Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Ощущение правды

Что движет театральным режиссером, когда он берется ставить спектакль на духовную тему? Религия оказывается для него всего лишь феноменом культуры, «интеллектуальной глиной», из которой он лепит свой шедевр, или он сам изменяется под воздействием того материала, с которым работает? Мы беседуем с главным режиссером Большого театра кукол Русланом Кудашовым.
Раздел: Интервью
Ощущение правды
Руслан Кудашов
Журнал: № 11 (ноябрь) 2015Страницы: 10-13 Автор: Татьяна КириллинаФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 25 ноября 2015


Внутренняя потребность

— Руслан, когда у вас появились замыслы спектаклей по книгам Нового Завета? Кто-нибудь отговаривал вас — или, наоборот, были сторонники?

— Нет, меня не отговаривали, и сторонников тоже не было. Был момент, когда я был на грани смерти; когда оказалось, что жить я дальше буду, возникло внутреннее желание поставить эти спектакли. Оно было очень четкое и в то же время тонкое. Может быть, косвенным поводом послужило то, что я слушал в аудио-варианте книгу Питера Крифта «Три толкования жизни» (Питер Крифт — английский богослов, католик; в книге «Три толкования жизни» он разбирает три жизненные философии на примере трех книг Ветхого Завета. — Прим. ред.), но это было до личного кризиса, а после кризиса возникло четкое убеждение, что нужно сделать эти три вещи. Я что-то увидел — и дальше жизнь продолжилась. Это была исключительно внутренняя потребность.

РУСЛАН КУДАШОВ

РОДИЛСЯ 5 МАРТА 1972 г. В 1999 г. ОКОНЧИЛ СПбГАТИ ПО СПЕЦИАЛЬНОСТИ «АКТЕР ТЕАТРА КУКОЛ» (КУРС ИГОРЯ ЗАЙКИНА), В 2001 г. — ПО СПЕЦИАЛЬНОСТИ «РЕЖИССЕР» (КУРС ГРИГОРИЯ КОЗЛОВА). ОСНОВАТЕЛЬ КУКОЛЬНОГО ТЕАТРА «ПОТУДАНЬ» (2000). С 2006 г. — ГЛАВНЫЙ РЕЖИССЕР БОЛЬШОГО ТЕАТРА КУКОЛ. ЛАУРЕАТ ВЫСШЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ТЕАТРАЛЬНОЙ ПРЕМИИ «ЗОЛОТАЯ МАСКА», ВЫСШЕЙ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ТЕАТРАЛЬНОЙ ПРЕМИИ «ЗОЛОТОЙ СОФИТ», ВЫСШЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ПРЕМИИ В ОБЛАСТИ ТЕАТРАЛЬНОГО ИСКУССТВА ДЛЯ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ «АРЛЕКИН» И МНОГИХ ДРУГИХ. СРЕДИ РАБОТ РЕЖИССЕРА — КУКОЛЬНЫЕ, ДРАМАТИЧЕСКИЕ, ПАНТОМИМИЧЕСКИЕ, ПЛАСТИЧЕСКИЕ СПЕКТАКЛИ, И ТЕ, ЧТО СОЧЕТАЮТ В СЕБЕ РАЗНЫЕ ВИДЫ СЦЕНИЧЕСКОГО ИСКУССТВА. РУСЛАН КУДАШОВ НЕ ПОБОЯЛСЯ ВОПЛОТИТЬ НА СЦЕНЕ ВЕТХОЗАВЕТНЫЕ ТЕКСТЫ — В СПЕКТАКЛЯХ «ЕККЛЕСИАСТ», «ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ», «КНИГА ИОВА». ОН СТАВИТ СПЕКТАКЛИ С АКТЕРАМИ САМЫХ РАЗНЫХ ТЕАТРОВ, ДРАМАТИЧЕСКИХ И КУКОЛЬНЫХ, В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ, НО РАБОТАЕТ И СО СТУДЕНТАМИ СВОЕЙ МАСТЕРСКОЙ. МАСТЕРСКАЯ КУДАШОВА — МОЛОДАЯ ТРУППА БТК, СФОРМИРОВАВШАЯСЯ ИЗ ВЫПУСКНИКОВ КУРСА (2006–2011), НАБРАННОГО ПРИ ТЕАТРЕ В СОТРУДНИЧЕСТВЕ С ФАКУЛЬТЕТОМ ТЕАТРА КУКОЛ СПбГАТИ. ЗА ВРЕМЯ ОБУЧЕНИЯ В МАСТЕРСКОЙ СТУДЕНТАМИ БЫЛО ПОСТАВЛЕНО ДВЕНАДЦАТЬ РАЗНОПЛАНОВЫХ СПЕКТАКЛЕЙ, КОТОРЫЕ ВОШЛИ В ТЕАТРАЛЬНЫЙ РЕПЕРТУАР.

— Режиссер и актер должен правдиво и глубоко передавать человеческие страсти, а задача христианина — бороться с ними; есть ли тут противоречие?

— Порой неприятно смотреть на себя в зеркало, тем более, если оно кривое. Но, может, это шанс заметить и в своем глазу бревно. Борьба со страстями начинается с обнаружения их в себе, а не в другом. Если актер называет страсти и не поддается искушению претворить их в жизнь, то помогает себе и другим. Таких случаев немного, но они всё же есть.

 

— В конце XIX — начале ХХ века выдающиеся режиссеры пытались так или иначе «оправдать» для себя театр, потому что бытовало мнение, что театр — фальшивый мир, в нем всё основано на притворстве. Актуально ли это, на ваш взгляд, для современного театра? Важно ли для вас лично?

— Мне кажется, пока существует театр, это всегда будет важно. Это хроническая болезнь, и она присуща, возможно, театру в большей мере, но, думаю, и любому виду искусства. Потерять ощущение правды — это всегда актуально, всегда есть такая опасность. Если ты исповедуешь художество как избранный путь, совесть тебе не дает успокоиться и «заснуть». Но если хоть на минуту начнешь относиться к себе как к крепкому профессионалу, а к театру — как к замечательному месту работы, приносящему удовольствие, — вроде небольшая погрешность, но если это себе позволишь, то и сам не заметишь, как начнешь немножко подвирать. Мы постоянно говорим об этом с актерами: всегда неприятно находить в себе такие вещи, но их надо искать, потому что профессия требует ежедневного сдирания кожи, и ничего с этим не поделаешь. Не надо надеяться, что сможешь комфортно устроиться.


«Глупые» вопросы

— В спектакле «Маленькие трагедии», который вы поставили на сцене Театра юных зрителей, есть элементы шоу. Рассматриваете ли вы культуру шоу как угрозу культуре театра?

— В спектакле шоу появилось неожиданно для меня самого. Я думал, как обыграть «арену», которая явно прочитывается в архитектуре сцены ТЮЗа, поэтому там появился такой прием. Наверное, угрожает… но не сам факт шоу, а то, что шоу уделяется больше внимания, больше средств, на нем легче заработать деньги. И без внимания остаются те, кто хочет говорить о чем-то серьезном, о проблемах, разъедающих общество. Но главное в спектакле совсем иное. Вы заметили, что в каждый пьесе кто-то умирает? В «Пире во время чумы» герои находятся на грани смерти, поэтому она и является доминантой.

 

— Режиссер чувствует себя творцом вселенной?

— Не всегда. Даже наоборот: часто работа, если ты в нее влезаешь с головой, сама начинает тебе диктовать, ты не всегда такой замечательный демиург. «Песнь Песней» сочинялась этюдным способом, поэтому многое диктовала и ребятам, и мне. А потом это всё нужно было спаять в целое, чтобы донести до зрителя. Всегда прекрасно, когда работа чуть больше получается, чем ты сам об этом думаешь.

 

— «Песнь песней» — попытка показать любовь. А насколько в наши дни, когда театр стал меньше заниматься внутренним миром человека и больше — внешней зрелищностью, востребован разговор о любви?

— Вспоминаю, как Сергея Курёхина как-то спросили: «О чем ваша музыка?», и он ответил: «Вообще-то, это очень глупый вопрос, но считайте, что о любви». На самом деле все об этом пытаются говорить, только по-разному. Сегодня вспомнил строчки из Послания к Коринфянам, что даже если ты тело свое отдашь на сожжение, а любви не имеешь, то нет тебе в том никакой пользы (1 Кор. 13, 3). Мы можем заниматься чем угодно, но если нет любви, нет никакой пользы для нас. Жизнь высыхает, и ничего не остается.

  


Актеры, будьте как дети

— Вы работаете со студентами. Собираетесь ли набирать новый курс? Неужели в БТК не хватает актеров?

— Новый курс набирать надо, но я пока не совсем готов. Не хватает не столько актеров, сколько режиссеров — курс мы планируем набрать режиссерско-актерский. И потом, театру всегда нужна молодая кровь. В театре «Мастерская» моего учителя Григория Козлова постоянно происходит какое-то движение, и в МДТ тоже живут по этому принципу. Это для театра нормально. У тех ребят, которые сейчас выпустились, было время адаптироваться в театре и в жизни. Можно попробовать дать жизнь и другому поколению.

 

— Театр кукол, а не драматический, — это был для вас принципиальный выбор?

— Я вообще случайно попал в театр, честно говоря. Меня в драму никогда не тянуло, мне нравилось рисовать, читать русскую литературу. Видимо, мышление через рисунок, через изображение и привело меня в театр кукол. Но мне кажется, что для режиссера важнее собственная тема, которую нужно досказать, донести. Это самое главное. Если нечего сказать, никакие способности не помогут. И для актера это важно, но, к сожалению, не так уж часто встречается.

 

— Но в актере, наверное, можно это развить, воспитать?

— Не знаю. Вот, Иосиф Бродский сказал про поэзию на суде: «Мне кажется, что это от Бога». Есть какие-то вещи, которые в глубине личности формируются; можно только поспособствовать тому, чтобы это как-то развивалось.

 

— Но театральное образование что-то высвобождает в человеке?

— Я недавно с ребятами на эту тему говорил. Вспомнил тот момент, когда понял, что у меня что-то стало получаться, — это был момент осознания, что могу опираться только на самого себя. Когда понимаешь себя, слышишь себя, что-то начинает происходить. Я помню ощущение потери себя на первом курсе Театральной академии. И помню момент, когда произошла встреча с самим собой. И это я тоже пытаюсь до них донести.

 

— Давайте вернемся к «Книге Иова». Повлияло ли участие в этой работе на актеров — ваших студентов?

— Думаю, влияет до сих пор. Я бы не сказал, что сразу появились какие-то видимые результаты, кто-то взял и резко изменился… это постоянная работа, работа долгих лет. Мы и беседовали достаточно продолжительно, и искали. Если взять «Песнь песней», ребята приносили много этюдов, размышляли — не всегда словами, пластически тоже. Что касается «Иова», нам приходилось вместе много читать, что-то расшифровывать… потому что там больше непонятного, чем понятного. То, что эта работа велась, уже неплохо.

 

— Считаете ли вы студентов своими соавторами?

— Конечно. Мы по ходу обучения вместе искали язык, на котором всё это можно воплотить. Это не просто драматический театр, да и кукольным театром он может быть назван весьма относительно, поскольку современный театр кукол ищет новые пути, новый язык. Процесс поиска языка редко где встретишь. Нам повезло — драматические актеры меньше этим заняты, а мы имеем дело и с предметным, и с образным миром. Это наше поле исследования — и мифологические тексты ближе такому театру, чем современная драма или, скажем, документальная проза. Мы уже понимали нюансы этого языка, куда мы можем двинуться, но все три работы сделаны по-разному.

 

— Актеры всегда должны оставаться детьми. Это имеет какое-то отношение к евангельским словам «будьте как дети»?

— Все актеры очень разные: кому-то интеллект помогает, кому-то мешает, а у кого-то природа «умная» — он всё делает чутьем, как собака. Однозначно сказать нельзя. Всегда хорошо начинать новую работу с «чистого листа», но мало кому это удается по-настоящему: мешает «опыт», «профессионализм», цинизм. Но действительно большие актеры — как дети, и только это дает им возможность выражать глубину боли и радости.

Другие статьи из рубрики "Интервью"

система комментирования CACKLE
3 декабря, суббота
rss

№ 11 (ноябрь) 2015

Обложка

Статьи номера

ПОДРОБНО
/ Интервью / Ощущение правды
/ Крупный план / Большие вопросы маленького театра
/ Крупный план / День радио митрополии (Часть 3)
/ Крупный план / День радио митрополии (Часть 1)
/ Via Historica / Дома для Мельпомены
ПРОПОВЕДЬ
Деятельная любовь
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Имена / Духовная сцена в ожидании зрителя
/ Имена / Иконописец-авангардист
/ Имена / Из Ленинграда в Санкт-Петербург
/ Имена / Слово петербургского пастыря
/ Умный разговор / Грозный, но не святой царь
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
/ Приход / Приход под крылом ЮНЕСКО (Часть 2)
/ Приход / Приход под крылом ЮНЕСКО (Часть 1)
/ Подари журнал / Подари журнал... кому?
/ Проект / Я бы на журфак пошел... пусть меня научат
ИНФОРМАЦИЯ ОТ НАШИХ ПАРТНЕРОВ
«Жизнь человека – это самое дорогое, самое ценное и самое святое»
ЧТО ЧИТАТЬ, СЛУШАТЬ, СМОТРЕТЬ
Младшая сестра блаженной Ксении
Музыка в ноябре
Выставки в ноябре