Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Африканская графиня

На празднование 300‑летия Фонтанного дома, известного в Петербурге не только как последнее пристанище Анны Ахматовой, но и как усадьба Шереметевых, были приглашены потомки древнего рода со всего мира. «У меня нет Родины. Никакой. Но я чувствую себя глубоко русской», — говорит 79‑летняя Прасковья Петровна Шереметева де Шамбо, правнучка флигель-адъютанта Николая II Сергея Дмитриевича Шереметева. Она родилась и живет в Марокко, куда в 1929 году по окончании сельскохозяйственного института в Бретани приехал ее отец Пётр Петрович Шереметев. И, как прославленные предки, в буквальном смысле творит историю, уже десять лет работая над книгой о русской эмиграции.
Раздел: По душам
Африканская графиня
Журнал: № 2 (февраль) 2013Автор: Владимир ИвановФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 21 февраля 2013
На празднование 300‑летия Фонтанного дома, известного в Петербурге не только как последнее пристанище Анны Ахматовой, но и как усадьба Шереметевых, были приглашены потомки древнего рода со всего мира. «У меня нет Родины. Никакой. Но я чувствую себя глубоко русской», — говорит 79‑летняя Прасковья Петровна Шереметева де Шамбо, правнучка флигель-адъютанта Николая II Сергея Дмитриевича Шереметева. Она родилась и живет в Марокко, куда в 1929 году по окончании сельскохозяйственного института в Бретани приехал ее отец Пётр Петрович Шереметев. И, как прославленные предки, в буквальном смысле творит историю, уже десять лет работая над книгой о русской эмиграции.

— Прасковья Петровна, вы — старейший представитель той ветви рода Шереметевых, которая вот уже почти век никак не связана с Россией. Вы чувствуете себя русским человеком?
— Вы знаете, меня часто называют африканской графиней. По паспорту я не Прасковья (это для французского слуха чересчур экзотическое имя), а Pauline — Полин. Девочкой я обижалась, когда меня звали русским именем. Я жила в очень специфической среде — во французском анклаве в мусульманской стране. Несмотря на аристократическое происхождение, я придерживаюсь республиканских и демократических убеждений. Мне небезразличны завоевания Великой французской революции. Мне нравятся марокканцы — своей простотой они похожи на нас, русских. Но, отвечая на ваш вопрос, скажу, что прежде всего я верующий православный человек.

— По-русски вы говорите превосходно. Как удалось сохранить язык?
— Особую роль сыграл русский приход в Рабате. Детьми мы ходили в обычную французскую школу, дружили с французскими детьми, и, конечно, не хотели разговаривать по-русски. Но дома был строгий запрет: говорить можно было только по-русски. Для меня это было очень трудно.

Приход давал нам возможность общаться с русскими людьми, потому что мы пели в церкви. Мой отец руководил хором — до эмиграции он учился в Гнесинском училище. Его хор часто давал концерты: исполняли и духовные песнопения, и народные песни. Пение помогало сохранить язык. С 1988 года я регулярно бываю в России. Общаясь с русскими, я стала свободно говорить по-русски.
Кроме того, я постоянно читаю. Без чтения нельзя.

— Ваши родители были эмигрантами первой волны. Скажите, кто окружал вашу семью в Марокко?
— Сейчас я пишу книгу о своем детстве. После революции бабушка увезла четырех детей из России сначала в Прибалтику, потом в Париж. В Париже они жили очень бедно, приходилось даже вышивать поддевки для богатых американок. Мой отец выдержал экзамен в бакалавриат, поступил в сельскохозяйственный институт, стал инженером. Впервые приехал в Марокко студентом на практику. Он говорил, что не хотел вариться в эмигрантском соку, а потому уехал из Франции и обосновался с семьей в Рабате. Тогда правительством Франции в Марокко велось обширное строи-тельство: нужны были специалисты. Тем более что сестра моей матери уже жила здесь. Это было в 1929 году. Кто нас окружал? Были всякие люди…

Например, Михаил Львович Толстой, сын Льва Толстого. Я помню, как он мне рассказывал про зиму в Ясной Поляне и про зимнюю охоту. Когда живешь в Африке, не знаешь, что такое зима. Я получила представление о ней от сына графа Толстого. Рядом с Толстыми жил Игорь Константинович Алексеев, сын Станиславского. Они обосновались в Марокко, разбили сады, но потом быстро прогорели, потому что ничего не понимали в сельском хозяйстве. Пришлось все продавать. В Марокко бывал и Николай Меншиков, знаменитый во всем мире геолог, который обнаружил нефть в Алжире.

Были и другие люди. Кто-то коптил рыбу на продажу. Один из русских создал компанию такси. Он так преуспел, что у него был даже личный самолет. Мои родители презирали таких людей, потому что сами были бестолковыми в смысле денег.



Эмигранты первой волны в Марокко

Русская община в Марокко 1920–30‑х годов состояла преимущественно из трех категорий эмигрантов. 

Во‑первых, это были матросы и офицеры так называемой Русской эскадры, корабли которой вывозили из Крыма остатки поверженной армии генерала Врангеля. Эскадра базировалось в порту Бизерт (Тунис), который находился под контролем Франции. После признания СССР в 1924 году Франция, несмотря на заключенные с советской стороной соглашения, распродала флот и распустила флотские экипажи. Оставшиеся на улице военные поступили на службу к французскому консулу в Марокко (русские специалисты были нужны для освоения богатых минеральных ресурсов страны). 

Вторую категорию эмигрантов составляли русские, поступившие во французский Иностранный легион. Туда, по выражению одного из русских эмигрантов, «шли неудачники и вообще — лишние люди». Военная миссия легиона состояла в подавлении берберских племен, объединившихся в Рифскую республику на севере Марокко и бросивших вызов власти европейских колонистов. 

Третью категорию эмигрантов составляли французские специалисты русского происхождения, приехавшие в Марокко уже после подавления антиколониальных сил. Вместе с коренными французами они занимались в Марокко созданием инфраструктуры для вывоза ресурсов, а также освоением сельскохозяйственных угодий, переданных от местного населения колонистам.

Православный приход в Марокко был создан усилиями иеромонаха Валаамского монастыря Варсонофия (Толстухина). 8 апреля 1928 года в Рабате — французской столице Марокко — была освящена Воскресенская церковь, а в 1932‑м открылся большой каменный храм в мавританском стиле. Сейчас это одна из достопримечательностей Рабата.

Численность русских общин в Марокко в 1920–30‑е годы:
Касабланка — 200 человек, Рабат — 130, Хурибга — 40 человек,
Марракеш — 20–25.

По материалам работ А. Бовкало, Р. Колупаева и др.



— Кто составляет русскую общину в Марокко сегодня?
— После обретения Марокко независимости русские эмигранты первой волны уехали: больше в стране было делать нечего. Мой брат уехал отсюда в 1952 году.

Так что сейчас русские в Марокко — это прежде всего бизнесмены, которые приезжают сюда по делам. Есть русские женщины замужем за марокканцами. Королевским оркестром в Марокко руководит русский дирижер, и в оркестре все сплошь — русские.

— Вы не боитесь оставаться в Марокко? Страны вокруг Марокко стремительно исламизируются…
— Нет, не боюсь. «Я последний из могикан». Последний человек, который помнит русское Марокко первой половины XX века.
Конечно, то, о чем вы говорите, имеет место, влияние исламистов усиливается. С другой стороны, в Марокко существуют десятки церквей, есть даже синагоги. Христиан не притесняют. Мы не в Египте, где жгут церкви и убивают коптов, и не в Саудовской Аравии, где церквей вообще нет. Так что в этом смысле Марокко пока что уголок стабильности.

— Скажите, а что бы вы пожелали современной России?
— Вы знаете, я бы пожелала любви и понимания. На мой взгляд, богатые люди в сегодняшней России — купеческое или буржуазное сословие — должны сделать шаг навстречу бедным. Я не политик, но мне кажется, что без этого шага стабильности в России не будет.



На отреставрированной недавно решетке Фонтанного дома, по изяществу уступающей лишь ограде Летнего сада, — гербовые щиты Шереметевых. Среди лавровых венков и прочих воинских атрибутов тут есть и боярская шапка, которую знаменитому древнему роду пожаловал Иван Грозный (1577). А самый известный представитель древней фамилии — фельдмаршал Борис Петрович — был ближайшим сподвижником Петра. Император и наградил своего «птенца» графским титулом (1706) и землями шведской мызы в районе нынешней Фонтанки.

Беседовал Владимир Иванов

Другие статьи из рубрики "По душам"

система комментирования CACKLE
10 декабря, суббота
rss

№ 2 (февраль) 2013

Обложка

Тема номера:Отец защитников отечества

Статьи номера

ПРАЗДНИК
15 февраля Русская Православная Церковь празднует Сретение Господне
6 февраля — память святой блаженной Ксении Петербургской
АКТУАЛЬНО
Нужен ли России закон о добровольцах?
Сталинградская битва: шесть фактов
ПОДРОБНО
/ От редакции / Новомученики как проводники памяти
/ Острый угол / Оживший синодик
/ Интервью / Святые контрреволюционеры
/ Взгляд / Процесс возрастания
/ Крупный план / Два армейских года
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / Апокрифический дискос
/ Имена / Стоик, который не устоял
/ Умный разговор / Кого разделяет гробовая черта?
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
/ Аксиос / диакон Александр Заплетин
/ Дошкольное богословие / Где встретить Бога
/ По душам / Отец солдатам
/ По душам / Африканская графиня
/ Приход / Церковь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» в Невской Дубровке
/ Служение / Ведь надо же что-то делать
/ Служение / Операция«Искра»: 70 лет спустя
/ Место жительства - Петербург / Жизнь и необычайные приключения Московских триумфальных ворот
КУЛЬТПОХОД
/ День седьмой / Динарии, антонианы, драхмы…
/ День седьмой / Все на бал!
/ Книжная полка / Кривошеина К.И. Пути Господни
/ Книжная полка / Судоса И.Н. Священно- и церковнослужители в православной Церкви.
/ Книжная полка / Книга Деби Глиори "ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ"
/ Анонсы и объявления / «Всенощная» Рахманинова в капелле
ГЛОБУС ЕПАРХИИ
Храм с русской душой
«Нам это нужно, как воздух!»
«Ирландцы» на Шпалерной
Открытый урок мужества
О блокаде — из Латвии
Найти ключ к замку