Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Защитник от взрывов

Храм святого пророка Илии на Пороховых, чей престольный праздник приходится на 2 августа, столетиями был домашней церковью завода, где труд и жизнь людей постоянно подвергались смертельной опасности. Илия Пророк в народе традиционно рассматривался как громовержец, разъезжающий по небу на огненной колеснице, так что молитвенное предстательство о делающих рукотворный гром — порох, было «поручено» именно ему.
Журнал: № 8 (август) 2013Автор: Сергей БабушкинФотограф: Артемий Костров Опубликовано: 2 августа 2013
«Если хочешь быть в живых, уходи с Пороховых», — пожалуй, только название района напоминает нам сегодня о том, что здесь производились взрывчатые вещества — основа огневой мощи нашей державы. Храм святого пророка Илии на Пороховых, чей престольный праздник приходится на 2 августа, столетиями был домашней церковью завода, где труд и жизнь людей постоянно подвергались смертельной опасности. Илия Пророк в народе традиционно рассматривался как громовержец, разъезжающий по небу на огненной колеснице, так что молитвенное предстательство о делающих рукотворный гром — порох, было «поручено» именно ему.

Капризная плотина
Свою историю Пороховые ведут с 1715 года, когда по указу Петра I и под непосредственным наблюдением одного из ближайших сподвижников императора генерал-фельдцехмейстера Якова Брюса на реке Охте начал строиться пороховой завод. В декабре из Москвы прибыли два пороховых мастера с учениками, и в 1716‑м завод — деревянная плотина, пороховой амбар для толчения пороха с приводом от воды, крутильная и сушильная избы, четыре амбара, конторы и жилые дома для мастеров — начал свою работу.

Хотя первые запросы на сырье были посланы в Артиллерийскую канцелярию в Москве еще в январе 1716 года, но даже к осени 1717‑го наладить снабжение завода так и не смогли. Не исключено, что причиной бюрократических проволочек стало отсутствие Петра I, находившегося тогда в Европе. Не получавший сырья завод занимался в основном переделкой уже готового пороха (изготовленный по традиционной для тех лет технологии порох не выдерживал длительного хранения, и его необходимо было периодически перерабатывать).

По возвращении в Россию Петр распорядился выписать из Голландии пороховых дел мастера Петра Шмита. Не успев развернуть производство, Шмит умер, однако перед смертью передал секреты изготовления пороха своей жене Елене де Вайль. Вдове сохранили жалование мужа, но поставили условие: обучить пороховому делу подмастерье Афанасия Иванова и двух «артиллерийских школьников» — Григория Кошкарова и Степана Иванова.

В 1721 году на заводе начинается активное строительство в соответствии с новой технологией. Ниже плотины было построено семь пороховых мельниц. Но эффективность работы комплекса оставалась достаточно низка. Главным источником проблем было «сердце» завода — плотина. Основание ее не было уплотнено сваями, что приводило к постоянным размывам и ремонтам. Напор воды — настолько мал, что из семи пороховых мельниц одновременно могли работать максимум четыре. А если учесть, что воду от плотины потребляли еще и лесопилка и две мучные мельницы, можно понять, что эффективность порохового производства оставляла желать лучшего.

Реконструировать плотину было решено только в 1737 году. Средств на реконструкцию выделили очень мало, и плотина практически сразу же снова начала протекать, а в декабре этого же года ее прорвало. К 1739 году построили новую плотину (но опять, из-за экономии средств, из дерева), и она снова стала давать протечки. Наконец, в 1759‑м было решено построить каменную плотину. Проект был составлен неудачно, и строительство растянулось на 10 лет. Новая плотина работала тоже не слишком эффективно. Лишь в 1799‑м плотиной занялись по-настоящему: после капитального ремонта, стоимость которого более чем в три раза превысила стоимость строительства, объем производимого пороха сразу вырос в два раза.


Затем реконструкции плотины были проведены в 1827 и в 1864–68 годах (теперь вода с плотины вращала уже не мельничные колеса, а турбины), а современный вид она обрела после перестройки в 1965 году. Теперь, проходя по ней, трудно догадаться, что ступаешь по сооружению со столь давней историей. Но если спуститься к воде, можно увидеть, что под бетоном находятся гранитные блоки, а дно реки устлано каменными кольцами — старыми жерновами для размола пороховой массы.


«… При пороховой работе у смертного дела…»
Однако куда опаснее проблем с плотиной были многочисленные взрывы пороха на производстве. Недаром жители Охты сложили в свое время такую частушку: «Если хочешь быть в живых, уходи с Пороховых. Если жить не надоело, не люби пороходела». Одной из самых крупных стала катастрофа 15 апреля 1803 года. Документы говорят нам о том, что «убито мастеровых 18, да ранено 6 человек, которые к излечению и к продолжению впредь службы не надежны. Пострадали в большей или меньшей степени почти все строения порохового городка». Одним из результатов этого взрыва стала полная перестройка завода по проекту архитектора Ф. И. Демерцова.

От заводских построек Демерцова, к сожалению, осталось только одно здание: Александровские ворота на берегу Охты, напротив дома № 18 по проспекту Химиков. Они были открыты к визиту на завод императора Александра I, отсюда и название. В венчающей ворота небольшой башенке когда-то располагался колокол, которым подавали сигнал к началу и окончанию работ.


Сохранилось до наших дней и одно из зданий, внутри которого располагалась пороховая мельница (шоссе Революции, 120). Хотя оно возведено во второй половине XIX столетия, думается, внешний вид его не сильно отличается от облика строений, что стояли на том же месте до него. Сейчас рядом с ним установлен памятный знак 250‑летию завода, и лежит один из жерновов.

Во второй половине XIX века условия работы завода изменяются. Напор воды постепенно сменили пар и электричество, так что заводским цехам более не требовалось тесниться за плотиной. Завод стал постепенно расширяться на север. Именно там, за нынешней улицей Коммуны, и располагаются ныне его цеха. Работает завод до сих пор, правда, с 1922 года он перестал производить военную продукцию, сосредоточившись на производстве «мирной химии». Но, как напоминание о прошлом завода, у проходной стоят модели мортир петровских времен.


Под покровительством Илии Пророка
Как и любое поселение на Руси, жители Пороховой слободы не могли обойтись без храма. Уже в 1717 году на заводе была построена часовня. Однако количество работников росло, и понятно, что им хотелось иметь не часовню, а церковь. 4 мая 1721 года мастера обратились в Главную артиллерийскую канцелярию с прошением: «Высланы мы, пороховые, селитерные мастера и ученики и прочие служители из Москвы в Петербург <…> а от Санкт-Петербурга в десяти верстах, а церкви Божией на оных заводах нет, понеже мы имеем в том немалую нужду душевную, жены и дети наши такожде, и мы при пороховой работе у смертного дела помираем без покаяния и без причастия Христовых Таин, дабы повелено из Главной артиллерийской канцелярии послать указом Царского Величества или просительным письмом в Правительствующий Духовный Синод, чтобы нам повелено было построить церковь, которая часовня построена, чтобы оной часовне быть церковью и отпустить бы из Правительствующего Духовного Синода повелительный указ об освящении оной церкви…». Прошение было удовлетворено, и 30 июня 1721 года Синод издал указ: «… при Санкт-Петербурге на реке Охте близ пороховых заводов на пристойном к церковному строению месте, построить вновь церковь во имя Святого пророка Илии, деревянную, … под церковь же и кладбище и попу с причетниками под селитьбу отмерить от церкви во все стороны по 40 сажен».

_SVM0149.jpg

Новая деревянная церковь была освящена в 1722 году. Находилась она на возвышенности у слияния двух рек — Охты и Луппы (Лубьи), и, по свидетельству в «Описании Петербурга» А. Богданова, была «построена весьма небогато». Там же, рядом с церковью, находилось и первое кладбище, где хоронили работников завода и членов их семей. А поскольку «взрывы были беспрестанны, людей убивало и опаляло» (Каменев К. И. Историческое описание Охтинского порохового завода), уже к 1738 году кладбищенскую территорию пришлось расширять.

Хотя церковь стояла за городом, ей довелось сыграть заметную роль в религиозной жизни всего Петербурга. Летом 1730‑го стояла ужасная жара, горели леса, и весь Петербург был наполнен дымом и гарью. Жители города обратились за защитой к святому Илье. В Ильинскую пятницу (последняя пятница перед Ильиным днем) они направились с крестным ходом от Казанского собора к Ильинской церкви на Пороховых, где совершили молебен святому. Вскоре хлынули дожди, пожары потухли. Событие это произвело такое впечатление на будущую императрицу Елизавету Петровну, что, взойдя на престол, она повелела творить этот крестный ход ежегодно.

Со временем деревянная церковь стала ветшать. Ее настоятель священник Евтихий Ильин жаловался, что «полы сгнили, паперти развалились, в крыше течь». И по проекту архитектора И. Я. Шумахера был построен новый храм, деревянный на каменном фундаменте. Освятили его 18 июля 1743 года. А поскольку храм был летним, в декабре 1760 года в церковной ограде устроили еще один, зимний храм святого Димитрия Ростовского.

Тем временем места для захоронений при церкви вновь стало не хватать, и для кладбища был выделен новый участок неподалеку от заводской плотины. На ней в 1779 году была освящена небольшая деревянная церковь в честь Георгия Победоносца. Однако при уже упоминавшемся катастрофическом взрыве в 1803‑м церковь была разрушена (она отстояла от взорвавшегося здания всего на 90 саженей). Не сохранилось и кладбище: в 1816 году при устройстве на заводе военного поселения территория кладбища отошла под казармы, а сейчас там располагаются заводские строения.


В 1781 году неподалеку от Ильинской церкви заложили новую, теперь уже каменную церковь, которую освятили в 1785‑м. Храм имел нетрадиционную для русской храмовой архитектуры форму ротонды. Автор проекта храма, увы, неизвестен, но среди предположительных авторов называют Ю. М. Фельтена, Н. Е. Старова и Н. А. Львова (последний, кстати, активно строил церкви в форме ротонды, такие как «Кулич и Пасха»). Имя живописца, создавшего иконостас и плафон, можно назвать с полной уверенностью — это К. Л. Христинек.

После постройки каменной Ильинской церкви деревянную разобрали, однако церковь Димитрия Ростовского фиксируется еще на заводском плане 1816 года. В 1832 году на ее месте была выстроена каменная часовня Параскевы Пятницы, в 1896–97 годах перестроенная в церковь. К сожалению, в 1936 году ее снесли, и теперь только деревянный крест отмечает то место, где располагался первый храм Пороховых.

Одновременно с реконструкцией завода после взрыва 1803‑го рядом с каменной Ильинской церковью по проекту Ф. И. Демерцова строится каменная зимняя церковь святого Александра Невского, игравшая также роль колокольни. Новую церковь освятили в 1806 году. Иконостас перенесли из разрушенной взрывом Георгиевской церкви.


Поскольку Александро-Невская церковь была построена вплотную к Ильинской так, что они соприкасались карнизами, напрашивалось решение соединить их воедино. Это и было сделано в 1841 году. Обе церкви несколько раз перестраивались и в дальнейшем: в 1901 году был поднят барабан купола церкви Илии Пророка, а в 1902–1904 — значительно надстроена колокольня, представить себе их изначальные формы мы можем теперь только по старым чертежам.

В 1938 году церковь также была закрыта, но, к счастью, не снесена, так что и сегодня мы можем любоваться одним из самых красивых храмов нашего города.

После закрытия кладбища при Георгиевской церкви для захоронений был выделен новый участок — в небольшом овраге, прилегающем к Ржевскому ручью в месте слияния с Лубьей. Позднее, когда территория кладбища стала периодически затапливаться из-за возведения неподалеку плотины, к нему прирезали еще один участок на другом, более возвышенном берегу Ржевского ручья. В юго-западной части кладбища можно видеть памятник в виде креста необычной округлой формы. Основанием ему служат четырнадцать каменных жерновов, извлеченных из основания заводской плотины. Посвящен этот памятник всем «погибшим при взрывах на заводе в разное время», а поводом к его установке послужила серия больших взрывов на заводе. В 1887 году жители порохового городка Охтинского завода объявили подписку для сбора средств на памятник. Через три года, в 1890 году, монумент был открыт. Его автором стал известный архитектор Р. Р. Марфельд. На постаменте мы можем прочесть надпись: «Что мятетеся безвременно, о человецы! Един час и вся преходит…» И хоть в наши дни на Пороховых уже не гремят взрывы, памятник напоминает нам о всех, кто погиб, создавая военную мощь России. 

Сергей Бабушкин
Все фотографии

Другие статьи из рубрики "Место жительства - Петербург"

система комментирования CACKLE
9 декабря, пятница
rss

№ 8 (август) 2013

Обложка

Тема номера:Феособор из молокозавода за 6 лет!

Статьи номера

АКТУАЛЬНО
"Вырастить деревце". Беседа с епископом Гатчинским и Лужским Митрофаном
Уйти от стереотипов
ПОДРОБНО
/ Острый угол / Где у лагеря сердце
/ Крупный план / В поисках хороших каникул
/ Крупный план / Двадцатое лето одной семьи
/ Крупный план / «Перышки» под крылом Коневской обители
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / Повествования об известных между нами событиях. Отрывок из работы Джеймса Чарльзворта «The Historical Jesus: An Essential Guide»
/ Имена / Открытый для каждого
/ Умный разговор / Одинокий император
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
Жизнь в соавторстве
/ Аксиос / иерей Александр Асонов
/ Ленинградский мартиролог / Иеромонах Вениамин (Эссен)
/ По душам / Доктор сказочных наук
/ Приход / Феособор из молокозавода
/ Служение / На южном рубеже обороны
/ Служение / Хранители забытого форта
/ Место жительства - Петербург / Защитник от взрывов
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Он ушел как солдат...
ГЛОБУС ЕПАРХИИ
По суровым северным морям