Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Быть Францем Листом

22 октября 2011 года музыкальный мир празднует 200‑летие со дня рождения Франца Листа. Хотя знаменитый виртуоз и композитор принадлежит к числу тех людей, о жизни которых мы, кажется, знаем все, настоящее понимание его музыки и судьбы еще впереди.
Раздел: Имена
Быть Францем Листом
Журнал: № 10 (октябрь) 2011Автор: Екатерина Юсупова Опубликовано:
22 октября 2011 года музыкальный мир празднует 200‑летие со дня рождения Франца Листа. Хотя знаменитый виртуоз и композитор принадлежит к числу тех людей, о жизни которых мы, кажется, знаем все, настоящее понимание его музыки и судьбы еще впереди. Фигуру Листа никак нельзя назвать незаметной. Стоит открыть мемуары и письма его многочисленных друзей и врагов, и он перед нами: вундеркинд, которого благословил отеческим поцелуем Бетховен (поцелуй, которым Лист чрезвычайно гордился и позже сам раздавал молодым музыкантам), кумир публики и светский лев, великодушный меценат, наконец, духовное лицо, странноватый чудак-отшельник, по мнению тогдашнего общества. Но это восприятие современников. А сейчас?.. «В моей юности Лист просто не существовал. Хуже того, он существовал в виде легкой осмеиваемой фигуры, которая никому не интересна. „Аббат“, — говорили с иронией, если речь заходила о нем. Рядом с этим ярлыком существовал и другой — „пианист-виртуоз“, принадлежавший той сфере салонов, салонных вечеров и камерных концертов, где находились любители музыки, которых Зигфрид Вагнер описывал как „камерных лицемеров“. Таким образом, с одной стороны, наше протестантское семейство находило отталкивающим католичество Франца Листа, с другой, представление о виртуозности и одиноком эгоистичном блеске». Это слова Ники Вагнер — праправнучки Франца Листа и правнучки Рихарда Вагнера, то есть взгляд никак не со стороны, только более 150 лет спустя. На самом деле восторженное отношение современников (виртуоз-пианист в XIX веке — фигура культовая, почти как современная кинозвезда) и благодушно-снисходительное признание заслуг Листа в создании романтической музыкальной школы — это две стороны одной медали, попытка «классифицировать» человека, который всегда на виду, но не очень понятен. Лист всю жизнь носил маски. В силу своей профессии «звезды» он рано понял, что хочет видеть в нем публика. Он может быть гонимым странником: «… Отцовская воля вырвала меня из диких степей Венгрии, где я воспитывался свободно и непринужденно, и бросила в салоны блестящего общества, отметившего меня позорно лестным прозвищем „маленькое чудо“. С тех пор мной овладела ранняя меланхолия, с отвращеньем переносил я дурно скрываемое пренебрежение к артисту, низводящее его до положения лакея…» Или одиноким гением, осознающим свое высокое предназначение: «… Я согласился бы скорее быть чем угодно на свете, только не музыкантом на содержании у богатых людей, покровительствуемым и оплачиваемым, как жонглер или мудрая собака Мунито…» Однако этот романтический герой умел дать людям именно то искусство, которое они желали. Это искусство сражало напором энергии, возникающей не только благодаря проникновению в суть музыки, но и за счет действия таких простых средств как скорость и громкость исполнения. Как оказалось, профессия виртуоза сродни профессии спортсмена: и там, и здесь демонстрация доведенной до совершенства мускульной силы неизбежно приводит к аплодисментам. При этом профессиональный расчет Листа совсем не циничен и не мешает вдохновению. В числе его поклонников и завсегдатаи светских салонов, и музыкальная элита того времени. И вот образ создан. Образ вполне успешный и «продаваемый». Но о настоящем Листе он рассказывает мало. Может, произведения скажут о композиторе лучше, чем факты жизни? И так, и не так. Говоря о Листе-композиторе, нужно помнить, что в его время профессии исполнителя и композитора не были так обособлены, как сейчас. Любой успешный концертирующий пианист должен был, как минимум, владеть основами импровизации, быть немного и композитором, сочиняя виртуозные вещи, которые с наилучшей стороны показывали его исполнительское мастерство. Так и Лист сочинял бесконечные транскрипции (виртуозные обработки) оперных номеров, симфонических произведений и фортепианные пьесы, то легкие и романтичные, то более серьезные. В цикле «Годы странствий» он создал автопортрет странствующего музыканта, но на самом деле он совершает путешествия не только по разным странам, но и в пространстве музыки: от банального, созданного на потребу публике, к самому изысканному, от трансцендентальности — к простоте. Однажды Лист пресытился карьерой странствующего пианиста и решил осесть в одном месте, выбрав Веймар. Теперь, кажется, в жизни этого человека было все: пережив бурную юность, он вступил в зрелость и заслужил уважение окружающих. С его приездом преобразился старинный немецкий город, где жили Гете и Шиллер. Самая современная музыка (zukunftsmusik, то есть «музыка будущего», по выражению того времени) исполняется на сценах Веймара. Давая открытые уроки, Лист не берет денег с талантливых учеников. Молодые музыканты едут к нему со всех уголков Европы в надежде получить рекомендацию, которая открывает многие двери. Он помогает Сметане, Брамсу, Серову, Антону Рубинштейну, Альбенису, Григу. Но за расцветом следует новый биографический излом. 26 апреля 1865 года Лист принял духовный сан. Теперь он подписывает свои письма «аббат Лист», что, кстати, также содержит элемент мистификации. На самом деле Лист никогда не был аббатом, он вступил во францисканский орден терциариев, члены которого могли оставаться в миру, вступать в брак и иметь собственность, но должны были вести аскетический образ жизни и заниматься благотворительностью. Превращение Листа в «аббата» вызвало замешательство среди его друзей и сенсацию в кругах врагов. Его объясняли неудачами в любви (после многолетних попыток соединиться браком с княгиней Каролиной Сайн-Витгенштейн Лист и княгиня расстались именно тогда, когда эта возможность, наконец, представилась благодаря смерти мужа княгини), пресыщением славой… Но сам Лист пишет: « … это решение отвечало моим еще юношеским желаниям». Эту фразу подкрепляет расхожий анекдот, описывающий предсмертное напутствие, данное Листу отцом. Как говорят, на смертном одре Адам Лист сказал: «Будь осторожен с женщинами, Франц. Не давай распоряжаться твоей жизнью». 16‑летний Лист в ответ рассмеялся: «Моей карьере музыканта может угрожать только вот это». И показал книгу «Следуя за Христом». Принятие духовного сана словно открыло новые двери в творчестве Листа. Вслед за написанной ранее «Легендой о святой Елизавете» (1862) он заканчивает ораторию «Христос» (1866), пишет «Хоральную» (1865) и «Венгерскую коронационную» (1867) мессы, «Реквием» (1868), легенду «Святая Цецилия» (1874), ораторию «Via crucis» (1879). Также из-под его пера выходит эссе «О церковной музыке будущего», где идеи модернизма применяются уже по отношению к духовной музыке. В отличие от наших современников скромностью музыканты того времени не страдали. И, подобно тому, как Вагнер мечтал, что созданные им оперы произведут революцию в обществе и помогут восстановить мировую гармонию, Лист мечтал о музыке, объединяющей в «колоссальные пропорции театр и церковь», превращающей «театр в народный храм». То, что эта мечта не сбылась, не так уж и важно. Зато на свет появились духовные сочинения Листа, в которых он в очередной раз явил новое лицо. Вскоре была написана «Венгерская коронационная месса», после исполнения которой в Венгрии огромная толпа сопровождала Листа через весь город от собора в Буде до его дома в Пеште. Самым значительным произведением этого периода композитор считал ораторию «Христос». Потратив на создание оратории 13 лет, Лист признал, что написал ее не столько для публики, сколько для себя: «Не имеет значения, когда и где ее услышат. <…> Для меня вполне достаточно, что она существует». Это огромное произведение, в котором поражает способность Листа, с одной стороны, создавать сложнейшую партитуру, определенным образом следующую классической традиции, и, с другой стороны, не терять ни грамма своей индивидуальности. Удивительно, что оно создано как раз в тот момент, когда Лист ушел от созданной им самим романтической поэтики. Хотя спустя какое-то время после смерти Листа его духовные сочинения сочли старомодными, сейчас они вызывают еще больший интерес, чем при жизни композитора, как и положено настоящей «музыке будущего». Екатерина Юсупова

Другие статьи из рубрики "Имена"

система комментирования CACKLE
9 декабря, пятница
rss

№ 10 (октябрь) 2011

Обложка

Тема номера:ЭКО-РЕЛИГИЯ

Статьи номера

ПРАЗДНИК
Чтобы «народишко» не «исподличался»
АКТУАЛЬНО
От нации к империи
ПОДРОБНО
/ От редакции / ЭКО-РЕЛИГИЯ
от редакции
/ Острый угол / В поисках чистой воды
/ Интервью / Человек ответственный
/ Дискуссия / О братьях наших меньших
/ Крупный план / Не твое собачье дело
/ Крупный план / Экотур в монастырское хозяйство
/ Via Historica / Хорошее отношение к…
/ Via Historica / Хорошее отношение к...
ПРОПОВЕДЬ
Они узнали Его
5-е воскресное евангелие на воскресной Утрене
Островок в океане язычества
Апостол в неделю 17-ю по Пятидесятнице
СМЫСЛЫ И ОБРАЗЫ
/ Lingua Sacra / От проклятия до преображения
/ Имена / Быть Францем Листом
ЛЮДИ В ЦЕРКВИ
/ Ленинградский мартиролог / Алексей Борисович Нейдгарт
/ Камертон / Капелла со служебного входа
/ Дошкольное богословие / Покров для детей
/ По душам / Мария Лаврова в театре и в Церкви
/ Приход / Место встречи: болезнь
/ Служение / Гармония песни - гармония жизни
КУЛЬТПОХОД
/ Книжная полка / Туве Янссон. ВСЁ О МУМИ-ТРОЛЛЯХ