Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Жизнь на пороге

Желая себе и близким жить до ста лет, как мы представляем глубокую старость? Обычно рисуем идиллический образ убеленной сединами пары в окружении заботливых детей и внуков. На деле же и самих «мафусаилов», и их родных нередко подстерегает большое количество проблем. Помогают в их решении гериатрические центры. Один из них работает в приходе собора Архистратига Божия Михаила в поселке Токсово. 
Раздел: Служение
Жизнь на пороге
Журнал: № 1 (январь) 2016Автор: Елена МиловидоваФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 18 января 2016

КАК ПОПАДАЮТ В ЦЕНТР

— Однажды к нам попал дедушка, который первые три дня разговаривал постоянно, не умолкая, даже во время еды. Приходилось стоять рядом с ним в столовой и следить, чтобы он поел. Дома он всё время сидел один. Приходил сын с работы, уделял ему минут двадцать, а дальше занимался своими делами. Отец испытывал острое одиночество. Именно таким людям нужна наша помощь, — рассказывает Ольга Кудрина, директор Гериатрического медико-социального центра имени императрицы Марии Федоровны (принцессы Дагмар), возникшего при приходе собора Архистратига Божия Михаила.

Настоятель собора протоиерей Лев Нерода еще на стадии строительства храма задумался о серьезной социальной работе. При поддержке благотворителей на большой территории прихода было решено построить два корпуса для оказания в них качественной помощи старикам и детям. В здании, которое построили первым, появился современный гериатрический центр. Во втором, строящемся сегодня, вероятно, разместится детский хоспис.

В центре проживают около семидесяти пациентов преклонного возраста, большинство — женщины. Всем им далеко за восемьдесят, самой старшей — 95 лет. Все нуждаются в серьезном, часто круглосуточном санитарном и медицинском уходе, который их родные в силу занятости или по иным причинам обеспечить не могут. Как не могут и спасти от одиночества, настигающего многих престарелых людей на пороге жизни.

Прежде чем определить близкого человека в гериатрический центр, большинство родных объезжают множество подобных учреждений, убеждаются в качестве ухода и заботы, но всё равно идут на этот шаг со слезами. Во-первых, почтительное отношение к патриархам семьи, выходящее из христианской заповеди «Почитай отца твоего и мать», к счастью, еще окончательно не утрачено. Во-вторых, в советское время было немало более чем неприглядных по условиям содержания домов престарелых. Тогда-то и сложился — и до сих пор жив — стереотип, что «сдать» родителя в казенное учреждение — значит избавиться от него и обречь на мучительное угасание.

Справка

Гериатрия — наука о профилактике и лечении болезней старческого возраста. Часть общей дисциплины о старости — геронтологии, возникшей чуть больше века назад. В ее развитие внесли значительный вклад отечественные ученые И. И. Мечников, С. П. Боткин, А. А. Богомолец, И. И. Павлов и другие, но наиболее полно научные достижения гериатрии и геронтологии использовались за рубежом. В России первые гериатрические кабинеты появились только с началом перестройки.

ПО СЛОВУ НАУКИ

Гериатрический центр — не просто современное название взамен привычного «дом престарелых». В Токсовском учреждении службу ухода за пациентами возглавляет Галина Михайловна Подопригора — ученица первого главного гериатра Петербурга и основательницы первого в России Городского гериатрического центра на Фонтанке Эллы Пушковой. В 1990-х Элла Соломоновна адаптировала прогрессивный опыт Швеции и Америки к нашим российским условиям. Сегодня ее ученица на базе центра в Токсово продолжает поиск идеальной модели учреждения для престарелых людей.

— Наша задача — повысить качество жизни пациентов, которые не могут себя обслуживать, — рассказывает Галина Михайловна. — У нас профессиональный, специально обученный персонал, имеющий большой опыт ухода за пожилыми людьми с такими заболеваниями, как слепота, глухота, болезнь Альцгеймера, переломы шейки бедра, постинсультные состояния. Мы специализируемся на дементных (страдающих старческим слабоумием) больных, которыми мало кто занимается. Ищем новые подходы. Например, у нас недавно появился орга`н, и мы планируем использовать его в работе с такими пациентами. А сейчас сын одной из подопечных — преподаватель музыки — по нашей просьбе, когда приезжает, играет на пианино во время обеда. Ежемесячно мы взвешиваем наших подопечных. Следить за весом пациентов нужно не ради любопытства. Многие из них, как малые дети, не могут точно объяснить, что с ними происходит. Потеря веса — это сигнал о прогрессировании заболеваний.

Грамотный медицинский уход может творить чудеса. А как иначе можно назвать случай (далеко не единичный), когда пациентка, пролежав год после инсульта, через полгода реабилитации в центре вновь пошла с тростью? Подопечных со стойким улучшением состояния по настоянию родственников могут даже выписать домой.

ИМЯ ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ ФЕДОРОВНЫ ЦЕНТРУ ДОСТАЛОСЬ НЕПРОСТО. ВОПРОС О ЕГО ПРИСВОЕНИИ РЕШАЛСЯ ЧЕРЕЗ КОНСУЛЬСТВО ДАНИИ. И ТОЛЬКО КОГДА БЫЛО ПОЛУЧЕНО РАЗРЕШЕНИЕ КОРОЛЕВСКОЙ СЕМЬИ ДАНИИ, МИТРОПОЛИТ ВЛАДИМИР ОБРАТИЛСЯ К ПАТРИАРХУ КИРИЛЛУ. ЕГО УКАЗ О ПРИСВОЕНИИ ЦЕНТРУ ИМЕНИ ИМПЕРАТРИЦЫ МАРИИ ФЕДОРОВНЫ ВИСИТ В ХОЛЛЕ И ВСТРЕЧАЕТ КАЖДОГО ИЗ ПОСЕТИТЕЛЕЙ.

МАКСИМУМ КОМФОРТА

Центр занимает добротное трехэтажное здание общей площадью в 3,5 тысячи квадратных метров. Здесь есть собственная газовая котельная, автономный дизель-генератор, помимо центрального водопровода имеется своя скважина. Хорошая система вентиляции и тщательная обработка воздуха в помещениях позволяют избавиться от специфического запаха, который может сопровождать такие учреждения. За чистотой воздуха особенно придирчиво следят во время эпидемий, потому что у людей, которые оказываются в подобных домах и центрах, практически отсутствует иммунитет.

Ольга Викторовна проводит для нас небольшую экскурсию. На первом этаже — лежачие пациенты и колясочники. Здесь оборудованы специальные санузлы: низкие раковины с поручнями, трапы в полу, чтобы мыться под душем в специальном кресле. Лежачих подопечных стараются как можно чаще именно мыть, а не обтирать.

— Для таких пациентов у нас есть функциональные кровати с поднимающимся изголовьем, 5–6 раз в день мы их обязательно усаживаем, чтобы легкие лучше дышали, — рассказывает Ольга Кудрина. — Все, кто может передвигаться, трижды в день ходят в столовую, в хорошую погоду много гуляют. Сейчас мы благоустраиваем еще одну зону отдыха на территории прихода. Нам было бы проще разнести еду по комнатам, но людей нужно шевелить. Именно поэтому мы не ставим в каждой комнате телевизор, а предлагаем приходить посмотреть его в комнату отдыха.

Трижды в день пациенты центра, способные передвигаться, посещают столовую
Трижды в день пациенты центра, способные передвигаться, посещают столовую


РОДСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ

Адаптационный период в центре обычно длится две-три недели. За это время персонал узнает пациента и старается вписать его привычки в установленный режим (он для ослабленных стариков так же важен, как и для детей). Например, здесь до завтрака и на ночь обязательно предложат чашку чая с печеньем, а кулинарные предпочтения учтут при составлении меню.

Десятка полтора человек, проживающих на первом этаже, мы застаем в комнате отдыха. Практически все — на колясках. На большом экране сейчас показывают мультфильмы. Кто-то заинтересованно следит за сюжетом, кто-то смотрит на экран невидящим взглядом, вероятно, блуждая разумом по страницам прожитой жизни. Общение между зрителями минимально, но оно позволяет каждому из них не чувствовать себя выкинутым из социума. Персонал подходит ко всем по очереди и предлагает подстричься. Сегодня в центр приехал парикмахер, в коридоре уже выстроились одна за другой несколько инвалидных колясок.

— Не буду ничего!! — взрывает тихий гул комнаты возглас одной из пациенток, которой тоже предложили сделать прическу.

— Хорошо-хорошо, — как ребенка, сестра гладит пожилую женщину по голове и моментально гасит недовольство.

Работать здесь пытаются многие, но остаются далеко не все. Кто-то не в силах поменять памперс из брезгливости, кто-то, видя старческую немощь, пускается в слезы. Зато персонал центра, и это очень хорошо ощущается, един по духу. Общение с подопечными здесь куда более тесное и теплое, чем в больнице. Кажется, что и вне дома люди ищут родственные привязанности.

Комната отдыха — излюбленное место для общения и занятий по душе
Комната отдыха — излюбленное место для общения и занятий по душе


КОМНАТА 317

После обеда не все ложатся отдыхать, несколько человек сидят в коридоре и рассказывают друг другу о своей жизни. Если настоящее старики воспринимают тускло, плохо ориентируются в окружающей жизни, то прошлое они видят в красках. Эти истории просятся на бумагу, ведь в них — практически ушедшая уже эпоха. Очень хочется их записать.

Постоялица комнаты 317 так и сделала. Валентина Михайловна Шуршикова еще до недавнего переезда в центр начала записывать свои воспоминания, в которых есть и блокада, и война, и наполненная, как пишет автор, «честными мыслями и честными поступками» молодость, долгая трудовая жизнь. Уже вышли две брошюры Валентины Михайловны под названием «Ангел меня хранит» (рассказы из них удостоены приза литературного конкурса «Моя Победа»). Третья книжка — в печати, а четвертую Валентина Михайловна каждый день допоздна пишет уже здесь, в центре. Радушная, активная и благодарная за внимание, она приглашает нас в гости. В ее светлой и уютной комнатке (в центре одно- и двухместное проживание) на столе — иконка святой Ксении Петербургской, за шкафом — палки для скандинавской ходьбы, на кровати — книга стихов ушедшего мужа и веер рукописных листов.

— Моей мечтой всегда была журналистика и литература, в свое время я даже закончила при Доме журналистики двухгодичное обучение, — признается писательница. — Но не вышло, всю жизнь проработала в связи, и уж теперь, под занавес, меня уговорили писать. Дописываю свои размышления о жизни.

ИЗ ЗАПИСОК ПАЦИЕНТКИ ЦЕНТРА ВАЛЕНТИНЫ МИХАЙЛОВНЫ ШУРШИКОВОЙ:

«Абсолютное потрясение, что находится медицинский центр в одной ограде с храмом. Даже если нет физической возможности быть на службе, влияние церкви здесь хорошо ощущается. По крайней мере, каждый может слышать звон колоколов, а соседство с церковными сооружениями подтягивает всех: и сотрудников, и пациентов…»



«Первые дни у меня было шоковое состояние. Таких, как я, на ногах, человек десять, а все остальные в колясках, с ходунками и другими поддерживающими предметами. Видеть такое большое количество по-настоящему старых больных людей никогда не приходилось. Я среди них себя чувствую здоровым человеком, а мне 88 лет, у меня множество хронических заболеваний, несколько полостных и других операций, микроинсульт, я плохо вижу…»

САМЫЕ ВАЖНЫЕ ВСТРЕЧИ

До революции богадельни существовали практически при каждом храме или монастыре. Сегодня к приходской «прописке» центра окружающие относятся по-разному. Для большинства это вроде знака качества: значит, ухаживать за стариками будут на совесть. Но находятся и опасающиеся, что пациентов будут «массово» воцерковлять.

Духовное окормление, действительно, играет здесь большую роль. Четыре-пять раз в неделю протодиакон Петр Мужук проводит беседы с насельниками. Участие в беседах — сугубо добровольное. Лишь единицы отказываются от этихвстреч, предпочитая в это время заниматься с трудинструктором, рисовать или мастерить поделки. Но и те, кто посещает духовные беседы, представляют сложный контингент.

— У нас очень много людей, которые с верой и Церковью в течение всей своей большой жизни никогда не сталкивались, а некоторые находились с ней в антагонистическом отношении, — делится отец Петр. — Но Господь на закате их днейсудил так, чтобы они попали в гериатрический центр, который находится на территории храма. Мы проводим беседы о вере, о правильном понимании религии. Наша задача — попытаться изменить их взгляд на жизнь. Это бывает очень сложно. Но в конце жизни даже убежденные атеисты советского поколения настроены уже не так воинственно, потому что испытывают болезни, скорби. И когда им предлагаешь духовное окормление, они и принимают Таинства Крещения, Исповеди, Причастия и Соборования. Не настаивая, но убеждая. И человек приходит к этому по своей воле.

Выдержать службу в храме пациенты уже не могут, поэтому для них организована прямая трансляция воскресных и праздничных богослужений. В соборе установили камеры, изображение в прямом эфире передается на экраны телевизоров в комнатах отдыха. В центре есть часовня святителя Игнатия Богоносца на четвертом этаже. Подопечных центра по очереди окормляют три священника прихода: настоятель протоиерей Лев Нерода, иереи Александр Полянский и Владимир Фёдоров.

— Это огромный плюс, что гериатрический центр находится при храме, — делится мнением Галина Подопригора. — У нас много пациентов, которым очень тяжело. Ушла из жизни их половинка. Они пребывают в плохом настроении, не хотят есть, жить. И мы просим батюшку, чтобы он побеседовал. Людям становится легче.

Что со мной будет после смерти? Встречу ли я своих близких? Вот вопросы, которые чаще всего задают старики. Глухими к Истине на пороге жизни остаются очень немногие. Директор центра рассказала нам потрясший всех случай, когдаодин из пациентов принял Святое Крещение за два часа до смерти. Это значит, что для него старость стала самым плодотворным временем жизни.

Другие статьи из рубрики "Служение"

система комментирования CACKLE