Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Жизнь и необычайные приключения Московских триумфальных ворот

Один из самых выдающихся памятников архитектуры нашего города — Московские триумфальные ворота. Глядя на словно вырастающие из земли мощные дорические колонны, сквозь которые просматривается (если вам, конечно, повезло с погодой) золотой шпиль Петропавловского собора, думаешь, что это титаническое сооружение стояло здесь всегда. Но это не так. Далеко не каждый памятник архитектуры нашего города может похвастаться столь причудливой судьбой с самыми неожиданными поворотами.
Журнал: № 2 (февраль) 2013Автор: Сергей БабушкинФотограф: Артемий Костров Опубликовано: 7 февраля 2013
Один из самых выдающихся памятников архитектуры нашего города — Московские триумфальные ворота. Глядя на словно вырастающие из земли мощные дорические колонны, сквозь которые просматривается (если вам, конечно, повезло с погодой) золотой шпиль Петропавловского собора, думаешь, что это титаническое сооружение стояло здесь всегда. Но это не так. Далеко не каждый памятник архитектуры нашего города может похвастаться столь причудливой судьбой с самыми неожиданными поворотами.

Достохвальная мысль
Впервые идея поставить триумфальную арку на въезде в Петербург со стороны Москвы пришла в голову Екатерине II. Решение было достаточно спонтанным. Непосредственным поводом к тому послужила покупка коллекции рисунков французского архитектора и рисовальщика Ш.-Л. Клериссо, посвященной античным руинам. Как писала сама Екатерина в письме к барону Гримму (ее многолетнему корреспонденту и посреднику в закупке произведений искусства), «после нескольких дней занятия во все часы досуга неотрывным рассматриванием рисунков Клериссо <…>, голова моя воспламенилась, она желает <…>, чтобы он мне сделал рисунок ворот города Петербурга на дороге в Москву». Чтобы подстегнуть творческий порыв Клериссо, она писала: «Это та самая застава, через которую я выехала на коронацию, через нее же состоялось мое возвращение после этой коронации. Пишу об этом не потому, что желаю, чтобы они были покрыты барельефами, изображающими это, но только для того, чтобы дать понять этой великолепной голове, какой является голова Клериссо, что ворота, ведущие из одной столицы в другую, предназначаются, чтобы проходить и возвращаться лишь в таких торжественных случаях, которые я назвала. <…> …я не ограничусь рисунками, я закажу ему целую модель, сделанную под его присмотром со всеми его размерами, и вы можете сказать ему, что мы здесь строим набережные из гранита, камня и мрамора, что это доставляет удовольствие, когда ворота на пути из Ливонии гранитные, и чтобы он не стеснялся в выборе материала».

06.jpg 
Проект Московских ворот Ш.Л. Клериссо. Фасад 

Неудивительно, что «авансы» императрицы, переданные Гриммом, произвели на Клериссо сильнейшее впечатление. Он немедленно принялся за работу и «работал в течение четырех с половиной месяцев без остановки и почти день и ночь над моделью ее [императрицы] ворот, чтобы не пропустить сезон навигации». Через Гримма он запрашивал обо всех выдающихся событиях царствования Екатерины II, чтобы «составить сюжеты барельефов» (для их исполнения он привлек Никола-Франсуа Жилле, который также работал «без устали»). Гримм, постоянно наблюдавший за исполнением проекта, сообщал императрице, что «все видевшие их были поражены их благородством и величественной простотой». С интересом следила за исполнением своего заказа и сама Екатерина, которая, впрочем, уже начала опасаться, что ворота «будут слишком великолепны».

Летом 1781 года проект — шесть графических листов большого формата (ныне они хранятся в Эрмитаже) — и проектная модель (в наши дни она выставлена в музее Академии художеств) прибыли в Петербург. Екатерина, перечисляя свои новые приобретения, писала: «Посреди всего этого возвышаются ворота Клериссо, которые очень хороши на вид, но дороги в исполнении: нужно будет подумать». В самом деле, согласно проекту высота ворот превышала бы 26 метров, и их возведение стало бы невероятно дорогостоящим проектом. А как раз в это время многие другие проекты (самый известный среди них — Кремлевский дворец Баженова) останавливались из-за недостатка средств. Неудивительно, что практической реализации проект Московских ворот так и не дождался.

Вновь о создании триумфальных ворот на Московской заставе заговорили в 1824 году. Президент Академии художеств А.Н. Оленин в своей записке о необходимости перестройки Нарвских триумфальных ворот высказал следующее замечание: «Достохвальная мысль: увековечить деяния отборной части войск сооружением твердого и великолепного памятника, не родит ли другого не менее достойного помышления воздвигнуть таковые ворота славы в честь целого Российского войска при въезде в город из Москвы». Архитектор В.П. Стасов, создавая проект перестройки Нарвских ворот, сделал в 1827 году и проект ворот Московских. Эскизы не сохранились, но об их содержании можно судить по сохранившейся смете. Ворота были задуманы как свободно стоящий двадцатиколонный портик, отлитый из чугуна, с тридцатью медными статуями и фигурой Славы-Победы в колеснице. Известно, что начальник Генерального штаба И. Дибич рассматривал эту смету, однако проект не был реализован. 

07.jpg 
Вариант проекта восстановления Московских ворот. 1950-е годы

Вскоре Россия победоносно завершила две войны — Русско-персидскую (1826–28) и Русско-турецкую (1828–29). Мысль о триумфальных воротах вновь возродилась. В начале 1831 года «Комитет для строения и гидравлических работ в Санкт-Петербурге» утвердил проект создания круглой площади, расположенной на оси Московского шоссе у новой границы Петербурга. 

Для оформления этой «площади Победы» архитектор А.К. Кавос разработал масштабный проект. Площадь должна была окружать решетка из копий. Со стороны города площадь открывалась бы трехпролетной дорической колоннадой. Справа и слева от центральной точки площади планировалось поставить два пирамидальных обелиска, где были бы выбиты названия городов, подле которых происходили сражения. А со стороны Москвы предполагалось воздвигнуть трехпролетную триумфальную арку, увенчанную Славой в колеснице. Однако и этот проект требовал слишком больших средств, и в результате В.П. Стасову было поручено разработать более скромное решение.

Гении места
Зимой 1833 года Стасов разработал новый проект Московских ворот. Он представлял собой переработку идей 1827 года в сторону упрощения: архитектор отказался от богатого скульптурного убранства и уменьшил число колонн в портике до двенадцати. После утверждения проекта в 1834 году было решено проверить его созданием деревянной модели в натуральную величину. Весной этого года за двадцать дней был установлен щит-модель, имевший шесть «плоско обшитых» колонн с капителями, выполненными по лекалам, профилированные архитрав и карнизы. 26 марта модель осмотрел Николай I, высказавший свои замечания по поводу проездов между колоннами, высоты аттика, а также утвердивший место их установки. После этого Стасов доработал проект, окончательно утвержденный чуть позже, 20 апреля. 

08.jpg 
Восстановление Московских ворот

Котлован под фундамент начали рыть 28 августа 1834 года, а 14 сентября состоялась официальная территория закладки ворот. Кладка фундамента велась до 14 октября (когда наступили заморозки) и вновь продолжилась 19 апреля 1835 года. Одновременно на Александровском чугунолитейном заводе началась отливка деталей ворот. 13 июля 1835 года собрали и подняли первую колонну, а в целом литейные и сборочные работы были завершены весной 1837 года. 

Скульптурный декор ворот — фигуры гениев, украшающие фриз, и трофеи, венчающие ворота, первоначально предполагалось создавать по эскизам самого Стасова. Однако эти эскизы не понравились Николаю I, и заказ на создание «гениев наподобие кариатид одной формы» был направлен скульптору Б.И. Орловскому. Через два месяца после подписания контракта Орловский представил вместо одной семь моделей гениев и тридцать две модели щитов с гербами губерний России (вместо шести, требовавшихся по контракту). Инициатива, как известно, наказуема. Комиссия решила применить к скульптору санкции за нарушение сроков контракта, и только вмешательство Стасова избавило скульптора от наказания, а в январе 1835 года гении и трофеи Орловского были одобрены царем. Орловский выполнил гипсовые модели, переданные затем на завод, где по ним были выбиты фигуры из красной меди, установленные на ворота в 1837 году. Однако с окраской ворот вышла заминка, ее завершили только к концу августа 1838 года. Официальная церемония открытия ворот состоялась 16 октября 1838 года.

Открытые в 1838 году Московские ворота несколько отличались от тех, что мы можем наблюдать в наши дни. В каждом из двух боковых пешеходных проходов стояла чугунная скамья для отдыха и ажурный столб «о двух фонарях». Но это не самое главное. Те триумфальные ворота были только частью архитектурного ансамбля, созданного Стасовым. По сторонам от ворот стояли два симметричных здания кордегардий. Кирпичные здания представляли собой в плане прямоугольник, по углам которого возвышались башни. Кордегардии соединялись с воротами решеткой.

«В связи с реконструкцией…»
1917 год Московские триумфальные ворота встретили в статусе общепризнанного шедевра архитектуры. Выдающиеся архитекторы эпохи, такие как И.А. Фомин и А.В. Щусев, говорили о них, что это «лебединая песня мастера», «памятник, который воздвиг своей архитектуре Стасов». Поэтому, хотя в 1920-е годы ворота утратили чугунные скамьи и столбы с фонарями, казалось, что в целом им ничто не угрожает. Уверенности придавал и статус памятника архитектуры государственного значения. Но 17 августа 1936 года, в рамках реконструкции проезжей части Международного проспекта (так тогда назывался Московский проспект), начался снос Московских ворот. Сотрудники инспекции Ленинградского уполномоченного комитета ВЦИК по охране памятников зафиксировали это 22 августа. К тому моменту уже были сняты семь из восьми венчавших аттик трофеев и все фигуры гениев с фриза, разобрана большая часть самого аттика. Снятые скульптурные детали имели поломки и вмятины, а сброшенные с аттика чугунные плиты разбились.

Сложно сказать, было ли решение о сносе самоуправством строителей, или они получили устное разрешение от руководства, но, судя по реакции властей на обращения ГИОП, второе куда более вероятно. Сотрудники инспекции обращались к городским властям и в президиум ВЦИК, главный архитектор ГИОП Н.Н. Белехов пытался на месте с рулеткой доказывать руководству Ленсовета, что пропускная способность Международного проспекта соответствует сечению ворот и позволяет их оставить. Однако все, чего удалось добиться, — устное распоряжение председателя Ленсовета И.Ф. Кадацкого о замене сноса ворот разборкой по элементам с возможностью дальнейшего воссоздания на новом месте (чугунные детали и металлоконструкции складировались на расположенной неподалеку площадке, а медная скульптура отправилась на «временное музейное хранение» в музеи Ленинграда). Здания кордегардий были, увы, попросту снесены.

Официально демонтаж ворот был оформлен 16 сентября 1936 года, когда Ленсовет принял постановление: «В связи с реконструкцией Международного проспекта и Московского шоссе, признать необходимым снести Московские ворота». А 10 апреля 1937 года Президиум ВЦИК снял объект с учета как разрушенный.

Решение о сносе встретило в среде архитекторов холодный прием. Своеобразным актом художественного протеста можно счесть изображение Московских ворот на жилом доме по адресу Московский проспект, 145, построенном в 1939–40 годах по проекту архитекторов Е.А. Левинсона и И.И.Фомина. 

Вскоре после сноса Московских ворот стали появляться многочисленные обращения к властям города об их воссоздании. И хотя они не были поддержаны властями, уже в 1938–40 годах в мастерской Е.И. Катонина был разработан проект установки Московских ворот на главной аллее в создаваемом парке культуры и отдыха Московского района (сейчас его территорию частично занимает Московский парк Победы).

Новые ворота
После войны решение о сносе признали ошибочным. Московские ворота, «сохраняющиеся в разобранном виде», в 1947-м вновь включили в число памятников архитектуры общесоюзного значения. Было решено восстановить их в рамках генеральной реконструкции проспекта, с 1950 года носившего имя Сталина. Вопрос теперь заключался только в выборе места: помимо Ближней Рогатки (где ворота стояли изначально) рассматривались варианты установки ворот у Средней Рогатки (нынешняя площадь Победы) и в Московском парке Победы.

Однако, вскоре после появления в газетах сообщений о воссоздании ворот, в городские и союзные партийные органы стали поступать письма, указывающие на идеологическую вредность подобного шага. Ведь ворота украшали посвятительные надписи на русском и латыни: «Победоносным российским войскам в память подвигов в Персии, Турции и при усмирении Польши в 1826, 1827, 1828, 1829, 1830 и 1831 годах». И если Русско-турецкие и Русско-персидские войны можно было рассматривать как освободительную миссию в защиту народов, стонущих под турецким и персидским игом, то «усмирение Польши» в 1950-е звучало совершенно неприлично. В результате открытого обсуждения в Ленинградской организации Союза архитекторов был сделан такой вывод: ворота восстановить необходимо, а вот посвятительные надписи восстанавливать вовсе не обязательно (в итоге, они вновь появились на воротах только в 2003-м году).

Наконец, 8 мая 1956 года Ленгорисполком принял решение о восстановлении Московских триумфальных ворот на прежнем месте. Разработать проект восстановления было поручено специальной мастерской Ленпроекта, которой руководил И.Г. Капцюг (непосредственным исполнителем проекта была архитектор Е.Н. Петрова). Задача оказалась весьма непростой: за двадцать прошедших лет многие детали ворот были утеряны. Так, из ста восьми колец, составлявших колонны, сохранилось только шестьдесят пять, а из тридцати фигур гениев только тринадцать подлежали реставрации. Особую сложность составляло воссоздание утраченных гербовых щитов, которые гении держали в руках. Но все эти трудности удалось преодолеть и в 1959 году Московские триумфальные ворота вновь встали на Московском проспекте во всем своем великолепии.

Сергей Бабушкин

Другие статьи из рубрики "Место жительства - Петербург"

система комментирования CACKLE
3 декабря, суббота
rss

№ 2 (февраль) 2013

Обложка

Тема номера:Отец защитников отечества

Статьи номера

ПРАЗДНИК
15 февраля Русская Православная Церковь празднует Сретение Господне
6 февраля — память святой блаженной Ксении Петербургской
АКТУАЛЬНО
Нужен ли России закон о добровольцах?
Сталинградская битва: шесть фактов
ПОДРОБНО
/ От редакции / Новомученики как проводники памяти
/ Острый угол / Оживший синодик
/ Интервью / Святые контрреволюционеры
/ Взгляд / Процесс возрастания
/ Крупный план / Два армейских года
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / Апокрифический дискос
/ Имена / Стоик, который не устоял
/ Умный разговор / Кого разделяет гробовая черта?
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
/ Аксиос / диакон Александр Заплетин
/ Дошкольное богословие / Где встретить Бога
/ По душам / Отец солдатам
/ По душам / Африканская графиня
/ Приход / Церковь иконы Божией Матери «Взыскание погибших» в Невской Дубровке
/ Служение / Ведь надо же что-то делать
/ Служение / Операция«Искра»: 70 лет спустя
/ Место жительства - Петербург / Жизнь и необычайные приключения Московских триумфальных ворот
КУЛЬТПОХОД
/ День седьмой / Динарии, антонианы, драхмы…
/ День седьмой / Все на бал!
/ Книжная полка / Кривошеина К.И. Пути Господни
/ Книжная полка / Судоса И.Н. Священно- и церковнослужители в православной Церкви.
/ Книжная полка / Книга Деби Глиори "ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ"
/ Анонсы и объявления / «Всенощная» Рахманинова в капелле
ГЛОБУС ЕПАРХИИ
Храм с русской душой
«Нам это нужно, как воздух!»
«Ирландцы» на Шпалерной
Открытый урок мужества
О блокаде — из Латвии
Найти ключ к замку