Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Новый дом библиотеки

Продолжая серию публикаций о РНБ в честь ее юбилейного года (200 лет; см. «ВЖ» № 1, 2014), «Вода живая» выяснила, как ленинградским зодчим 1980‑х удалось повторить успех Росси.
Журнал: № 3 (март) 2014Автор: Владимир ИвановФотограф: Антон Ваганов Опубликовано: 18 марта 2014
Кто в Петербурге не знает, где находится Публичная библиотека? На площади Островского, в здании, которое построил Карл Росси, — уверенно скажут пожилые петербуржцы. На Московском проспекте — будет уверять молодежь. Здесь нет противоречия: за пятнадцать лет работы новое здание у метро «Парк Победы» стало ассоциироваться с Российской национальной (Публичной) библиотекой столь же прочно, что и комплекс исторических зданий в центре. Продолжая серию публикаций о РНБ в честь ее юбилейного года (200 лет; см. «ВЖ» № 1, 2014), «Вода живая» выяснила, как ленинградским зодчим 1980‑х удалось повторить успех Росси.

На пятачке между Невским и Садовой

«Учтивое и ласковое принятие посетителей и оказание им, без разбора лиц, всех возможных услуг в отыскании сочинений, нужных для их занятий» — так Александр I сформулировал главную задачу Императорской публичной библиотеки, открывая ее в 1814 году.

Для «учтивого и ласкового принятия» первых книгочеев у библиотеки имелось собственное здание напротив Гостиного двора — знаменитый угловой корпус архитектора Д. Д. Соколова с изящным изгибом фасада, ионическим портиком (мемориальной доской В. И. Ленину). Несмотря на большую вместимость здания, уже через несколько лет после окончания строительных работ (1796–1801) начались разговоры о необходимости еще одной постройки: благодаря пылкой деятельности первого директора библиотеки А. Н. Оленина (см. «ВЖ» № 1, 2014) фонды ее постоянно росли. А когда в 1811 году Александр I распорядился передавать в Публичную библиотеку (тогда еще не совсем «публичную»: закрытую для широкой публики) по два экземпляра всей печатной продукции, выходящей в России, расширение фондов приобрело лавинообразный характер, и корпус Соколова решили достроить.

Достройкой занялся Карл Росси, которому удалось не только органично развить архитекторское решение Соколова, но и вписать комплекс Публичной библиотеки в великолепный ансамбль площади Островского. «Высокие, светлые, просторные, с легкими галереями вдоль уставленных шкафами стен эти залы производят чарующее впечатление, тем более, что корешки книг, стоящих в открытых шкафах, превосходно использованы как элемент художественного оформления …Росси создал образцовый тип здания для помещения в нем библиотеки-музея, библиотеки, предназначенной не только для чтения, но и для обозрения книжных сокровищ, прогулки по Библиотеке, ознакомления с ее богатствами», — с восторгом писал о здании на площади Островского исследователь Ф. Н. Пащенко.

Однако и корпуса Росси хватило ненадолго. В середине XIX века во дворе появилось здание, замыкающее треугольник первых построек, — корпус архитектора В. И. Собольщикова, где расположился читальный зал на 250 мест (ныне Ленинский зал), а в конце XIX века корпус Росси был продлен вдоль площади корпусом Е. С. Воротилова, через который сегодня читатели попадают в историческое здание.

Тем не менее, вопрос объема книгохранилища так и не был решен: библиотека буквально «захлебывалась» в книгах. После Октябрьской революции ситуация только усугубилась. Два фактора сыграли особую роль. Во‑первых, фонды пополнились огромным количеством реквизированных частных собраний, которые нужно было где-то размещать, а во‑вторых, масштаб культурных преобразований в стране (ликвидация безграмотности, введение обязательного среднего образования) был столь существен, что привел в том числе и к небывалому росту читателей. В этом легко убедиться, глядя на фотографии 1920–30‑х годов: в залах библиотеки яблоку негде упасть.

В 1928 году проводится конкурс на строительство новых корпусов для Публичной библиотеки, в котором участвуют звезды советской архитектуры первой величины: Владимир Гельфрейх, Александр Никольский, Владимир Щуко. Эти проектные предложения вошли в золотой фонд архитектуры конструктивизма (сегодня их можно увидеть на стендах в коридоре корпуса Росси), но от планов постройки пришлось отказаться. Возможно, потому, что конкурсные проекты предполагали дальнейшее расширение библиотеки на узком участке между Садовой улицей и Невским проспектом, что потребовало бы создания подземных хранилищ или возведения высотного здания (что было бы явно не к месту).

Развитие библиотеки пошло по другому пути: Публичке передали несколько зданий в историческом центре города. Так библиотека «приросла» новыми зданиями на Садовой улице: доходным домом, где сейчас располагается административный корпус, и соседним Домом Крылова (А. И. Крылов, будучи сотрудником библиотеки, проживал на втором этаже здания с 1816 по 1841 годы), где открыт книжный салон РНБ. Кроме того, библиотека получила в свое распоряжение здание бывшего Вольного экономического общества на 4‑й Красноармейской улице (Дом Плеханова — образован в 1928-м как пятое отделение Публички после передачи в дар советскому правительству библиотеки и архива Г. В. Плеханова его вдовой) и здание бывшего Екатерининского института благородных девиц на Фонтанке, построенное Джакомо Кваренги (там находятся фонотека, нотный отдел и отдел газет). Когда в середине 1970‑х годов производились предварительные расчеты вместимости, которой должно было бы обладать новое здание библиотеки, фонды старейшего книгохранилища страны, насчитывавшие к тому моменту 20 миллионов экземпляров, размещались по одиннадцати адресам в разных районах Ленинграда.

Белокаменная ротонда архитектора Щербина

Публичка не напрасно ждала своего часа почти сто лет: на фоне общего упадка градостроительной мысли новый корпус, открывшийся в 1998 году на Московском проспекте, можно назвать неплохим примером бережного отношения к архитектуре в контексте города с вековыми традициями. Авторский коллектив во главе с архитектором Владимиром Щербиным (который, увы, так и не увидел своего детища), продемонстрировал потенциал позднесоветской архитектурной школы.
Проект предваряла длительная работа, которая велась в стенах Ленинградского научно-исследовательского и проектного института по жилищно-гражданскому строительству (ЛенНИИпроект) с 1974 года. Такие институты включали в себя не только крупные творческие коллективы архитекторов (в лучшие годы в ЛенНИИпроекте работали несколько сотен архитекторов), но и отделы, которые занимались теорией архитектуры, разрабатывали планы застройки новых территорий. Именно институт, а не отдельное архитектурное бюро, как сегодня, вел в те годы архитектурный проект.

К концу 1970‑х ЛенНИИпроект определился с базовыми характеристиками нового здания библиотеки. Предполагалось, что хранилище должно будет вмещать до 20 миллионов книг. Из трех вариантов расположения здания — в историческом центре, на Васильевском острове и в Московском районе — предпочтение было отдано последнему. Он оказался удобен и в транспортном отношении: до главного здания на площади Островского легко добраться на метро или на наземном транспорте.
Коллектив архитекторов (в который, помимо В. Н. Щербина, входила Л. К. Варшавская) понимал ответственность, ложившуюся на его плечи. Предстояло строить на Московском проспекте — не только главной магистрали, которая вела из аэропорта в центр города, но и внутри целостного ансамбля, этого «второго Невского проспекта», сложившегося в сталинскую эпоху.

«Корпус будет восприниматься с городских магистралей в окружении нерядовой застройки. Поэтому фасады решены в парадном, монументальном характере, особенно главный, обращенный к проспекту. Своеобразным шлюзом между городской средой и специфической обстановкой библиотеки будет большой круглый двор, обстроенный колоннадой, которая придает фасаду определенно выраженную пластику», — писал в 1985 году в «Ленинградской правде» Владимир Щербин.
Тема ротонды, навеянная, возможно, Овальным залом корпуса Соколова, где в январе 1814 года проходила торжественная церемония открытия библиотеки, стала ведущей в оформлении фасада здания. Эта тема находит продолжение и в боковых фасадах, также имеющих форму своеобразных ротонд, в центре которых находятся световые дворики.


Проект нового здания Государственной Публичной библиотеки. Журнал "Ленинградская панорама", №1, 1985 год

Щербин размещает здание в глубине участка, как бы отодвигая его от Московского проспекта: архитектор не желает грубо вторгаться в уже сформированную архитектурную среду. В промежутке между стоящими во фронт «сталинками» он оставляет сквер, в глубине которого возвышается здание, напоминающее традиционную для парковой архитектуры «беседку»-ротонду.

Такую же деликатность и архитектурный такт в отношении к предшественникам Владимир Щербин демонстрировал и в других постройках — например, в здании гостиницы «Москва» на площади Александра Невского (1975), где в очень сложной градостроительной ситуации было найдено гармоничное решение. Невысокое здание гостиницы плавно изгибается в сторону площади и формирует подъезд к мосту, скрывая от обзора промышленную зону Синопской набережной. Кроме того, изначально «неброскость» гостиницы, ныне надстроенной и обшитой фальшфасадом, позволяла лучше раскрыться богатому силуэту Александро-Невской лавры.
В интерьере нового корпуса РНБ обращает на себя внимание массивная парадная лестница, которая широкими уступами поднимается по четырем этажам библиотеки и заполняет собой почти всё пространство многосветового холла, освещенного естественным верхним светом. Вокруг лестницы на всех этажах библиотеки располагаются читальные залы — архитектору удалось добиться эффекта воздушности пространства, присущего интерьерам корпуса Росси.
«Что касается конструктивного решения, — пишет Щербин в той же статье „Ленинградской правды“, — то оно рассчитано на полносборный вариант на основе связевого каркаса. В нижних этажах книгохранилища применены индивидуальные железобетонные колонны. В закругленных частях здания предусмотрены монолитные обвязочные балки. Фундаменты с учетом инженерно-геологических изысканий запроектированы на свайном основании».

Какие еще постройки Владимира Щербина есть в нашем городе? Как и всякий по-настоящему серьезный мастер, Щербин проектировал не только здания, но и интерьеры. С ними может познакомиться каждый — достаточно спуститься в метро и доехать до станции «Черная речка», «Пионерская» (обратите внимание на люстры этих станций) или «Площадь Александра Невского‑2» (обратите внимание на перекличку со средневековой архитектурой). А самая изящная постройка Щербина находится в Выборге. Это небольшая гостиница, своим отражением в воде напоминающая порхающую бабочку, — она стоит напротив Выборгского замка на берегу одного из заливов Вуоксы.
Все фотографии

Другие статьи из рубрики "Место жительства - Петербург"

система комментирования CACKLE
3 декабря, суббота
rss

№ 3 (март) 2014

Обложка

Статьи номера

СЛОВО ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА
Слово главного редактора (март 2014)
ПРАЗДНИК
Покаянный канон святого Андрея Критского
3 марта — Начало Великого поста
АКТУАЛЬНО
Молитва за решеткой
Где соберется русский остаток?
ПОДРОБНО
/ Острый угол / Паралимпийцы: подвиг души и тела
/ Интервью / «Вода живая» и Markscheider Kunst
/ Интервью / Наука неограниченных возможностей
/ Крупный план / Друг с неопределенным статусом
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / Наука и патриотизм
/ Имена / Просветитель Германии
/ Умный разговор / Вся сила небесного света
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
/ Ленинградский мартиролог / Протоиерей Владимир Рыбаков
/ По душам / Главное, что у человека внутри
/ Приход / Храм иконы Божией Матери «Державная»
/ Служение / Открыть Тян-Шанского
/ Служение / Cветлый старец
/ Место жительства - Петербург / Новый дом библиотеки
КУЛЬТПОХОД
/ День седьмой / Время сугубой благодарности
/ Анонсы и объявления / Презентация мартовского номера епархиального журнала "Вода живая"