Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

ДОБРЫЙ ДОКТОР

В одном из недавних номеров (см. «ВЖ» № 7, 2015) мы подняли вопрос о христианском отношении к животным. К сожалению, в том выпуске мы не сделали, наверное, самого главного: не предоставили слова самим современным Айболитам. Исправляемся.  Об особенностях работы ветврача мы поговорили с Андреем Солянниковым, который уверен: его профессия — самая интересная на свете! 
Раздел: По душам
ДОБРЫЙ ДОКТОР
Журнал: № 2 (февраль) 2016Автор: Мария Сухова Опубликовано: 5 февраля 2016

ЛЮБОВЬ К ЖИВОТНЫМ — ЭТО НАВСЕГДА

— Андрей, что вас привело в ветеринарную медицину? Когда вы решили, что хотите стать ветеринарным врачом?

— Я с детства знал, что им буду. Я вырос в большой семье на Урале, в Челябинской области. В нашей семье все любят животных. У бабушки с дедушкой в деревне было много домашних животных: коровы, поросята, куры, кролики. Мне часто поручали ухаживать за ними, и мне это очень нравилось. Я чувствовал, что это — мое. Свою работу я очень люблю, и работать мне всегда интересно.

— Практика ветеринарного врача во время учебы, должно быть, очень сложна, поскольку животное даже не может объяснить, что у него болит. Как вообще научиться лечить животных, имея теоретические знания?

— Да, в институте как раз в основном дают теоретические знания, а практики очень мало. Тот, кто хочет ее получить во время учебы, должен позаботиться об этом сам. Понятия ординатуры в ветеринарной медицине нет. После четвертого курса есть полугодовая преддипломная практика, но ее тоже недостаточно. Ветврачи оканчивают институт как специалисты общего профиля, а дальше нужно оттачивать знания на практике.

— Как же вы приобретали этот опыт?

— Мне повезло, что до института я окончил ветеринарное училище: мы постоянно ездили в совхозы, наблюдали за лечением животных. И уже во время учебы в академии я мог на каникулах работать по специальности: смотрел за работой врачей, подавал им инструменты и всё записывал. Так я постепеннонабирался опыта. Окончив институт, я стал работать в поселке городского типа. За мной был закреплен большой район, где я лечил животных всех видов. У меня была хорошая должность и работа. А потом в какой-то момент я понял, что научился лечить сельскохозяйственных животных, а про кошек и собак знаю совсем немного. Я приехал в Петербург, устроился в клинику и стал ходить на все конференции, посвященные лечению кошек и собак. Сегодня я был бы рад работать с сельскохозяйственными животными, но с ними в клинику не обращаются. В животноводческих хозяйствах мне работать неинтересно,так как там животные все одного вида: либо одни коровы, либо одни поросята. Работа в клинике более разнообразна: сюда привозят собак, кошек, хорьков и много кого еще.

Я мечтаю когда-нибудь уехать поближе к селу, туда, где были бы все виды домашних животных. Я люблю их всех, но особенно меня завораживают лошади: их грациозность, их стать.

— Что для вас в работе самое радостное? Что самое трудное?

— Больше всего я люблю принимать роды. Езжу на такие вызовы часто и с удовольствием. Очень интересно видеть, как рождаются щенята, котята — их первое дыхание и первые крики. А самое тяжелое, это когда приходится принимать решение об усыплении. Иногда владельцы приходят и просят помочь, а сделать уже ничего нельзя. Тяжело говорить, что животное умирает и дальше ему будет только хуже. Можно на какое-то время назначить обезболивающее, можно сразу сделать укол, чтобы животное не мучилось. Но последнее слово всегда остается за владельцами, а не за мной. И еще очень обидно, когда у животного было всё хорошо, а потом оно резко сдает.

— Праздник ветеринарного врача в нашей стране пришел из Церкви. Это имеет для вас значение? Помогает ли вера в Бога в вашей практике?

— Да, я верующий человек. Там, где я вырос, церквей не было. Я крестился на первом курсе, это был осознанный шаг. Тогда я понял, что если к Богу обращаться, Он тебе всегда поможет. И обращаться к Нему надо, не только когда тебе плохо — к Богу просто так надо приходить. Молитва помогает, в том числе и в работе. Иногда просто говоришь: «Господи, помоги». В сложных ситуациях можно отойти помолиться. И Господь не оставляет.


АНДРЕЙ СОЛЯННИКОВ ОКОНЧИЛ УРАЛЬСКУЮ ГОСУДАРСТВЕННУЮ АКАДЕМИЮ ВЕТЕРИНАРНОЙ МЕДИЦИНЫ, РАСПОЛОЖЕННУЮ В ТРОИЦКЕ ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ.

С 2003 Г. РАБОТАЕТ В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ,

С 2010 Г. — В ВЕТЕРИНАРНОЙ КЛИНИКЕ «ДОМАШНИЙ ЛЮБИМЕЦ» ГОРОДА ПУШКИН.


ЧЕТВЕРОНОГАЯ ПСИХОЛОГИЯ

— Какое место в вашей профессии занимает понимание психологии животных? Можно ли сказать, что животные чувствуют, что им оказывают помощь?

— Обычно владельцы боятся сами делать какие-то процедуры, опасаясь навредить. Животные чувствуют этот страх и тоже начинают бояться. Часто хозяева от волнения или вида крови даже падают в обморок, на этот случай в нашей клинике всегда есть нашатырный спирт. А когда ты знаешь, как животное успокоить, и делаешь свое дело уверенно, звери волнуются меньше. Хотя все они разные, у каждого свой характер, и к каждому нужен индивидуальный подход.

— Неправильное обращение хозяев со своими домашними любимцами влияет на их поведение. Какие ошибки здесь самые распространенные?

— Тут всё как у людей. Всё зависит от количества внимания и любви. Плохо, когда есть перекосы в воспитании как в одну, так и в другую сторону. Когда животному уделяется мало внимания, оно становится необщительным, пугливым, а иногда и агрессивным. Оно живет само по себе. Если же внимание к домашнему питомцу повышено, когда его возводят на пьедестал, он становится избалованным, капризным. Бывает, приезжаешь на вызов, просишь хозяев принести животное для осмотра, а те говорят, что не могут этого сделать, поскольку, например, кот привык их кусать, бросается на ноги, даже когда они мимо проходят, а тут уж точно будет сердиться. Когда из домашнего животного делается культ, оно перестает понимать, кто в доме хозяин. Это, конечно, недопустимо. Животных надо любить, но иногда нужно проявлять твердость, а не «сюсюкать». В отношении собак перекосы в воспитании могут привести к нешуточным проблемам. В моей практике был случай, когда меня попросили сделать прививку щенку немецкой овчарки. Я удивился, что щенок сильно визжал, хотя укол был подкожный — почти безболезненный. А спустя два года владельцы позвонили в клинику с просьбой усыпить животное, так как собака бросается на людей и покусала их самих. Это пример, когда гипер­опека может сделать из домашнего любимца домашнего тирана. Для собаки нужна строгая иерархия. А всё было наоборот: собака жила в доме на правах хозяина и боялась только кота, который появился в доме еще до нее. К счастью, собака осталась жива — ее отдали в охранную фирму.

— А если собака стала агрессивной в результате жестокости людей — можно ли установить с ней контакт, если относиться к животному с лю­бовью?

— Думаю, безнадежных случаев не бывает. После института я работал в одном поселке, и наш ветпункт располагался в рубленом домике на большом земельном участке. Однажды на улице на меня набросилась собака. У меня была большая сумка, с ее помощью я отбился. Потом узнал, что эту собаку буквально палкой выгнал хозяин из дома: она должна была ощениться и оказалась не нужна. Собака озлобилась на людей. Спустя три недели я увидел ее уже со щенком. Я как раз купил пряники — и положил ей три штуки, она их съела. Потом еще несколько раз покупал ей еду. Вскоре собака пришла за мной на территорию ветучастка и стала жить там. Каждое утро она встречала меня у автобуса, на котором я приезжал на работу. И я всегда привозил ей еду. Собака — я назвал ее Ладой — была очень хорошей и красивой, хоть и злой для окружающих. Она перестала доверять людям, а мне поверила. Никто к ней не мог подойти, но мы нашли общий язык, я ее спокойно гладил, мог сделать укол.

— А что с ней было потом?

— Лада начала охранять территорию ветучастка, посчитав его своим домом, и перестала пускать людей. Посыпались жалобы. Что-то нужно было делать. Возможности взять собаку домой у меня, к сожалению, не было. И мои знакомые, которые жили в деревне в большом частном доме, предложили взять Ладу к себе. Была зима, я уходил в отпуск и очень обрадовался, что ей нашли дом и заботливых хозяев. Мы отвезли ее туда, но вскоре она сбежала. Прошло много лет, а я до сих пор не могу эту историю забыть: мне кажется, в глазах Лады я оказался предателем.


ДИКИЕ И ПОТЕРЯННЫЕ

— Вы часто сталкиваетесь с брошенными или потерявшимися домашними животными?

— Да, я взаимодействую с волонтерами, которые работают в приютах и помогают бездомным животным. По возможности помогаю им с лечением. У меня у самого дома живут три кота — я их всех подобрал на улице. Недавно к нам в клинику через окно залезла бездомная кошка. Она была больная, сильно исхудавшая и жалобно мяукала — явно просила ей помочь. Было видно, что ей страшно, но она никуда не убегала. При осмотре у нее было выявлено инфекционное заболевание, при котором на слизистой рта образуются язвы, из-за чего животное не может есть и перестает глотать. Если ему не оказать помощь, оно умирает. Целый месяц кошка лечилась в клинике, быстро шла на поправку. Она оказалась очень ласковой и тянулась к людям. Однажды она сбежала из закрытой клетки. Мы стали ее искать, а она спокойно сидела на стуле и мурлыкала — мы поняли, что из клиники кошка убегать не собирается. Вскоре для нее нашлись заботливые хозяева.

— А диких раненых животных привозят в вашу клинику?

— Да. В основном, приносят ворон, сов, уток, ежиков. Вот летом приносили совенка. Женщины отбили его у ворон и сначала отошли посмотреть, что будет. Вороны снова на него налетели, поэтому совенка одного было не оставить. У него были небольшие повреждения. Мы оказали ему помощь, объяснили принесшим, как за ним ухаживать. Потом этого совенка выпустили.

— Иногда после оказания помощи и реабилитации дикие животные уже не могут жить в естественной среде обитания, а иногда их выпускают назад. От чего это зависит?

— Это зависит от того, насколько серьезной была травма и сколько времени животное провело с человеком. Например, если подобрали лисенка или волчонка, который не научился охотиться сам, людей не боится, то, конечно, в естественной среде такое животное жить не сможет: для этого надо уметь прятаться и находить себе пищу. Тогда для возвращения в естественную среду обитания ему надо пройти реа­билитацию.

— Сегодня популярно держать дома небольших диких зверей, например хорьков, хонориков, енотов. Их можно запросто купить в магазине или на рынке. Допустимо ли это? Эти животные уже «одомашненные»?

— Недопустимо вылавливать диких животных, чтобы держать их дома, — это издевательство над ними. А взять на лечение раненое или умирающее животное, которое погибнет в естественной среде, — другое дело. Хорьки, которых сейчас продают, выведены в домашних условиях. Они не видели вольной жизни. Пока что есть спрос, люди их покупают. Если мода на диких животных пройдет, то эта тенденция исчезнет.


НЕОБЪЯСНИМОЕ ЧУДО

— В интернете публикуют истории про дружбу между разными видами животных: например, когда кошка выкармливает ежат или львица отказывается от мяса, ухаживая за детенышем антилопы. Ветеринарные врачи знают тому объяснение?

— Это необъяснимое чудо. Когда хищник заботится о травоядном, объяснить научно это невозможно. У моих клиентов был однажды похожий случай: кошка окотилась и отказалась кормить, а котята рассосали собаку. У собаки был сильный материнский инстинкт, и она заменила им мать.

— А как объяснить случаи, когда дикие животные принимают человека как «своего» и исследователи животных живут среди волков или львов?

— Такими исследованиями занимаются настоящие фанатики, потому что это очень опасно для человека. У животных своя иерархия, и вторгающийся в нее человек может погибнуть. Но, если рассуждать в общем, самое главное, чтобы человек не испытывал страх, который так чувствуют животные. Удивительны и те случаи, когда дикие звери не нападали на святых и даже проявляли им послушание. Такие взаимоотношения человека и животных тоже выходят за рамки рациональных объяснений, оставляя место чуду, которое может нарушать любые законы природы.

Другие статьи из рубрики "По душам"

система комментирования CACKLE
9 декабря, пятница
rss

№ 2 (февраль) 2016

Обложка