Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Пусть говорит

Как «душеведение» помогает ребенку поведать о своих проблемах, рассказывают детский психолог, экзистенциальный психотерапевт, учредитель ассоциации практикующих психологов «СоБытие» Наталья Лобанова и клинический психолог, психодраматист Мария Киселева.
Раздел: Острый угол
Пусть говорит
Журнал: № 1 (январь) 2016Автор: Дарья Завьялова Опубликовано: 29 января 2016

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА

Психолог старается подобрать ребенку тот язык, на котором ему будет проще выражать себя. К каждому ребенку — свой подход, для каждого свой метод. Бывает, что десятилетнего не заставишь рисовать, а бывает, ребенок в пять лет отлично придумывает сказки; есть дети, которые категорически отказываются играть по правилам. Дело не в возрасте, а в опыте, который у ребенка есть, и в нарушении, с которым он приходит. Очень важно детям доверять. Они сами лучше знают, что им нужно в данный момент.

Наталья Лобанова
Наталья Лобанова

ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИЯ

Эта методика направлена на то, чтобы выявить нереализованную потребность, дефицит чего-либо, возникший в психике ребенка, понять причины его образования и способы восполнения. Психика — как стена из кирпичиков. Если один кирпичик вынули или забыли положить, то ребенку больно. В эту дыру постоянно уходит его энергия, он постоянно думает об этом. Задача психолога — спровоцировать ребенка проговорить свою беду, прожить ее. Тогда мы вместе сможем найти опору и поставить кирпичик на место. То есть залатать дырочку. Тогда терапия считается завершенной.

Мария Киселева
Мария Киселева

ПЕСОЧНАЯ ТЕРАПИЯ

Она основывается на теории архетипов К. Юнга. У каждого человека существуют внутренние фигуры: внутренний ребенок, внутренняя мама, внутренний герой. Эти фигуры встраиваются в психику ребенка из опыта общения с окружающими. Например, у ребенка есть мама, обычный живой человек, со своим характером. Взаимодействуя с ней, ребенок начинает понимать, кто такая мама вообще, как она с ним обходится. Этот опыт вселяется внутрь и формирует отношение ребенка к самому себе: как мама ко мне, так и я к себе. Этот опыт потом работает и по отношению к собственным детям и к собственной семье.

Песочная терапия — это песочница, вода и наборы миниатюрных фигурок, которые подбирает психолог. Исходя из своего внутреннего состояния, ребенок расставляет фигурки и разворачивает какую-то историю. Такая форма работы дает огромное количество вариантов для отражения бессознательных процессов. Песочница имеет границы, внутри она голубая, будто вода, а стенки — желтые. Песок — как земля. В нем можно что-то раскопать или, наоборот, зарыть.

Одну и ту же фигурку разные люди могут наделять разными характерами. Ребенок может, к примеру, выбрать фигурку волчицы и сказать, что она похожа на маму, потому что мама такая же зубастая, серая, вечно голодная. Это значит, что он чувствует от нее агрессию. А другой ребенок скажет, что мама — волчица, потому что она очень многим помогает, защищает, старается всех накормить.

СКАЗКОТЕРАПИЯ

А что если придумать сказку в соответствии с запросом ребенка? Например, его в школе обижают одноклассники. Он приходит к психологу с массой чувств — боли, ненависти, смятения, страха, что он не такой, неправильный. Психолог может предложить ему придумать сказку про чувства: «Вот, в некотором царстве, в некотором государстве жила-была твоя Обида. Обижалась она на то и на то…». В процессе придумывания ребенок может сам найти выход из травмирующей ситуации: «Долго шла Обида по лесу и вдруг — встретила принцессу. А принцесса ей и говорит…» — здесь ребенок может сам предложить те слова, в которых нуждается, которые ему необходимо услышать от учителей или от родителей. Бывает так, что ребенок теряется и не может ничего сказать, никакого выхода он не видит. Скорее всего, он живет в постоянно критикующей среде, где ему не дают никакой поддержки. Тогда психолог берет на себя ресурсную роль и находит те слова, что выведут ребенка из тупика. «Слушай, ты отличный парень, у тебя всё получится!» Дети, которые слышат эти слова впервые, очень удивляются. Но потом у них появляется надежда: «Если эта тетенька сказала, что я справлюсь, может, я и вправду справлюсь?» Такой созидательный опыт останется с ребенком на всю жизнь.

Сказкотерапия — не обязательно только слова. Истории можно рисовать, проигрывать на игрушках и в группе. Очень хорошей диагностикой может служить этот метод при работе с детским коллективом: когда дети по кругу придумывают сказку, становится видно, чем данная группа живет, кто агрессор, кто боится.

АРТ-ТЕРАПИЯ

Множество методов основано на изобразительном творчестве. Ребенок может лепить, рисовать, раскрашивать в самых разных техниках, используя самые разные материалы. Цвета, формы, сюжеты, которые выбирают дети в процессе творчества, очень многое сообщают психологу о том, что происходит у них в душе. Детям бывает сложно рассказать о себе, о своих проблемах: не хватает слов, не хватает понимания. Через контакт с различными материалами они учатся преодолевать проблемы в общении и в выражении эмоций. Кроме удовольствия от процесса дети получают ещё и результат, который придает силы много времени спустя.

ПСИХОДРАМА

Трудные моменты, которые переживает ребенок, можно проиграть в театрализованном представлении. Терапия может быть групповой, тогда значимые для клиента роли распределяются между людьми, или индивидуальной — монодрамой. Тогда ребенок наделяет ролями игрушки. Психолог может помогать ему в выборе: «А какая у тебя мама? А почему ты выбрал ее в виде дракона? А папа у тебя какой? Он и вправду такой хомячок?» Расстановка позволяет ребенку многое проговорить, взглянуть на ситуацию со стороны и понять, что происходит. «А твоей фигурке где приятнее находиться — с мамой или с папой?» — Ребенок берет фигурку и передвигает поближе к хомячку. Здесь в игре, в условиях безопасности, у него есть возможность выбирать свое место. Общаясь с родителями во время обратной связи, психолог может сказать, что ребенку не хватает поддержки отца.

С помощью ленточек, шарфиков и других простых материалов в психодраме можно выстраивать пространство игры: вот голубой шарфик — это речка; а эта веточка — волшебная палочка. Чем богаче воображение ребенка, тем быстрее он включается в игру.

У детей очень многое существует на символическом уровне, ребенок никогда не скажет: моя проблема в том, что я… Он будет придумывать героев, каких-то замещающих персонажей: «Я хочу поиграть в фокусника! Я буду самым лучшим фокусником, а ты будешь сидеть и мною восхищаться», — тут психолог может заподозрить, что ребенку не хватает внимания со стороны взрослого. Психолог эту игру направляет, делает ее живой. Он задает вопросы: «А как фокусник выглядит? Где он выступает?». С помощью подручных материалов можно одеть фокусника в мантию, сделать сцену и посадить зрителей — плюшевые игрушки и психолога. У детей, особенно дошкольников, грань между реальностью и миром игры почти стертая. Игра становится не только методом диагностики, но и терапией.

НЕДИРЕКТИВНАЯ ИГРОВАЯ ТЕРАПИЯ

Она основана на идее Карла Рэнсома Роджерса о том, что в каждом человеке заложено естественное стремление к развитию и реализации своего потенциала. Главное, чтобы не мешал окружающий мир. Если среда будет принимать человека и открыто взаимодействовать с ним, его личность достигнет оптимального развития. А так как ребенок раскрывается, формируется, приобретает жизненный опыт в игре, то главное — не мешать ему в этом процессе. Ребенка приводят в специально оборудованную игровую комнату, в которой есть определенный набор игрушек: куклы на руки, песочница, кукольный домик с семьей, пистолеты, набор посуды. Психолог, не вмешиваясь в процесс самой игры, отражает и иногда комментирует действия ребенка. Например, ребенок колотит куклу — психолог может сказать: «Ты, наверное, злишься». Или предложить свое видение: «Ты, наверное, это сделал, потому что…» Терапевт становится, с одной стороны, «идеальным родителем», который не вторгается во внутренний мир ребенка, помогает ему принять самого себя, повысить самооценку. С другой стороны, он становится партнером по игре. Терапевт не управляет происходящим, но следует за ребенком, создавая для него опыт сотрудничества и принятия на себя ответственности.

Когда нет жестких границ, ребенок начинает пробовать то, чего не пробовал раньше; не чувствуя осуждения, критики со стороны взрослого, он становится смелее, начинает большедоверять себе, получает возможность в игре справиться со своими сложностями.

записала Дарья Завьялова



Другие статьи из рубрики "Острый угол"

система комментирования CACKLE