Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

«Творчество невозможно без веры»

Красивые костюмы, премьеры, грим, гастроли… Не правда ли, от этого набора слов веет сказкой, прекрасной богемной жизнью, в которой царит постоянный праздник. Так ли это или нет, рассказывает танцовщик и хореограф Владимир Аджамов, заслуженный артист России, руководитель творческого объединения «Летящий во времени».
Раздел: По душам
«Творчество  невозможно без веры»
Журнал: № 5 (май) 2012Автор: Екатерина ЧелпановаФотограф: Станислав Марченко Опубликовано:
Красивые костюмы, премьеры, грим, гастроли… Не правда ли, от этого набора слов веет сказкой, прекрасной богемной жизнью, в которой царит постоянный праздник. Так ли это или нет, рассказывает танцовщик и хореограф Владимир Аджамов, заслуженный артист России, руководитель творческого объединения «Летящий во времени».

— Владимир, принято считать, что артист — баловень судьбы, а как на самом деле?
— Жизнь актера, особенно такого, который действительно чего-то добился, состоит по большей части из тяжелого каждодневного труда. Если ты работаешь, то на тусовки и «богемную жизнь» у тебя просто нет времени. Ты приходишь в зал каждый день, ты знаешь, что если пропустишь хоть одну тренировку, то на восстановление навыков уйдет много сил и времени. Ты не имеешь права сходить с дистанции, настоя- щее искусство не знает альтернативы: либо ты совершенствуешься, идешь вверх, либо катишься вниз и, в конечном счете, перестаешь быть интересным кому-либо. Когда работаешь со своим телом, понимаешь, что и оно подчинено этому закону. Но ведь и душа, и дух устроены точно так же…

— Многие актеры, примеряя на себя «одежды» христианина, осознавали, что они им не по размеру…
— У меня наоборот. Не только не чувствовал противоречия между работой и верой, но именно через свою профессию пришел к вере. Свобода нам не дана изначально, она приходит как просветление, как благодать, но только через самоограничение и самопреодоление. Ты начинаешь работать со своим телом, тебе неудобно, больно, но ты ощущаешь, как в какой-то момент оно освобождается, отвечает тебе. Когда нет техники, говорить об искусстве вообще не приходится, но и техника не дает гарантии, что актер станет провод-ником энергии смысла, это может произойти.., а может не произойти. Актер сам должен быть личностью, у него должно быть что сказать.

«Искра Божия», внутренняя драматургия произведения, творческая правда невозможна без тяжелой ежедневной работы. С другой стороны, можно много работать, можно иметь талант, но нет никаких гарантий, что в созданном тобой будет та самая правда. Здесь ты словно делаешь шаг в бездну, ты можешь только верить, что там тебя ждет смысл, что твои усилия принесут плод. И этот опыт уже, по сути, является опытом веры. Я не знаю ни одного большого актера, подлинного мастера, который был бы неверующим.

— Говорят, для того чтобы сыграть много разных ролей, актеру необходимо прожить много жизней, иметь каждый день новые впечатления, заключать новые браки, постоянно испытывать новые эмоции…
— Это не совсем так. Точнее, это совсем не так. Такой образ творческого человека навязан нам средствами массовой информации. Образ «насыщенной жизни» актеров в глянцевых журналах зазывает читателей, подобно восточному базару, формируя превратное представление о творчестве. Медийный герой, раскрученный актер — далеко не всегда подлинный творец. Я не знаю, что такое «жизнь звезды». Те подлинные мастера, с которыми я знаком и которых я уважаю, проводят большую часть жизни в работе, в творчестве, в вере. И в браке. Самое ценное сокрыто внутри, и только от нас зависит, сможем мы познать эту глубину или нет.

Однажды в ранней молодости мне пришлось вживаться в роль бабочки. У меня ничего не получалось, пока хореограф не сказал мне: «Посмот-ри внутрь себя». Любую роль можно «найти» во «внутреннем человеке», потому что в сердце каждого вложен весь мир, и художник призван открыть этот внутренний космос, найти к нему ключ. А все средства для этого есть в вере.

— Нам иногда кажется, что внешние формы веры, молитва, непонятные слова, сам обряд ограничивают нашу свободу. Вы это ощущаете?
— А ведь это как упражнение в балете: ты можешь стать проводником смысла только через опыт постоянной работы, изменения, совершенствования. Это, конечно, не разовое действие, нацеленное на конкретный быстрый результат. Не хочу никого осудить, но когда я, например, вижу, что поклониться Поясу Богородицы приходят тысячи людей, которые в обычное время не вспоминают о вере и о Церкви, мне это странно. Здесь от Бога, мне кажется, ожидают быстрого результата, выраженного в материальной форме, как мы уже привыкли в обществе потреб-ления: ты приходишь, платишь и быстро получаешь желаемое.

— А на театр распространяются эти законы общества потребления?
— На самом деле мы живем сейчас в очень тяжелое для театра время. Как только об актере перестают писать, актера перестают рекламировать, на актера перестают «делать ставку», его выкидывают за ненадобностью. Нужны те, кто принесет доход. Поэтому в России актеры живут с постоянным сознанием того, что они могут в любой момент стать невостребованными, и они стараются заработать много и быстро. Сегодня театр, по сути, убит тем, что он стал теат-ром актеров, а не театром авторов. А ведь именно автор является творцом смысла, а актер — это проводник идеи автора. В результате, почти никто не думает о творчестве как таковом, и исчезает то подлинное искусство, над которым нужно думать, переживать.

— Кто виновен в такой ситуации, на Ваш взгляд?
— В частности, отсутствие государственных программ поддержки искусства. Авторские театры почти исчезли, у них нет финансирования, а ведь только аренда стоит немыслимых денег. Даже если актеры и режиссер будут работать без зарплаты, они продажей билетов аренду не окупят, ведь на самобытного автора пойдут единицы. В театре все так же, как и на сегодняшнем рынке труда: нужны только готовые профессионалы, их быстро используют и выбрасывают, а на их место сразу же находят следующих. Знаете, где сейчас интереснее всего работать? В Турции! Там небывалый расцвет искусства, а все потому, что вкладываются в человека, в его становление. Актеров в России, особенно молодых, убивает то, что в них никто не верит. Молодой актер свернет горы, если только мастер поверит в него. Но чтобы получить жемчужину «на выходе», нужно потратить силы и время, ведь «готовых звезд» не бывает.

— Вот вы говорите про авторский театр. А готов ли сегодня среднестатистический зритель его смотреть?
— Не готов. Из театра уходят духовные проблемы, борьба, переживание, потому что люди отвыкли страдать душевно. Люди хотят шоу, и им это шоу предоставляют. Сегодня тонко чувствующий человек — слабак, лузер, общество потребления просто раздавит его. Но душа-то устроена именно так, что без переживания она не растет, человек без страдания не может познать полноты счастья. А люди даже любить стали бояться. Потому что любовь, о которой мы читаем в нашей великой литературе, — это огонь, он может сжечь. Но может и обновить человека, сделать его духовно богаче. Но кому сейчас это нужно? Переживания не в моде, поэтому умирает и искусство, поднимающее неудобные вопросы, заставляющее думать и сопереживать. Я бы сказал, что сегодня любой человек, продолжающий творить, развиваться — уже совершает своего рода подвиг.

— То есть такие «подвижники» все-таки находятся, несмотря ни на что?
— Вы знаете, на авторов, которые выжили в таких волчьих условиях и сохранили свою самобытность, смотрят как на юродивых, но они все равно существуют — те, кто продолжают делать свое дело вопреки соцзаказу. А искушения, соблазны всегда есть там, где идет борьба за что-то действительно ценное. Это ведь тоже своего рода маятник, физический закон: чем больше человеку дано, тем больше ему нужно приложить усилий, чтобы отработать этот дар. Кстати, и колебания между светом и тьмой у одаренных людей сильнее. Чем выше человек забрался, тем страшнее его падение. Поэтому мы так часто слышим или читаем об искушениях великих людей, например, о депрессиях Модильяни, азартной игре Достоевского. Талант всегда предполагает борьбу между светом и тьмой. Чем ярче личность, тем сильнее борьба. Я считаю, что нет смысла жить в коконе, просто ограждая себя от переживаний и соблазнов. Если ты осознанно выбираешь Свет, то становишься его проводником. Хотя, конечно, невозможно все время поддерживать высокий градус горения, «творческий упадок» часто просто необходим, как зима необходима природе. Она нужна для того, чтобы затем родилось что-то качес-твенно новое. 

Беседовала Екатерина Челпанова

Другие статьи из рубрики "По душам"

система комментирования CACKLE
2 декабря, пятница
rss

№ 5 (май) 2012

Обложка

Тема номера:Промысл или случай

Статьи номера

ПРАЗДНИК
Ничто не потеряно!
АКТУАЛЬНО
Светское – не значит антирелигиозное
Выбор курса
ПОДРОБНО
/ От редакции / Промысл или случай
/ Острый угол / Не старцем единым
/ Интервью / Путей добра много
/ Взгляд / На линии огня
/ Крупный план / Где пересекаются параллельные прямые?
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / Пророки последних времен
/ Имена / Владыка
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
Новое лицо нашего общества
/ Аксиос / диакон Александр Антонов
/ Аксиос / иерей Василий Царицын
/ Камертон / Красный регент
/ По душам / Очевидец
/ По душам / «Творчество невозможно без веры»
/ Приход / Храм Архангела Михаила в Волхове
/ Лазарева суббота / «Семейное счастье»
КУЛЬТПОХОД
/ День седьмой / Праздник общего согласия
/ День седьмой / Один корень – два дерева
ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ
Отзыв на материал «Очевидец», который был напечатан в майском номере «Воды живой»
Духовное горение. К 100-летию архиепископа Михаила Мудьюгина
Такое не забывается…