Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Достоинство меры

17 июля исполняется 130 лет со дня рождения протоиерея Василия Зеньковского. Более всего он известен как автор фундаментальной «Истории русской философии». Однако далеко не только этот труд останется в истории, и чистая мысль была совсем не единственной сферой приложения таланта отца Василия.
Раздел: Имена
Достоинство меры
miimiimm.jpg
Журнал: № 7-8 (июль-август) 2011Автор: Константин Махлак Опубликовано:
17 июля исполняется 130 лет со дня рождения протоиерея Василия Зеньковского. Более всего он известен как автор фундаментальной «Истории русской философии». Однако далеко не только этот труд останется в истории, и чистая мысль была совсем не единственной сферой приложения таланта отца Василия. 

Нельзя сказать, что имя протопресвитера Василия Зеньковского неизвестно современному российскому читателю. Всякий, кто соприкасался с русской религиозной философией, держал в руках напис анную им ее «Историю». Для многих с этой книги началось знакомство с русским религиозно-философским возрождением на рубеже XIX–XX веков: первое издание «Истории русской философии» Зеньковского появилось в Ленинграде в 1991 году (было еще издание 1959 года, но оно предназначалось лишь для «служебного пользования»). Философский пароход вернулся к родным берегам. 

Однако символизировавшему это возвращение Зеньковскому не повезло разделить славу (увы, посмертную) с авторами «первого ряда»: Н.А.Бердяевым, протоиереем Сергием Булгаковым, Г.П.Федотовым и другими, составившими признанный «пантеон» русских мыслителей. Зеньковский почему-то всегда оставался в тени и своих собратьев по русской философии, и коллег по Свято-Сергиевскому богословскому институту, где в «золотые годы» этого знаменитого парижского центра русской мысли преподавал все предметы философского цикла. Загадка протопресвитера Василия, как кажется, не только в его природной скромности или христианском смирении ("я сознательно отодвигал себя в книге моей на задний план«,— писал он), сколько в незаметности, свойственной людям, на которых многое держится в этом мире. 

Для нас высшая мера похвалы — «гениальный», «оригинальный», даже если при трезвом подходе ничего близкого к гениальности с оригинальностью не наблюдается. Об отце Василии Зеньковском можно сказать, что в нем проявилось нечто более редкое, чем гениальность, а именно — достоинство меры и середины. В этом весь интеллектуальный и человеческий склад Зеньковского, особенность его как христианского мыслителя. Пророческому пафосу, метафизическим амбициям представителей отечественной религиозной интеллектуальной традиции мало кто сейчас еще способен удивляться, другое дело — каждодневное созидание, проза метода, пробующего свои силы сначала на чем-нибудь «простеньком», практическом, например, на психологии и педагогике (с чего и начинал Зеньковский как ученый). Несколько неповоротливая и старомодная кропотливость, научная совестливость, наконец, здравый смысл, свойственный отцу Василию, не позволяли ему как воспарять к «высотам», так и заглядывать в "бездны«.«Джентельменский набор» почти любого русского философа: своя оригинальная система, пророчества о судьбах России, личностный миф (предполагающий жизненную событийность «не как у всех»), особые отношения не только с Богом, но и с собственным котом (как у Бердяева) совершенно отсутствуют у Зеньковского. Не будь революционного слома, Зеньковский прожил бы спокойную жизнь профессора Киевского Императорского университета с учениками, монографиями и казенными дровами. Но революция показала, как мало таких людей и как велика потребность в них! Как ничем не восполнимо их отсутствие. 

Философия как воспитание

Родился Василий Васильевич Зеньковский в городе Проскурове Подольской губернии, месте, где проходит действие повести А. И. Куприна «Поединок». Отец был педагогом, дед — священником. Семья Зеньковского — русские украинцы, до самой смерти отец Василий сохранил южно-русский выговор (по-украински он не говорил). Тема отношения России и Украины стала предметом серьезных размышлений Зеньковского и через призму литературы (отец Василий — автор монографии о Николае Васильевиче Гоголе), и через призму политики (в 1918 году он был министром исповеданий в правительстве гетмана Павла Петровича Скоропадского, о чем оставил интересные воспоминания). В своем духовном развитии прото-иерей Василий Зеньковский, как и многие его современники и коллеги по Парижскому богословскому институту, прошел путь «от марксизма к идеализму», далее — к священству. То же движение можно заметить и в эволюции Зеньковского как ученого: от психологии (докторская диссертация 1915 года называется «Проблема психической причинности») — к педагогике, философии и, наконец, к некоторому богословскому обобщению. Уже в эмиграции он написал «Основы христианской философии». Этот труд, находящийся в определенной связи с "Историей русской философии«,— попытка догматически корректно, но не покидая «философской почвы», ответить на вопросы, заданные русской мыслью, или даже показать, чем могла бы быть религиозно-философская мысль, если бы воспринимала богословие не как «путы», мешающие «свободной теософии», а как указание пути. 

Движение от периферии к центру означало для мыслителя не столько отвержение «внешней мудрости» и стремительно секуляризирующейся культуры, сколько усилие по возвращению отпавших в ограду церковную. «Церковь должна идти в мир, жить его страданиями и трудностями, но в то же время она должна стоять на страже правды в мире, во власти, в культуре, должна быть „детоводителем“ мира ко Христу, вести его по пути покаяния в грехах и преображения мирской стихии в творческой жизни мира. Это есть задача «воцерковления» мира; весь смысл христианского участия в истории только в этом и заключается",— писал протопресвитер Василий Зеньковский в манифесте "Наша эпоха"."Легко сказать, трудно сделать«,— может подумать современный читатель. Не твердятся ли эти или подобные правильные слова последние 20 лет без заметного результата? Однако здесь слова о «детоводительстве» — не пустой звук. На первый план мысли и деятельности В.В.Зеньковского еще в киевский период его жизни вышла педагогика: христианизация секулярного мира начинается с христианского воспитания. Именно практическим аспектам деятельности педагога-христианина Зеньковский уделял значительное внимание, находясь во главе Русского педагогического института в Праге (1923–26), Религиозно-педагогического кабинета при Православном богословском институте в Париже. Наконец, протопресвитер Василий — человек, стоявший у истоков Русского студенческого христианского движения. Начиная с первого Пшеровского съезда, он бессменный председатель РСХД, мыслимого им как путь христианизации современного человека.В.В.Зеньковский обладал редким педагогическим и пастырским даром: «Я люблю людей,— писал он,— в их индивидуальности, в их своеобразии. Если угодно, это есть чутье к чужой душе». Вероятно, только человек с таким чутьем, предполагающим честность и открытость, смог бы осуществить (не он один, конечно) такой действительно уникальный опыт, каким было студенческое христианское движение, объединявшее молодежь эмиграции по всей Европе. 

Видеть дальше других

Всегда окруженный молодежью Василий Васильевич очень мечтал о женитьбе, о семье, но так и не женился. В 1939 году во Франции (за день до объявления войны!) Зеньковский был арестован как подозреваемый в связях с немцами (все-таки бывший министр прогерманской Директории). Заключение длилось около года: сначала в тюрьме, затем в лагере. Именно в этот период жизни Зеньковский пришел к решению принять священство, не откладывая. В марте 1942 года митрополит Евлогий (Георгиевский) совершил священническую хиротонию Василия Зеньковского.К священству Зеньковский шел и осознавал его иначе, чем, например, его коллега по Богословскому институту протоиерей Сергий Булгаков. Булгаков расценивал священство как выражение и завершение богословского умозрения, для Зеньковского акцент в священстве стоял скорее на экклезиологическом, общественном служении. И на пастырстве.Его обвиняли в склонности к компромиссам как в жизни, так и в творчестве. В его «Истории русской философии» чувствуется стремление все понять и все простить, критическая реакция почти всегда смягчена добрым словом о заслугах и позитивном вкладе. Но чутье к чужой душе и опыт психолога позволяли Зеньковскому видеть дальше других и трезво оценивать ситуацию. Например, в 1946 году, после смерти митрополита Евлогия, благодаря протопресвитеру Василию Русский Экзархат остался в лоне Константинопольского Патриархата, хотя значительная часть духовенства и мирян выступала за воссоединение с Московской Патриархией. Сегодня нам легко представить, какова была бы судьба этих русских приходов в Европе, учитывая, что Церковное управление в России (особенно его «внешнеполитическая» деятельность) было полностью подчинено интересам богоборческого режима. В 1959 году, после смерти преемника митрополита Евлогия — митрополита Владимира (Тихоницкого), отцу Василию было предложено архиерейство, но от перспективы возглавить Экзархат он наотрез отказался.Умер протопресвитер Василий Зеньковский в Пасху 1962 года. Слова пасхального канона «Христос воскресе» были последними, что он слышал.

Другие статьи из рубрики "Имена"

система комментирования CACKLE