Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Братья-основатели (часть 1)

Когда говоришь «ленинградский рок-клуб», на память приходят черно-белые плакатные образы Цоя, Кинчева, Шевчука, Гребенщикова — звезд, завоевавших стадионы.Но ведь рок-клуб — это не только музыканты. Это еще и устав, инфраструктура, хорошие отношения с «органами». Вот этим всем уже в середине 1970-хозаботились братья Владимир и Геннадий Зайцевы. Без их усилий легендарный «ленинградский рок», наверное, был бы совсем другим.
Журнал: № 7-8 (июль-август) 2016Автор: Татьяна МазепинаФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 3 августа 2016

МУЗЫКА СЛОВ, МУЗЫКА ВЕТРА

И Владимир, и Геннадий упорно отказывались встречаться для интервью в кафе. «Давайте в скверике у Пушкина», — предложил Владимир, старший из двух братьев. Там мы и беседовали, на лавочке у памятника, под шум листвы и городской жизни. И только тогда я поняла, что эти люди, стоявшие у основания Ленинградского рок-клуба, не вписываются в формат модных кофеен с латте и тирамису. Лучше съесть пломбир в стаканчике, пообщаться с бездомным, который обязательно подойдет и попросит «на хлебушек», попасть под дождик. «Да он же летний. Сейчас кончится. Посмотрите на небо», — успокаивал меня Геннадий.

А Владимир зашел в магазин подарков купить для внучки «музыку ветра». Небольшие подвешенные трубочки из специального сплава при дуновении ветра соприкасаются и издают мелодичное звучание. Сколько бы Владимир и Геннадий ни повторяли, что они-де не музыканты, музыка сопровождает их всю жизнь.

СО СВОИМ УСТАВОМ

В 1970-е в школе, где учился Геннадий, была своя музыкальная группа «Синяя птица». А Владимир работал в макетной мастерской. В ней можно было сделать что угодно — и вынести по частям. Там Владимир начал делать электрогитары.

Чтобы сделать инструмент, нужно увеличить в масштабе фотографию настоящей электрогитары, рассчитать расстояние между ладами, которые можно взять со старой «банки», выброшенной на свалку, выпилить корпус, поставить звукосниматель за девять рублей… Стали поступать заказы, в том числе и коммерческие.

Однажды с просьбой сделать инструмент к нему обратился лидер группы «Мифы» Сергей Даниилов, Владимир посчитал это за большую честь. (Кстати, именно «Мифы», с лидером которых Юрием Ильченко они тоже были дружны, а также «Россиян» братья Зайцевы считают вершинами русской рок-музыки.) Но тогда до вершин было еще далеко.

Однажды Владимир сказал:

— Гена, вот мы собираем пластинки, обмениваемся записями, мнениями. Собираемся друг у друга, пьем чай, кофе, иногда сухое вино, ликер… А давай организуем рок-клуб.

— Так он же так и останется подпольным. Мы не сможем его зарегистрировать.

— Ну и что.

— Давай.

Они поднялись по лестнице своего подъезда на верхний этаж, закурили кубинские сигары «Ромео и Джульетта», Владимир взял устав ВЛКСМ — другого тогда не существовало — и стали по его образцу составлять устав клуба. Главное, что должно было объединить его членов — любовь к музыке. Придумали даже форму заявления на вступление. Идея была в том, чтобы поддерживать русских музыкантов, тех, кто поет по-русски, о том, чтопроисходит в России, точнее, в Советском Союзе. Шел 1974 год.

Кадры из любительской кинохроники осени 1974 года
Кадры из любительской кинохроники осени 1974 года

К ЗАЙЦЕВЫМ ПО ПЯТНИЦАМ

Музыкальная «тусовка» большей частью проходила дома у Геннадия на Курляндской, 47. Так и говорили: «К Зайцевым по пятницам». Но оставалась проблема, где играть. Устраивали подпольные сейшны. Снимали клубы под видом комсомольских свадеб. И всё равно было огромное количество препятствий. Тогда Владимир стал звонить в дома культуры и предлагать основать клуб на их базе. «А какой музыкой вы занимаетесь?» — спрашивали его. «Мы играем лучшие образцы отечественной и западной рок-музыки», — отвечал Владимир. Часто на том конце просто вешали трубку. Тогда было решено взять название «Клуб любителей музыки».

Первый номер журнала «Рокси» был выпущен в то же самое время (1977) и в той же обстановке. Название придумал Юрий Ильченко. Ему тогда нравился Фрэнк Заппа и особенно его альбом Roxy & Elsewhere 1974 года. Потом, когда у фотографа Натальи Васильевой, которая участвовала в деятельности клуба, изъяли пишущую машинку, было решено передать издание журнала Гребенщикову.

Братья стояли и у истоков рок-продюсерства. Самый знаменитый концерт «Мифов» — «Концерт на водокачке» («Водокачка» — концертно-репетиционная точка «Мифов» и «Землян» в клубе Главной Водонапорной станции на улице Воинова (сейчас Шпалерная улица). — Прим. ред.), устроили братья вместе с одним из первых рок-менеджеров в стране Юрием Байдаком. На себя брали распространение билетов. На обратной стороне открытки ставилась печать. Как и билеты, незаконно изготовленная, — приходилось идти на риск.

ПРО СЕБЯ ИЛИ ЧЕРЕЗ СЕБЯ?

Молодые рокеры тогда учили дома английский, чтобы знать, о чем поют западные рок-музыканты. Многие разочаровывались, потому что открывшиеся смыслы никак не соответствовали ожиданиям. А вот Владимир, когда переводил песни The Beatles, обнаруживал именно то, что себе представлял. «В это сложно поверить, но музыка создавала образы. В песне об Элеонор Ригби, которая собирала рис на паперти после венчания, так тонко звучит скрипка, — вспоминает Владимир, — что всё понятно и без слов».

В большинстве своем русские рок-музыканты пели о добре, любви, взаимовыручке — обо всем том, что полностью соответствует учению Христа. Только имя это никто не произносил. Были и исключения: религиозные тексты Юрия Морозова, творчество группы «Трубный зов», и «Аквариума», конечно. Но самое главное, что ценят братья в рок-музыке, самый важный критерий, по которому определяется ценность произведения, — «первичность». «Музыкант утверждает себя или что-то через себя, — говорит Владимир. — Если он стремится выразить собственную самость, то чаще всего по принципу „чем громче, тем выразительнее“. Но настоящее искусство начинается тогда, когда через себя музыкант выражает открывающиеся ему истины».

Старший брат называет рок «музыкой протеста». Не только против партийного «абсурдизма» того времени, бюрократического аппарата, но и несправедливости вообще, против безнравственности, против войны. А младший говорит, что в 1970-е никто протеста не выражал. Рок-поэты высказывались не «против», а «за», в их словах не было обвинений. «Когда на тебя давит что-то отрицательное, ты начинаешь стремиться к положительному. И говоришь об этом», — размышляет Геннадий. Уже позже, после того как клуб легализовали, появились песни вроде «Другой стороны холма» Урфина Джюса о «железном занавесе» или совсем уж радикальные высказывания «Телевизора»: «Три-четыре гада мешают нам жить», «Твой папа — фашист». Как бы там ни было, но позитивный подход «семидесятников» помог легализации рок-музыки в 1980-е.

Другие статьи из рубрики "Крупный план"

система комментирования CACKLE
2 декабря, пятница
rss

№ 7-8 (июль-август) 2016

Обложка