Закрыть [X]
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация

Войти как пользователь
  Войти      Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Такое разное конфетти

Подвальный этаж в здании воскресной школы храма Казанской иконы Божией Матери в Вырице — полноценный театральный зал с раздвигающимся занавесом, зрительским амфитеатром и софитами. Здесь проводит свои репетиции детский театр «Конфетти», которым руководит прихожанка храма Юлия Чистякова.
Раздел: Проект
Такое разное конфетти
Журнал: № 4 (апрель) 2016Автор: Татьяна КириллинаФотограф: Станислав Марченко Опубликовано: 21 апреля 2016

Посвящается маме…

Начиналось все пять лет назад, когда Юлия привела в воскресную школу собственных детей.

— Сказала на родительском собрании, что я режиссер-педагог по образованию, — вспоминает она, — и завуч Маргарита Галечик предложила организовать при школе театр. Мы обсуждали, какой это будет театр, кукольный или «живой». Мне больше хотелось, чтобы дети общались со зрителями напрямую, а не через ширму, и мы остановились на «живом» театре. Первые дети пришли в октябре 2011 года, а в конце ноября мы уже подготовили концерт ко Дню матери.

У Юлии четверо детей: старший недолго посещал студию, «не его» оказалось, а вот второму сыну и дочери нравится. В 2014 году, на восьмом месяце беременности, Юлия ставила спектакль к празднованию 100-летия Казанского храма. Многие, видя ее, бегающую от режиссерского места к сцене, переживали за нее и ребенка, но сейчас младший сын Юлии, полуторогодовалый Елисей, — настоящее дитя кулис: пока шла репетиция, он спокойно спал в гримерке.

Настоятель храма Казанской иконы Божией Матери протоиерей Георгий Преображенский:

Когда завуч школы Маргарита Викторовна предложила организовать детскую театральную студию, я сказал: «Давайте», но, честно говоря, не ожидал, что дети воспримут эту новость «на ура» и побегут записываться. Очень рад, что теперь нашу студию знают не только в Вырице. Юлия Сергеевна сама подбирает репертуар, обдумывает, что можно сделать в наших условиях, а потом обращается ко мне — не только за благословением, но и когда нужно что-то купить или изготовить. Я тоже иногда предлагаю ей поставить спектакль к какой-нибудь значимой дате. К сожалению, не все спектакли удается посмотреть, но из того, что я видел, самое большое впечатление на меня произвела постановка «Русская Голгофа» о тех, кого расстреляли на Бутовском полигоне в 1937–1938 годах. Она тронула до глубины души не меня одного — ребята неоднократно показывали спектакль в Санкт-Петербурге, и даже в Черногории.


Строгость с мегафоном в руках

Мы попали на репетицию средне-младшей группы: дети готовились к Прощеному воскресенью. Зима (в этой роли — взрослая актриса) не хотела, чтобы наступал Великий пост. Дети — стихами — объясняли ей, что пришло время бороться с грехами, что человек, как и природа, чает весеннего обновления. Их поддерживали Весна и Сказочница (тоже взрослые исполнительницы). Юлия Чистякова руководит процессом, в руках наготове мегафон — чтобы не сорвать голос, ведь в спектаклях много музыки, которую иначе придется перекрикивать.

Юлия Чистякова и ее верный мегафон
Юлия Чистякова и ее верный мегафон

— Юлия, где вы находите материал для сценариев?

— Сначала приходит идея, обычно — совершенно неожиданно. Как-то я захотела поставить танец со светящимися перчатками — мы сшили перчатки, покрыли их порошком, содержащим фосфор. В танце была фигура «Паук», а где паук, там и паутина. И тут я вспомнила, что интернет часто называют «всемирной паутиной». Так возник спектакль «Pautina.Setь». Ведь сейчас так актуальна проблема интернет-зависимости, особенно детской… До спектаклей «А зори здесь тихие» и «Русская Голгофа» все представления у нас были в стихах. Стихи я подбираю: какие-то сочиняю сама, остальные нахожу в интернете.

— А как появилось название театра?

— Когда начала работу наша студия, мы сидели со старшей группой, я спросила, как мы назовем наш театр. Все стали предлагать свои варианты, один мальчик предложил «Конфетти». Название всем понравилось: вроде у нас один стержень, одна форма, мы все православные, но — все разные.

— Чтобы попасть в труппу, надо читать стихи-прозу-басню?

— Нет, экзаменов нет, мы принимаем всех. Отсев происходит естественным образом.

— А мастерством, речью занимаетесь?

— Хотелось бы чаще, но времени не хватает, постоянно что-то репетируем.

— Что, по-вашему, самое сложное в работе с детьми?

— Дисциплина и поддержка интереса к студии. Я строгий педагог, но при этом люблю своих студийцев. Кто позволяет себе пропускать без уважительных причин, в труппе не задерживается.

— Все дети в труппе ходят в храм?

— Нет, не все. Кто-то просто приходит заниматься в студию и говорит: «Мне с вами хорошо».


Главное, чтоб учебе не мешало

В труппе около 30 человек, есть свои старожилы, которые ходят на занятия все четыре года, что существует «Конфетти». На вопрос, что для них самое сложное в выступлениях и на репетициях, ребята из средней группы, подумав, ответили: танцы — движения труднее запоминать, чем слова.


Юлия Сергеевна берет в труппу детей с пяти лет: «К дисциплине за два-три занятия привыкают». Чаще актеры всех возрастов играют вместе, в одних и тех же спектаклях, особенно в тех, где есть массовые сцены. Но иногда малыши играют и отдельно от старших — например, в рождественских сказках. Как-то Юлия поставила с ними «Незнайку» — коротышки были самые что ни на есть настоящие!

— Что говорят родители детей? Не ворчат, что, мол, лучше бы они занимались чем-нибудь полезным, что потом пригодится в жизни?

— Нет, так не говорят, но бывает, родители ставят условие ребенку, когда тому надо подтянуть учебу: в студию ходить не будешь, пока не повысишь успеваемость — и дети пытаются быстрее восполнить пробелы в учебе. Бывает, звонят и просят войти в их положение. К счастью, перед спектаклем они так не делают, понимают, что нельзя подводить.

Как ни удивительно, в средней группе на вопрос, хочет ли кто-нибудь связать свою судьбу с театром, руку подняла только одна девочка, а в старшей группе такого желания не выразил никто. Наверное, это правильно, что дети смотрят на театр как на средство саморазвития, а не лелеют мечты об актерской карьере, которые у большинства ни к чему не приводят.

— Один мальчик как-то сказал, что хочет поступать в театральный, — рассказывает Юлия Чистякова. — Я ему в ответ: подумай хорошо, учти, что совсем не обязательно ты станешь звездой. В итоге он поступил совершенно в другой институт.


Роли выбирать нельзя

Как правило, ребята перестают ходить в студию с окончанием школы, но две девушки из старшей группы учатся в Санкт-Петербурге и продолжают ездить в Вырицу на репетиции. При этом репертуар театра с годами становится всё более «взрослым», и подростки часто играют персонажей, которые гораздо старше их самих.

— Когда мы показываем «А зори здесь тихие», многие не понимают, что играют дети, — когда я поставила спектакль, им было по 14–16 лет. Зрители удивляются, видя ребят в обычной жизни, — говорит Юлия
.
Не все также догадываются, что роль старшины Васкова играет девочка — Лиза Алексеева. А сейчас в театре репетируют спектакль «Димон» по повести протоиерея Александра Торика — и заглавную роль снова играет Лиза!

— Всё дело в моей хорошей памяти, — объясняет девушка. — Сначала роль Федота Васкова доверили мальчику, но оказалось, что никто не может запомнить столько текста. Но Васкова-то играть было легче: усы, грим, парик… А Димон — он же совсем пацан, какой тут грим — разве что парик. И голос басистый не сделаешь. Юлия Сергеевна пока присматривается, смогу или не смогу сыграть эту роль.

«Димон»: идет репетиция
«Димон»: идет репетиция

Задаю вопрос, могут ли дети выбирать, кого будут играть. Нет, тут, как в настоящем театре, распределением ролей занимается художественный руководитель.

— Они могут иногда сказать свое «фи»: что-то не хотят или, наоборот, хотят, а я поручаю другому, — делится Юлия. — Но я им всегда говорю, что мне надо, чтобы спектакль был выигрышным. Как правило, когда я пишу сценарий, я уже вижу в каждой роли конкретного исполнителя. Конечно, почти все любят исполнять главные, яркие роли — пусть это даже отрицательные персонажи. Но я всегда говорю, что и эпизод можно сыграть так, что запомнится он больше главной роли. Иногда приходится спрашивать согласия родителей. Например, в спектакле «Димон» есть роль беса, и я должна быть уверена, что родители не начнут возмущаться, что их ребенок играет беса.

Есть ли у молодых артистов из театра «Конфетти» любимые актеры? Есть. Но, в основном, ребята называют голливудских звезд — Леонардо Ди Каприо, Брэда Питта. Признаются, что отечественные фильмы смотрят редко, поэтому и актеров российских знают плохо.

Театр «Конфетти» потихоньку выходит на большую сцену и становится известен не только в Вырице. Часто ребята играют на сцене Вырицкого культурного центра, на других приходах — например, в храме мучеников Адриана и Наталии в Старо-Паново. Театр регулярно участвует в фестивале «Ангельские лики» в Александро-Невской лавре.

Не так давно воскресная школа была приглашена в Черногорию на международный слет православной молодежи. В поездке принимали участие и театральная, и хоровая студии. Там был сыгран спектакль «Русская Голгофа». Играли ребята по-русски, а для зрителей был написан и переведен небольшой пояснительный текст. «Довели до слез митрополита Черногории», — говорит Юлия.


И мамочки туда же

Юлия Чистякова подумывает об открытии в театре «Конфетти» полноценной группы для взрослых. И этот замысел понемногу воплощается в жизнь, правда, родителей, готовых играть на сцене, пока не очень много.

— Студию посещает уже третий мой ребенок, — рассказывает Анна Цветкова, исполнительница роли Весны. — Старший сын целый год в театре помогал, сейчас он уже взрослый, а младшие продолжают заниматься. Я заведую костюмерным цехом — это моя главная обязанность. Кое-что шью по мелочи, а «большие» костюмы Юлия Сергеевна заказывает у нашего внештатного костюмера, тоже Юлии Сергеевны, или шьет сама. Актрисой я себя не чувствую, это первая моя роль. Играть на сцене мне пока тяжело, волнуюсь. Привыкла, что я всегда за кулисами — подсказываю, одеваю…

Татьяна Алькина, игравшая на репетиции Сказочницу, рассказывает, что благодаря театру у нее появилось больше тем для разговоров с собственным сыном.

— Мы, мамочки, сказали Юлии Сергеевне, что любим прозу, поэзию, могли бы какие-нибудь роли играть. Она согласилась. Театр сближает взрослых и детей.

Татьяна Алькина и Анна Цветкова, мамы и актрисы
Татьяна Алькина и Анна Цветкова, мамы и актрисы

Первое выступление «Конфетти», которое увидели Татьяна с сыном, было на рождественской елке.

— Мы приятно удивились, что это не постановка «к празднику», а настоящий спектакль, что студия работает постоянно, — рассказывает она. — Нас поразило, что христианские истины изложены простым, доступным языком, понятным даже нецерковным людям, что через детей они доходят до сердец взрослых. Я поняла, что это для меня, что это мое. Уверена, что и другие зрители испытали тогда нечто подобное.

И после спектакля Татьяна с сыном решили, что он будет посещать не только репетиции театра, но и воскресную школу:

— Здесь сын нашел друзей, с которыми ему интересно. Помимо театра он стал заниматься вокалом, теперь поет в детском клиросном хоре. Юлия Сергеевна к каждому находит подход, у нее все заняты, нет «любимчиков». Кстати в районе 4-й платформы в конце XIX — начале ХХ века уже был театр. Тогдашние знаменитые актеры имели дачи в Вырице и летом устраивали здесь спектакли. У нас, конечно, знаменитостей меньше, но театральную традицию мы возрождаем. 

Другие статьи из рубрики "Проект"

система комментирования CACKLE