Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Музыка в феврале

В феврале на концертных площадках Санкт-Петербурга можно будет услышать редко исполняемые кантаты Танеева и Гайдна, «Демественную литургию» Гречанинова и всеми любимую музыку Свиридова к кинофильму «Метель».
Журнал: № 2 (февраль) 2015Страницы: 48-49 Автор: Екатерина Юсупова Опубликовано: 2 февраля 2015

08.02 в 19:00

В Смольном соборе Камерный хор Смольного собора и Санкт-­Петербургский государственный симфонический оркестр «Классика» исполняют кантату «Иоанн Дамаскин» Сергея Танеева. Несмотря на название, музыка кантаты не имеет прямого отношения к богослову и гимнографу древности. Поводом к созданию произведения стала кончина пианиста и композитора Николая Рубинштейна. Желая почтить память великого музыканта, П. И. Чайковский написал трио «Памяти великого художника», а С. И. Танеев — кантату на слова Алексея Толстого. Из поэмы Толстого «Иоанн Дамаскин» композитор выбрал строфу «Иду в незнаемый я путь…», которая является свободным переложением тропаря, сложенного Дамаскиным в память умершего монаха.

Если романтик Чайковский отозвался на кончину Николая Рубинштейна взволнованно-скорбной элегией, то музыкант-ученый Танеев написал полифоническое произведение в кантатно-ораториальном стиле. Просветленно-строгая, полная глубокой скорби музыка кантаты больше напоминает католический реквием, нежели православную панихиду. От панихиды здесь — только напев «Со святыми упокой», искусно обработанный мастером и инкрустированный в полифоническую ткань. Кантата имела большой успех, а критики, до того упрекавшие молодого музыканта в сухости и заумности, теперь начали сравнивать его с Бахом.



18.02 в 19:00

В Капелле, в исполнении хора и симфонического оркестра Капеллы прозвучит «Демест­венная литургия» Александ­ра Гречанинова. Музыка ее звучит торжественно и даже экстатично с самого начала, без всякого подхода к кульминации. Особую мощь придает ей звучание органа, который сопровождает пение хора. Но в этой торжественности скрыта тревога — как будто огромный колокол зазвенел во всю мощь и не может остановиться. Литургия создавалась в октябре 1917 года в Москве, когда композитор остался один в своем доме, в тяжелых условиях и постоянной опасности.

«Демество» — это название одного из древнерусских церковных распевов, однако демественные мелодии в этой литургии не звучат. В музыкальной науке XIX века было принято считать, что демественное пение звучало не в церкви, а дома, поэтому и слово «демественное» понималось как «домашнее», «нецерковное». Сам Гречанинов предназначил свою литургию для концертного исполнения, однако мечтал о том, чтобы она звучала и в храме.

21.02 в 19:00

В Смольном соборе Симфонический оркестр Санкт-Петербурга исполнит иллюстрации Свиридова к повести «Метель», которые изначально создавались для кинофильма Владимира Басова. Это определило характер музыки, которая находится на грани серьезного и легкого искусства — она абсолютно кинематографична и в то же время предельно серьезна. Что интересно, в музыке Свиридова совсем нет иронии, которая присутствует и у А. С. Пушкина, и в фильме В. Басова, зато есть свежесть и трогательная чистота.

Из современных Свиридову композиторов, пожалуй, никто не смог бы написать на этот сюжет так сильно, искренно и просто.

28.02 в 19:00

В Капелле в исполнении хора и симфонического оркестра Капеллы можно будет услышать ораторию Йозефа Гайдна «Сотворение мира» по поэме Джона Мильтона «Потерянный рай». Венский исследователь творчества Гайдна Леопольд Новак назвал ораторию «живописной книгой в картинках для взрослых и детей», но это совсем не так. Достаточно вслушаться во вступление к оратории, рисующее становление мира из хаоса: эта музыка глубока, таинственна — и даже как будто из другой, менее наивной эпохи. Местами она до дрожи напоминает вступление к «Тристану и Изольде» Рихарда Вагнера. Эти переклички неслучайны — если у Вагнера таинственные тянущиеся гармонии предвещали неотвратимость смерти (потому так сильно эта музыка прозвучала в триеровской «Меланхолии»), то у Гайдна они рисуют самое начало, преддверие жизни. Увы, начиная со второго номера, всякая таинственность испаряется: Гайдн не был бы Гайдном, если бы, отбросив всякую мистику, не погрузился в простодушное описание сцен райской жизни. Однако и эта музыка не совсем земная — ее чистота кристальна, и трудно поверить, что дело обошлось без помощи небесных сфер.

Государственная академическая Капелла Санкт-Петербурга
Государственная академическая Капелла Санкт-Петербурга

Другие статьи из рубрики "ЧТО ЧИТАТЬ, СЛУШАТЬ, СМОТРЕТЬ"

система комментирования CACKLE
10 декабря, суббота
rss

№ 2 (февраль) 2015

Обложка