слов, сопровождавших причастие, но что-то еще исходило от него. Это было и в голосе, и в слове, и в свете глаз. Отец Виктор навсегда останется в моей памяти как человек, воплощавший в себе, даривший нам эту любовь Бога. Именно она и создала мощную сплоченную общину, одну большую семью. Приход-семья, где все делят радости, но и приходят на помощь в трудную минуту жизни.

Не могу поверить, что его нет. Его нет среди нас, но любовь его осталась — она всегда будет жить в нас и объединять нас.

 

Его выбор был осознанным

— Очень трудно говорить об отце Викторе в прошедшем времени, — признается прихожанка Татьяна Соловей. — Мы, его одноклассники, его ровесники, ощущали, что находимся под его защитой, всегда могли обратиться к нему за помощью, поддержкой. И были уверены в том, что, когда придет время уйти в мир иной, провожать нас будет именно он. Его безвременная кончина потрясла нас.

Мы познакомились с будущим отцом Виктором в далеком 1957 году: первый класс школы, Боровичи — маленький промышленный город в Новгородской области на берегу красивой реки Мсты. До революции в городе было несколько храмов, действовал Свято-Духов Иаковлев Боровичский монастырь. А в годы нашего детства на окраине города был только один действующий храм великомученицы Параскевы. Родители отца Виктора были людьми воцерковленными, помогали в храме. Под влиянием мамы будущий священник Виктор Московский не был октябренком, не вступил в ряды пионеров, затем комсомольцев. Наверное, эта ситуация была непростой для него, учителя подчеркивали его особенное положение. Но в классе Виктор оставался нашим другом, мы, дети, не придавали этому большого значения.

Он был доброжелательным, спокойным, но в то же время обладал какой-то внутренней силой. Как-то к нам пришел новенький мальчик, очень тихий, слабый, беззащитный. Мальчишки стали над ним смеяться и нападать на него, и только Виктор стал его защищать перед всеми. Он не побоялся толпы, спокойно, уверенно убедил всех в том, что не надо обижать слабого.

После окончания школы мы разъехались по разным городам для продолжения учебы. Когда учителя узнали, что Виктор будет поступать в семинарию, начался самый настоящий переполох. Его убеждали отказаться от семинарии, предлагали поступить без экзаменов в Новгородское музыкальное училище. Надо было обладать определенной силой духа, чтобы преодолеть это. Мы, конечно, тоже не понимали его выбор.

Прошло несколько лет. Наш класс был и оставался дружным, были регулярные встречи, где мы всегда вспоминали всех, кого не было в тот момент с нами. Вспомнили и отца Виктора. И вдруг наша учительница математики рассказала нам о встрече с ним. Она по-прежнему была в недоумении, почему он выбрал такой путь, и сказала ему об этом. Он спокойно и убедительно ответил ей, что его выбор был осознанным и что он постарается помочь и поддержать каждого, кто обратится к нему. Это был момент истины для нас.

В 1992 году мы с друзьями приехали на Смоленское кладбище в часовню святой Ксении, зашли и в храм. Служба закончилась, отец Виктор уже давал крест. Подошли и мы. Мы не виделись 25 лет, но, несмотря на это, он узнал меня. Он отвел нас в сторону и произнес проповедь о дружбе. Это были неформальные слова. Благодаря ему я пришла в храм, он крестил моих внуков, я всегда ощущала себя под его защитой.

И вот теперь, когда его не стало, понимаешь, что он всегда следовал своим убеждениям. Он был простым и скромным, его отличала искренняя любовь к людям. Царствие Небесное, вечная память дорогому батюшке и другу!

 

Поделиться

Другие статьи из рубрики "ЛЮДИ В ЦЕРКВИ"